В течение нескольких мгновений пламя отбрасывало на лицо Дария красочные пляшущие тени. Я ощущал кожей жар огня даже с того места, где стоял. Дарий приоткрыл в усмешке губы, на белых зубах заиграли отблески пламени. Он махнул руками в сторону Акана и Нефар, испугав их, потом сделал резкий выпад ко мне. Я постарался не сморгнуть. Он хохотнул, примирительно пожав плечами и сделав вид, что собирается отвернуться.

Но в следующий момент он неожиданно отвел руку назад и метнул пламя, вспыхнувшее ослепительно белым светом. Сразу же прозвучал хлопок взрыва, заставившего вздрогнуть землю. Слева от нас полыхнула ослепительная вспышка, от которой потрескалась песчаная почва и пошли мерцающие волны жара, опалившие мне лицо и заставившие меня зажмуриться и податься назад. Дарий крутанулся и снова отвел назад руку, и справа от нас зажглась другая вспышка, жадно поглощая воздух и выделяя сильный жар. Нефар, Акан и я отпрыгнули в разные стороны, образуя широкий полукруг между двух огней, как домашний скот, пойманный в огненную ловушку.

Дарий повернулся к нам с улыбкой.

– А теперь, умники, скажите мне, какой из огней настоящий, а какой иллюзорный?

Мы переглянулись. Я ощущал на руке слишком сильный жар от одной вспышки и видел на платье Нефар пляшущие отблески от другой. Акан обронил:

– Оба волшебные. Оба настоящие.

Мастер слегка скривил губы.

– И все же один из них обладает важным свойством, которого нет у другого. Ну, так ответь мне, пташка. – Он говорил ласковым, приятным голосом, глядя на Нефар. – Если я возьму в руки вот эту прелестную длинную прядь волос и подержу ее над пламенем, от какого, по-твоему, она вспыхнет и сгорит? От того, что слева от меня… – Он подошел к ней, повернув ладонь влево. – Или от того, что справа? – И он раскрыл ладонь вправо.

Нефар не отступила назад.

– Ни от одного, – сказала она, встретив его взгляд.– Оба иллюзорны.

Он поднял бровь.

– А-а. Право, очень умно. Остроумное решение неразрешимой проблемы. К сожалению…– За один широкий шаг он покрыл расстояние между ними и грубо схватил ее за длинные волосы у затылка. – Неверно. Какое же, пташка?

Нефар не издала ни звука, но у нее затрепетали ноздри и широко раскрылись от страха глаза. Я громко произнес:

– Это. – Я выбросил руку влево. – Это пламя может истреблять.

Он взглянул на меня все с тем же приятным, но неумолимым выражением.

– Ты уверен?

Я с трудом сглотнул.

– Да.

– Настолько уверен, чтобы рисковать прелестной копной волос твоей миленькой подружки? Если ты прав, я подведу ее сюда, к ближайшему от меня огню, и она не пострадает. Но если ты ошибся, увы…

Я не смел взглянуть на Нефар. И ничего не мог сказать.

– Ну, что ж, посмотрим, правильный ли ты сделал выбор.

Я протестующе закричал, и Акан бросился к Нефар, но Дарий опередил нас обоих. Он резко выпустил Нефар, отчего она споткнулась и, пытаясь устоять на ногах, нечаянно ухватилась за пояс, на котором держалась моя юбка. Ткань еще колыхалась у моих лодыжек, когда Дарий швырнул пояс в огонь справа – тот, что я считал иллюзорным. С неподдельным ужасом смотрел я, как пояс, извиваясь, съеживается в живом пламени, мерцая угольками, и исчезает, превратившись в пепел.

Дарий удовлетворенно констатировал:

– Вот почему ваша магия не удалась.

Он хлопнул в ладоши, и оба огня исчезли.

Я быстро опустился на колени и, подобрав юбку, обернул ее вокруг талии и, придерживая одной рукой, выпрямился. Мое лицо сейчас горело сильнее, чем в тот момент, когда возле меня плясало иллюзорное пламя, полыхало от унижения, гнева и порожденного страхом желания защититься.

Дарий рассмеялся.

– Ну, ну, друг мой. Похоже, у тебя проблема, с которой не справится даже магия.

Он взялся за подол туники и оторвал от него длинную полоску ткани, которую вручил мне, глядя на меня весело и дружелюбно.

– Иногда, – внушал он мне, – самое простое решение бывает наилучшим.

Едва справившись со смущением и гневом, комком подступившими к горлу, я обвязался кушаком. Дарий похлопал меня по плечу, протягивая руку к остальным.

– Пойдемте, детки, я провожу вас на ваши ложа. Нельзя допустить, чтобы такие ценные маги разгуливали по пустыне с ее зверьем и змеями в темноте, так ведь?

Даже в быстро сгущающихся сумерках я видел твердые очертания челюсти Акана и вздернутый подбородок Нефар. Я отошел подальше от Мастера, и Нефар с Аканом тотчас же пошли рядом. Дарий не отставал от нас, словно мы и вправду малые дети, которых нельзя оставлять одних, иначе они заблудятся по дороге домой. И, что хуже всего, он все бормотал строчки из какого-то невразумительного стиха: «Ах, будь у меня крылья, чтобы воспарить, сбросив эту хрупкую оболочку, которая меня сковывает…» – с такой нарочитой насмешкой в голосе, что я сжался.

Акан резко прервал его:

– Давно вы знаете о нас? О том, что мы можем делать?

Дарий ответил не задумываясь:

– Ну, со дня вашего рождения, разумеется.

Мы обменялись недоуменными взглядами, и я чуть не сбился с ноги. Акан судорожно вздохнул и выдавил:

– Вы лжете.

– Да, случается.

Я стал быстро соображать, пытаясь понять смысл сказанного. Все эти годы мы занимались в строжайшем секрете, полагая, что открыли редкий и неизвестный дар, в то время как…