Покончив с напитком, Стив посмотрел за окно. Солнце село минут пять назад. Пока доедешь до смотровой площадки на северном конце Парк-месы, как раз будет пора выступать в поход.

Стив оплатил свой счет и вышел, чувствуя легкое беспокойство. Только попадись рейнджерам, и потеряешь двадцать лет жизни в какой-нибудь федеральной тюрьме. Это не сулит его крестовому походу ничего хорошего, но если не ходить, добра не жди и подавно.

В темноте Александер осмелился держаться поближе к машине Уилкинсона, в самом деле направившегося в парк. Но у Парк-Пойнт тот свернул к смотровой площадке.

Черт! Если последовать за ним и сюда, Уилкинсон сразу смекнет, что дело нечисто. В конце концов какой же идиот додумается подниматься на смотровую площадку посреди ночи? А если на то пошло, сам Уилкинсон-то что там забыл?

Проехав мимо, Александер вырулил на обочину и осторожно загнал машину в заросли можжевельника. В темноте такой маскировки вполне хватит. Пешком вернувшись к тому месту, откуда видна дорога на смотровую площадку, журналист прикинул, не отправиться ли дальше пешком. Пожалуй, не стоит: в темноте слишком легко проглядеть Уилкинсона — или случайно наткнуться на него.

Ждать пришлось недолго. Минут через десять во тьме замаячил силуэт человека с ружьем. Уилкинсон пересек дорогу и скрылся в кустах можжевельника в каких-то десяти футах от Александера. Господи Боже, неужто он решил всю дорогу идти пешком? Да тут не одна миля!

Судя по всему, именно так Уилкинсон и решил поступить. Испустив мысленный стон, Александер двинулся за ним. На такое он не рассчитывал…

Часа через три они добрались до места. Археологи давным-давно ушли. Вероятно, они вернутся незадолго до рассвета, чтобы продолжить раскопки. Киву прикрывало большое брезентовое полотнище.

Повалившись на землю, Александер наблюдал, как Уилкинсон изучает почву вокруг участка раскопок. Парень отлично знает, что делает — заслоняет собой свет фонарика, так что освещен лишь небольшой участок почвы, и с дальней стороны каньона Уилкинсона нипочем на заметить.

Расшнуровав ботинки, журналист слегка помассировал ноющие ступни. В такие дальние вылазки по пересеченной местности, да еще ночью, ему не доводилось ходить со времен Вьетнама. Он изо всех сил сдерживал учащенное дыхание, чтобы не пыхтеть. Не затем он гробился, следуя за Уилкинсоном по пятам, чтобы выдать себя теперь.

Мальчуган продолжал осматривать землю. Интересно, чего же он все-таки ищет? Наконец его упорство было вознаграждено. Найдя искомое, Уилкинсон на минутку задержался, разглядывая небольшой участок почвы. И вдруг горестно понурил голову, словно смирившись перед судьбой.

— Черт! — донеслось до Александера. Затем Уилкинсон снова принялся осматривать участок, двигаясь в определенном направлении, будто шел по следу. Репортер не сводил с него глаз. Что же он там нашел?

— Черт! — буркнул Стив. Все это время, даже не сознавая того, он в глубине души надеялся, что приехал впустую. Но отпечатки раздвоенных конских копыт перечеркнули эту последнюю, отчаянную надежду. На дне следа обнаружились опаленные травинки; это горемка, тут и гадать нечего.

Но что теперь? Следы старые, возможно, один раз уже политые дождем. Наверное, оставлены недели две назад. Вряд ли Белеверн здесь частый гость. Но зачем он вообще тут побывал?

«Сила», — прозвучал у него в рассудке голос Белеверна. «Какая сила?» — поинтересовался Стив. Со времени отъезда из Нью-Йорка его личный демон прервал молчание впервые. Стив уж было начал надеяться, что тот покинул его; увы, ничего подобного.

«В вашем мире почти нет Силы, — пояснил Белеверн. — Горемка может пройти лишь в средоточиях Силы. Здесь некогда была святая земля, наделенная Силой. Видимо, мой дубликат прибыл сюда в полнолуние, что обеспечило дополнительный приток Силы, необходимой для входа в сей мир».

Посмотрев в небо, Стив увидел тоненький серпик месяца. Сказанное Белеверном весьма правдоподобно. Но если это действительно так, то усилия все-таки напрасны. Тут уж не угадаешь, где Белеверн появится в следующий раз и чем он занят. Надо либо найти ответы на кое-какие вопросы, либо отказываться от крестового похода.

«Быть может, часть ответов и можно добыть», — подал голос Белеверн.

Стив удивленно моргнул. Неужели колдун действительно готов прийти на помощь?

«Как?»

«При помощи обряда послевидения. Но чтобы я смог провести его, ты должен на это время предоставить мне власть над телом».

«Когда рак на горе свистнет», — усмехнулся Стив.

«В ограниченных пределах, — принялся уговаривать Белеверн, — только для проведения обряда, не более. Можешь сохранить контроль над ногами. Если я не верну тело, ты не позволишь мне уйти».

«А с чего это вдруг ты воспылал таким желанием помочь?» — с подозрением спросил Стив и тут же ощутил, как Белеверн замыкается в себе.

«По собственным причинам».

Стиву этот ответ очень не понравился.

«А именно?»

«Я же сказал, по собственным причинам».