То, что произошло с двумя валявшимися на щебне незадачливыми друзьями Ника Пидара и Генри Помойки, ничему не научило остальных. Они слишком привыкли к безнаказанности и к тому, что у них всегда все получается, поэтому Ник Пидар, отступив на шаг, сунул руку за спину и выкрикнул:

– Ах ты сука! Сейчас я продырявлю тебе башку. Позаимствованная из родных голливудских фильмов манера разговаривать и комментировать все свои действия оказала ему плохую услугу.

Знахарь понял, что сзади за поясом у противника имеется ствол, и, рванувшись вперед, сильно ударил Ника ладонью в грудь. Контакт получился плотным, Ник выронил пистолет и, удушливо закашлявшись, сел на землю. Кончита в это время успела подбежать к «Кадиллаку» и вытащить из бардачка «Магнум».

Трое из невезучих бандитов валялись на земле, а Генри Помойка стоял ни жив ни мертв и боялся пошевелиться. Он проклинал тот момент, когда пять минут назад сам, своим собственным языком произнес несколько роковых слов:

– Эй, Бен, притормози-ка, смотри, какие сиськи!

Бен охотно притормозил, но теперь он тихо стонал, лежа на земле с окровавленным лицом, и держался обеими руками за отбитую промежность.

Знахарь посмотрел на замершего, как статуя, Генри Помойку, потом на Кончиту, и увидев, что она передернула затвор пистолета, имея на лице весьма недоброе выражение, подошел к ней и решительно отобрал «Магнум».

– Не спеши, – сказал он, – я знаю таких тварей. И у меня есть идея получше.

Он подошел вплотную к Генри и сказал:

– Хорошо стоишь. Так и стой. Пошевелишься – я тебя убью не сразу. Примерно через час. И все это время ты будешь просить меня, чтобы я тебя убил. Понял?

Генри Помойка попытался ответить, но во рту у него пересохло от страха, и раздался только негромкий сип, как при открывании бутылки пива.

Тогда он энергично кивнул, и Знахарь сказал:

– Молодец.

Подобрав с земли пистолет Бена Свиньи, который был единственным стволом в банде, он отдал его Кончите, затем подошел к лежавшему в луже крови Ленни Говноеду, пошевелил его ногой и сказал по-русски:

– Готовченко.

– Что? – Кончита, естественно, не поняла этого.

– Подох, говорю, – ответил Знахарь. – Это хорошо. Он повернулся к Генри и спросил:

– Правда хорошо, что он подох? Генри Помойка испуганно закивал.

Бандитский кураж слетел с него, как пух с одуванчика, и теперь перед Знахарем стояла ничтожная двадцатилетняя тварь, которой лучше всего было бы вообще не родиться.

– Значит, я убил твоего друга, а ты говоришь, что это хорошо? – Знахарь преувеличенно удивился. – Может быть, это все-таки плохо?

Генри Помойка снова закивал, не зная, что ответить этому страшному человеку с большой сверкающей пушкой в руке.

Вокруг была каменистая пустыня, и Генри впервые в жизни испытал те чувства, которые приходилось переживать людям, которых он с приятелями травил с гиканьем и смехом, зная, что на сотню миль вокруг никого нет. Ему стало очень страшно, и вдруг он почувствовал, как по ноге потекла горячая струйка. Посмотрев вниз, он понял, что обмочился.

Знахарь проследил его взгляд и, увидев темное пятно на джинсах, усмехнулся:

– Говорят, что перед казнью многие гадят в штаны.

Услышав такое, Генри Помойка похолодел, у него потемнело в глазах, и он покачнулся.

Знахарь недобро ухмыльнулся и сказал:

– Бери мертвяка и тащи его вон за ту скалу. Быстро. Генри встрепенулся и, схватив мертвого Ленни Говноеда за ноги, поволок его, куда было сказано. Тем временем Ник Пидар и Бен Свинья очухались и, сидя на земле, мрачно косились на пистолет в руке Кончиты. Знахарь огляделся и сказал Кончите:

– Загони их телегу за скалы, чтобы с дороги не было видно.

Кончита кивнула и, засунув пистолет за пояс, пошла к джипу.

А Знахарь, посмотрев на сидевших на земле бандитов, сказал им по-русски:

– Эх вы, сявки помойные! Таким гандонам, как вы, место у параши.

Оба непонимающе уставились на него, и тогда Знахарь, вздохнув, снова перешел на английский:

– Вы знаете, на кого нарвались? Не знаете. …Я- русский серийный убийца и скрываюсь здесь от русских колов. На мне тридцать шесть трупов, и все с расчленением и извращениями. Теперь понятно, во что вы влипли?

Пидар и Свинья ужаснулись, а Знахарь, зловеще усмехнувшись, выразительно посмотрел на пистолет и сказал:

– Ну, что… Вставайте и идите туда.

И он указал стволом в ту сторону, куда вела полоска крови, оставшаяся на земле после того, как Генри Помойка утащил за скалы Ленни Говноеда.

Бен Свинья и Ник Пидар неохотно встали, но – что тут поделаешь – пошли, куда было сказано.

Кончита тем временем отогнала с дороги джип, и любой проезжий теперь увидел бы только розовый «Кадиллак» да парочку, стоявшую на обочине. Заехав за высокую скалу, она заглушила двигатель и пошла к месту, где Знахарь руководил действиями пленников.