– Хи-зер... – предостерегающе протянул Рик.

– Эй! – воскликнула Энни – Рик и не заметил, как она подошла. На секунду взглянув на Рика, она тут же перевела взгляд на его дочь. – Хизер, какая прелестная вещица! Только советую тебе сначала ее примерить. Она может бесподобно смотреться на вешалке, а на тебе ужасно. Я и сама собиралась примерить пеньюар, так что давай пройдем в примерочную вместе. А твои подружки пока побудут здесь, рядом с Риком, чтобы ни им, ни ему не было скучно.

Хотя Энни и улыбалась, голос ее звучал твердо. Тамара с Эрин принялись хихикать, а Хизер открыла было рот, чтобы возразить, но Энни, быстро взяв ее под руку, увлекла к примерочным.

Избавив тем самым Рика от высказывания, о котором он впоследствии наверняка бы очень пожалел.

– Это что, было так уж необходимо? – спросила Энни несколько минут спустя, когда они с Хизер, поневоле толкаясь в тесной, пахнувшей духами кабинке, примеряли приглянувшиеся им вещи.

– Что «это»? – переспросила девушка, взглянув на нее.

– Не делай вид, что не понимаешь, Хизер. Ты напрасно стравливаешь отчима и отца. Они и так не ладят друг с другом, а тут еще ты подливаешь масла в огонь.

Не ожидавшая ничего подобного, Хизер сердито сверкнула синими, на тон темнее, чем у Рика, глазами:

– Какое вы имеете право мне выговаривать?

– Никакого, – согласилась Энни. Голос ее звучал тихо, но твердо. – Но твой отец, несмотря на то что у него выдалась тяжелая неделя, разрешил тебе с подружками остаться в его доме на ночь, а сегодня еще и свозил вас в город. А ты отплатила ему тем, что дала понять, что считаешь его неудачником.

– Но я ничего подобного делать не собиралась, – смущенно пробормотала Хизер. Решимости ее явно поубавилось.

– Будь с отцом помягче, ладно? Ты же знаешь, что у него сейчас туго с деньгами, но он разорится для тебя, если ты будешь настаивать.

Хизер взглянула на злосчастную вещицу:

– Да не нужна она мне!

Поддавшись внезапному порыву, Энни протянула руку и откинула с лица девушки упавшую на него длинную прядь волос.

– Я знаю, тебе сейчас нелегко. А тут еще у твоей мамы скоро будет еще один ребенок. – Хизер вспыхнула, и Энни догадалась, что задела ее за живое. Похоже, в этом отношении она пошла в отца. – Но поверь мне, не стоит срывать на людях зло просто потому, что тебе плохо. Ведь этим ты ничего не изменишь.

– Я видеть не могу маму беременной! Такая мерзость! Мне даже думать не хочется о том, что они с Оуэном занимаются любовью. Ну почему он не оставит ее в покое? Убила бы его за это! – Хизер даже передернуло от отвращения.

Энни тяжело вздохнула. Тесная примерочная в магазине женского белья не лучшее место для душевных излияний. Однако у Энни, помимо поиска никому не нужных солдат, была и другая слабость: успокаивать вконец запутавшихся молоденьких девушек.

– Хизер, твоя мама и отчим любят друг друга. И ничего тут мерзкого нет. Заниматься любовью и рожать детей – это естественное выражение любви.

– Правильно. Мама и папу любила, а сама спала с Оуэном.

– Я не говорю, что она поступала хорошо. Она многим людям причинила боль, включая тебя и твоего отца. Если она была с ним несчастлива, могла бы попросить у него развода. Но взрослые, хотя мне очень не хочется в этом признаваться, могут быть необыкновенно тупыми. И потом, иногда бывает очень трудно поступать правильно.

– Я хочу жить с отцом, – проговорила Хизер, глядя на Энни блестящими от навернувшихся слез глазами. – Мама с Оуэном превратили меня в бесплатную сиделку. Правда, мой братишка неплохой мальчик, но... но я чувствую себя в их доме чужой и никому не нужной.

– А ты разговаривала об этом с отцом?

– Нет. Зачем? Он ведь все равно не согласится! У него теперь нет на меня времени. Я буду ему только мешать.

– А вот об этом пусть он сам тебе скажет. Сядь и поговори с ним как-нибудь, Хизер. Он ведь не знает, какие мысли бродят у тебя в голове.

– Но тогда мама решит, что я ее ненавижу, – помолчав, прошептала Хизер.

– Да, ситуация создалась непростая, однако, если ты выговоришься, тебе станет легче и, может быть, что-то прояснится. Пообещай, что поговоришь с отцом. Возможно, он сумеет тебе помочь.

Хизер кивнула белокурой головкой:

– Ладно, поговорю.

Энни порывисто обняла ее.

– А теперь нам пора выходить. Будь с отцом поласковее. Предложи ему зайти в отдел инструментов.

Хизер подняла голову и улыбнулась, от чего на щеках у нее появились ямочки. Энни вдруг почувствовала, как что-то сжалось у нее внутри. Но прежде чем она успела открыть дверь примерочной, Хизер заметила:

– А ведь вам мой отец очень нравится.

– Конечно, он хороший парень.

– Нет, я в другом смысле! Не притворяйтесь, что не понимаете. Я видела, как вы друг на друга смотрите.