Комендант опять пожурил разгильдяев, наказал двух драчунов, ввел в строй четверых новых наёмников и только затем вызвал в центр нового десятника.

– Ну, кого ещё берёшь?

Кашад по деловому зачитал три имени из короткого списка и три воина перешли на левый фланг. Незаметно наблюдая, как лицо менсалонийки всё больше и больше сковывает маска отчаяния и скорби. Затем огласил четвёртое имя:

– Лидия Салграй!

Немного флегматичная Эль-Митоланша из Баронства Стали сама не ожидала, что её примут в сдвоенную десятку, но прошествовала на новое место чинно и чуть ли не вальяжно. Естественно никто пока не знал, что на неё слишком запал ордынец Меченный и со временем собирался расшевелить суровую крепость своим вниманием. А Кремона он убедил тем, что Лидия считалась одной из самой лучшей по части врачевания. А иметь отличного медика из Эль-Митоланов в своей десятке никакой командир не откажется.

Перед оглашением последнего имени комендант заглянул в короткий список и скривился от разочарования. А затем с укором посмотрел в глаза десятника и прошептал:

– Всё-таки меня не послушал?

Горестно кивая, он с жалостью скользнул взглядом по застывшей в страшном напряжении менсалонийке, и та всё поняла. Плечи её поникли, голова свесилась на грудь, а лицо окаменело почти так же, как у сотника Дорнесса.

Кашад не стал оправдываться. Лишь ещё раз сверился со своим списком и громко крикнул:

– Золана Мецц!

Удивились все. Конечно, каждый по разным причинам. Но больше всех была поражена сама наёмница. Она резко распрямилась и с недоверием уставилась на центр плаца. Пришлось после тяжёлого и специально страдальческого вздоха, предназначенного в первую очередь чуть улыбнувшемуся коменданту, повторить:

– Золана Мецц!

Менсалонийка чуть ли не слевитировала на своё место в новом строю. Туда же отправился и Кашад. А комендант развёл всех на занятия и тренировки. Добавив:

– Новая сдвоенная десятка занимается по индивидуальному плану своего командира. Разойдись!

Кремон уже заранее приготовил определённую программу по выявлению самых слабых в физическом плане и начал с неё. Но от маленькой предварительной речи не удержался:

– Сейчас вы будете бежать за мной. По той самой тропинке в лесу. Кто отстанет больше чем на сто метров сходит с дистанции и возвращается к начальному рубежу. Это только первый тест и он во многом зависит от вашего состояния в данный момент. Но и он кое-что значит. Так что старайтесь. Бегом, марш.

За территорией виллы находился вполне порядочный участок леса. Скорей всего он тоже принадлежал тем же владельцам. Но специально и сильно огорожен не был. Лишь кое-где на палках висели таблички-предупреждения, что данный лес частная собственность. Курсанты центра там постоянно проводили свои марш броски по натоптанной и витиевато петляющей тропе. Причём срезать путь было довольно сложно, и схитрить никто особо не мог. Поэтому о лучшем месте для испытания на элементарную выносливость и мечтать не приходилось.

Вначале Кремон поддерживал средний темп. Через час побежал в три четверти своей силы. Но лишь на третьем часу появились первые отстающие. А когда десятник рванул чуть не в полную свою силёнку возле него моментально остались лишь менсалонийка и ордынец. Но если женщина бежала довольно легко, благодаря своим длинным у резвым ногам, то подобная скорость в исполнении коротконогого Кузласса Биная, заслуживала настоящего уважения и восхищения. Он бежал с таким видом, что казалось, сейчас умрёт, но не отстанет.

Завершив круг, десятник медленно пошёл в сторону виднеющейся в заборе калитки, а Меченному скомандовал:

– Собирай всех и веди сюда!

Тот изрядно сбросил скорость и поспешил на розыски остальных наёмников. Но по разгоревшимся глазам было понятно, что в первую очередь он станет разыскивать Лидию Салграй.

А Кремон остановился и строго уставился на запыхавшуюся менсалонийку:

– Зачем ты это сделала? – имея в виду ночное усыпление. Но Золана ничуть не смутилась, лишь отвечая, интенсивно пыталась восстановить дыхание.

– Да потому что ты мне очень нравишься. И я приложу все свои усилия, что бы заслужить твою любовь.

– Вот дела! Вряд ли у тебя получится. Только запретить права не имею. Пробуй. Но учти: не такими гадкими и нечестными способами.

– Хорошо, я готова и к длительной осаде моего героя.

– М-да… Странное поведение. И учти, я имею право отчислить из десятки любого в период обучения!

– Понимаю, и стараюсь тебя не гневить даже словом, которое может оскорбить твой утончённый слух.