– Миссис Форд отправилась на поиски и еще не вернулась, милорд.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я просил ее остаться в доме, милорд, – в отчаянии пробормотал Дэниел, бросив укоризненный взгляд на экономку.

– Она была не в себе, милорд, – сказала миссис Трент. – Ее нельзя было удержать.

– Когда она ушла? Экономка густо покраснела.

– Незадолго до полудня, милорд.

– Уже прошло много часов, – сердито бросил Стенмор и направился к двери. – В каком направлении она двинулась? Откуда ей знать, где мог потеряться мальчик?

– Милорд, она вела себя безумнее, чем Мейр, у которой два года назад потерялся Джонни. Ее нельзя было остановить. Она как будто потеряла собственного сына.

– Бога ради, как, по-вашему, должна была она себя чувствовать?

Стенмор отошел к окну. Он видел Ребекку Форд всего раз. Ее привязанность к мальчику поразила его. Вряд ли он сможет когда-либо это забыть.

Круто повернувшись, граф двинулся на выход, раздавая на ходу приказания.

– Дэниел, отправь в деревню людей на поиски миссис Форд. Миссис Трент, опросите всех, кто посещал ее сегодня утром. Узнайте, может, они называли какие-нибудь места, куда она могла отправиться на поиски.

Стенмор зашагал по длинному коридору, ведущему на кухню. Домашняя прислуга, конюхи и садовники, все те, кто еще оставался в доме, были тотчас разбиты на поисковые группы и отправлены на территорию усадьбы.

Граф тоже направился к дверям, где ему приготовили сухой камзол для верховой езды. На посыпанном гравием дворе его ждал нетерпеливо пританцовывающий гунтер.

Видимо, Зевсу не понравился сухой камзол, и непогода разыгралась не на шутку. Поднялся ветер, то и дело вспыхивали молнии.

Стенмор пришпорил жеребца, посылая его через луг на дорожку, петлявшую вокруг озера. Одна из старших горничных подробно рассказала миссис Форд о пропавшем сыне Мейр. Описала мельницу, где его обнаружили.

Стенмор поехал вдоль озера, не замечая ни дождя, ни ветра, сосредоточившись на поисках мальчика и миссис Форд.

Ребекки.

И тут граф с гневом подумал, что именно она виновата в случившемся. Если бы он не поддался на ее уговоры, мальчик, целый и невредимый, находился бы сейчас в Итоне.

Глупая, упрямая женщина.

К тому времени, когда вдали появилась старая мельница, разыгралась настоящая буря. Выехав из рощи, граф сразу увидел на берегу Ребекку. Видимо, поскользнувшись, она упала и теперь пыталась подняться. Подстегнув лошадь, Стенмор направился к ней.

– Миссис Форд!

Ребекка обернулась. Ветер трепал ее длинные мокрые волосы, и она откинула их с лица. Она промокла до нитки и с головы до ног была забрызгана грязью.

– Вы нашли его? – с надеждой в голосе воскликнула Ребекка и устремилась к Стенмору.

– Нет. Не нашли.

Ее лицо исказила гримаса боли. Ребекка едва держалась на ногах. Граф спешился, чтобы ее поддержать. Но она, не проронив ни слова, повернулась и направилась к дамбе. Граф двинулся за ней, ведя на поводу лошадь.

– Остановитесь!

Будто не слыша, Ребекка продолжала идти.

– Это безумие! – крикнул Стенмор.

Ее ноги заскользили, и в следующее мгновение она очутилась у самой воды. Граф бросился ей на помощь.

Она оттолкнула его руку и стала карабкаться наверх, цепляясь за землю.

– Миссис Форд, Ребекка! Неужели вы не понимаете, что я теряю время, спасая вас, в то время как меня ждут неотложные дела?

Догнав Ребекку, Стенмор схватил ее за руку и повернул к себе.

– Немедленно возвращайтесь в дом!

– Пустите меня! – процедила она сквозь зубы.

– Не могу. Нравится вам или нет, но вы моя гостья, и я отвечаю за ваше благополучие.

– Пропал ваш сын. Вы что, не понимаете?

– Вы обвиняете в этом меня?

– Да, вас! – крикнула она. – Джейми пропал.

– Вы хотите сказать, убежал?

– ...Потому что вы даже не соизволили с ним познакомиться. Он убежал, потому что боялся. Если бы вы прислушались хоть к чему-то из того, что я говорила в Бристоле... если бы вы учли его возраст, его состояние.

– А вы не подумали, мадам, о том, что не приучили мальчика к дисциплине?

– Что за чушь! От меня, во всяком случае, он не убегал. Рос, как все нормальные дети.

– Сорняки тоже растут по обочинам дорог, хотя никто за ними не ухаживает.