Сталин был, как известно, послан на Украину в 1918 году и занимался там не только военными, но и экономическими и политическими делами. В марте 1920 года он был представителем ЦК РКП на IV украинской партийной конференции, а в 1923 году принимал участие в IV нацсовещании, происходившем после XII партийного съезда. Сталин резко подчеркнул «все огромное значение правильной национальной политики на Украине не только с внутренней, но и с международной точки зрения». В сущности, на Украине и сейчас сходятся точки прицела различных держав, – Польши (прежде действовавшей совместно с Францией, а потом в сообщничестве с фашистской Германией) и самой гитлеровской Германии. Эти державы не скрывают своих «аппетитов», они затевают всяческие интриги, шитые белыми нитками, и только ждут удобного момента. Постоянный тайный заговор окружает республику; добровольно и честно вошедшую в Советский Союз.

В наиболее отдаленной от европейского варварства области – в Средней Азии – задача советизации сталкивается с дальневосточной проблемой и вообще с проблемами капиталистической и империалистической колонизации. О значении социализма, т. е. Коммунистического Интернационала и советской власти, для колониального вопроса Сталин писал: «Россия была узловым пунктом …, противоречий империализма». Она лежала на стыке Запада и Востока, она сочетала в себе два социальных уклада, свойственные и высокоразвитым капиталистическим странам, и колониям, она была «важнейшей опорой западного империализма, соединяющей финансовый капитал Запада с колониями Востока», поэтому ее революция была мостом, соединяющим пролетарские революции передовых капиталистических стран с колониальными революциями. Поэтому также и опыт ее, опыт ВКП(б), имеет всеобъемлющее международное значение.

Однако в первые годы советской власти существовало довольно «своеобразное» понимание национального вопроса в Азии. Оно выражалось в сильных «колонизаторских» тенденциях, т. е. в стремлении взять отдаленные окраины под опеку, обеспечить русским элементам преобладание в организации и работе советского аппарата. Русские рабочие, русские партийные работники, приезжая в Азию, начинали там командовать, распоряжаться и устраивать все по-своему создавая, как сказал Сталин, «опасность отрыва партии от пролетарских масс национальных республик».

Такое положение несовместимо с тем принципом марксизма-ленинизма, который особенно дорог Сталину: с требованием прямого, непосредственного, сознательного участия каждого в общем деле. И Сталин повел яростную борьбу с проявлениями великорусского шовинизма, примешивавшегося к социалистическим представлениям; он выступил против таких приемов, которые несколько напоминают методы «протектората» или колонизаторства по отношению к советским народам: такая система ошибочна теоретически и недопустима практически.

Сталин стремился как можно глубже вовлечь народы Советской Азии в дело самостоятельного строительства, чтобы и над своим прогрессивным движением, и над своим национальным развитием они трудились сами; он превратил их пассивный социализм в социализм активный. Осуществить эту задачу ему удалось при помощи огромного хозяйственного строительства, плодами которого пользуются обширные отдаленные области, до сих пор терявшиеся в туманной дали Сибири.

Именно таким образом Сталин подошел к реорганизации отсталого Туркестана, занимавшего подчиненное положение (и добившегося после своей перестройки значительного экономического подъема), к новому, тщательно обдуманному размежеванию народов Средней Азии. Было основано несколько республик: Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан, Казахстан.

Весь советский Восток поставлен сейчас под угрозу иностранного империализма (в авангарде – вооруженные до зубов, перенявшие все худшие стороны цивилизации японские провокаторы; они вынюхивают, а за ними тянутся все прочие). Но советский Восток находится под прочной защитой справедливого, положительного и плодотворного социалистического идеала, воодушевившего все народы.

Мы вплотную подошли к китайскому вопросу. Огромная страна, равная по своей территории всей Европе, страна, которая по численности населения с древнейших времен была и остается первой в мире, – имела свою псевдо-революцию. Вначале она лишь подпилила ножки пышного трона, и после смерти Сунь Ятсена Китай был с головой выдан клике проходимцев, имевших двойную цель: не допустить страну до полного освобождения и награбить сказочные богатства. Вчерашняя и сегодняшняя жертва зарубежных бандитов, несчастный Китай является и жертвой бандитов внутренних. Гоминдан (правящая партия) и генералы с наиболее многочисленными армиями, ведущие этот Гоминдан на веревке, нашли себе мишень – коммунистов. У японцев, да и у западных держав, мишень та же. Коммунистов так же, впрочем, как и либералов, пытаются уничтожить без остатка; писателей, осмеливающихся говорить о справедливости, китайское правительство живьем зарывает в землю. И все же в Китае существует великая коммунистическая партия. Вопреки всему чиновничьему и военному сброду, присосавшемуся к Китаю и продавшемуся великим державам, эта партия стремится избавить гигантскую страну от ее горькой участи. Это уже удалось китайской компартии в огромной области, которую она и начала перестраивать в направлении социалистического прогресса. Миллионная Красная армия советского Китая отразила уже пять больших походов, предпринятых против нее нанкинскими и иностранными бандитами. На сегодняшний день четверть китайской территории со ста миллионами населения стала «красной». И новый Китай не успокоится до тех пор, пока не распространится на всю территорию Китая старого. В данный момент развертывается уже шестой поход, руководимый лично главным раззолоченным душителем нового Китая, Чан Кайши, которому помогает германский генерал фон-Сект. Они командуют армией в шестьсот тысяч штыков при ста пятидесяти самолетах и двухстах пушках. Армия эта пытается зажать советский Китай в кольцо при помощи системы укреплений, воздвигаемых ею по мере продвижения. До сих пор шестое наступление на освобожденный Китай обошлось белокитайским паразитам в миллиард китайских долларов и сто тысяч человеческих жизней. Имеются сведения, что белыми захвачена столица советского Китая Чжуйцзин. Но за последнее время китайская Красная армия сознательно изменила свою тактику: она ведет наступление без опорной базы, – оставляя часть старых позиций, она победоносно продвигается вперед в других районах, широко возмещая свои временные территориальные потери новыми завоеваниями. Положение в данный момент складывается для нее благоприятно, и очень возможно, что ей удастся не только разгромить наступление белых, но и войти в непосредственное столкновение с японскими войсками, выполнить свою задачу «священной войны национально-революционной обороны китайского народа против японского империализма». Все свободомыслящие люди в мире должны желать осуществления этой задачи, – надо положить конец страданиям целого континента. Формулу «Китай – китайцам», ни один мыслящий человек не может понять иначе как «Китай – советский».

Сталин специально занимался вопросами китайской коммунистической партии и героической борьбы советского Китая. В 1926 году китайская комиссия Коминтерна решительно выправила, под его личным руководством, политическую линию китайской компартии. В своем выступлении, которое надолго останется памятным в анналах Коммунистического Интернационала, он разгромил ошибки и искривления, вытекавшие из неверия в рабоче-крестьянскую революцию, из некоторой склонности рассматривать китайскую революцию, как революцию, осужденную оставаться буржуазно-демократической. И все меры, какие он выдвигал, были впоследствии оправданы событиями.

Советская национальная политика, ее огромное влияние, далеко излучающееся из центра во все стороны, оказывает исцеляющее действие не только в колониальных и полуколониальных странах, где национальное освобождение является первым этапом освобождения социального, где социализм приносит одновременно и то и другое, – она оказывает и будет оказывать прямое или косвенное влияние и на целый ряд европейских стран, где угнетаются национальные меньшинства, – на многонациональные государства, на метрополии, географически спаянные со своими колониями, созданные или искусственно расширенные войной 1914 года. Такова Югославия – не федерация, а агломерат из словенцев, хорватов, черногорцев и части македонцев, сдерживаемый тисками сербской диктатуры; такова Чехословакия – разношерстный клок, вырванный из лоскутной австро-венгерской монархии; такова Польша, где поляков всего 50 %; такова Румыния, к которой варварские, невежественные версальские хирурги наскоро притачали венгерскую Трансильванию, Добруджу и русскую Бесарабию; наконец нельзя забывать и о таких, более старых произведениях доморощенной мудрости, как насильственный брак Ирландии с Англией (там дело уже давно идет к разводу) или как валлоно-фламандская комбинация, именуемая Бельгией.