— Сержант, прикинь, он в самом деле считает, что дельфины могут летать, — шепнул Шнобби.

— Ты жми давай.

Сержант Колон набрался смелости оглянуться.

Лорд Витинари восседал на перевернутом ящике среди звенящих цепей, а на коленях у него лежали чертежи Леонарда.

— Держись, сержант, — подбодрил Витинари.

— Так точно, сэр.

Теперь, когда они покинули акваторию города, Лодка изрядно прибавила скорости. В крохотные стеклянные иллюминаторы начал даже просачиваться омерзительный свет.

— Эй, господин Леонард! — позвал Шнобби.

— Что?

— А куда мы плывем?

— Его светлость желает попасть на Лешп.

— Понятно, чего-нибудь в таком духе я и ждал, — кивнул Шнобби. — Я спросил себя: «Куда я не хочу попасть?» И ответ выскочил сам собой, в мгновение ока. Только вряд ли мы туда попадем, потому что еще пять минут — и у меня отвалятся колени…

— О, не волнуйся, все время крутить педали не понадобится, — успокоил Леонард. — Для чего, по-твоему, этот бур на носу?

— Этот? — переспросил Шнобби. — Я думал, чтобы дырявить днища вражеских кораблей…

— ЧТО? — Леонард в ужасе даже провернулся на своем сиденье. — Чтобы топить корабли? Топить КОРАБЛИ? Когда на них ЛЮДИ?

— Э-э… ну да…

— Капрал Шноббс, ты глубоко заблуждающийся молодой… человек, — сухо произнес Леонард. — Использовать Лодку для потопления кораблей? Это было бы ужасно! Ни одному моряку не придет в голову столь позорная мысль!

— Ну, прости, пожалуйста.

— Бур, да будет тебе известно, предназначен для ПРИКРЕПЛЕНИЯ Лодки к проплывающим кораблям — на манер отморы, рыбы-прилипалы, которая аналогичным способом прикрепляется к акулам. Для прочного соединения достаточно нескольких оборотов.

— Так, значит… пробурить обшивку насквозь невозможно?

— Только если ты очень беспечный и чрезвычайно безрассудный молодой человек!

Если океанские волны в буквальном смысле этого слова бороздить невозможно, то на грязевом насте, скапливающемся в низовьях Анка, летом даже кусты растут. Как раз его-то «Милка» и бороздила.

— А побыстрее нельзя? — раздраженно спросил Ваймс.

— Отчего же, можно, — ядовито отозвался Дженкинс. — Куда прикажете установить дополнительную мачту?

— Их корабль по-прежнему не больше точки, — встревожено вставил Моркоу. — Почему мы не нагоняем их?

— Тот корабль больше, поэтому у него, выражаясь технически, больше ПАРУСОВ, — усмехнулся Дженкинс. — К тому же клатчские корабли славятся легким корпусом и быстрым ходом. А у нас полный трюм…

Он осекся, но слишком поздно.

— Капитан Моркоу? — окликнул Ваймс.

— Да, сэр?

— Сбросить ненужный балласт за борт.

— Только не арбалеты! Они стоят больше сотни долларов каж…

Дженкинс осекся. На лице Ваймса ясно читалось, что есть много вещей, которые можно отправить за борт, и оказываться среди них совсем не стоит.

— Господин Дженкинс, лучше сходи и помоги там, — посоветовал он.

Капитан угрюмо затопал прочь. Несколько мгновений спустя раздался громкий всплеск. Посмотрев за борт, Ваймс увидел деревянный ящик; покачавшись недолго на волнах, ящик пошел ко дну. И совершенно неожиданно Ваймс почувствовал себя счастливым. Ржав сказал, он только и годен, что ловить воришек. Что ж, этот лордишка думал, что тем самым оскорбляет его, но он ошибался. Все преступления на свете подходят под определение воровства, ведь добычей может являться не только золото, но и невинность, и территория, и даже жизнь. Воры бегут, а ты за ними гонишься…

Плеснуло еще несколько раз. Ваймсу показалось, что судно, избавившись от лишнего груза, будто рванулось вперед.

…Гонишься. Кстати, погоня — это самое простое. Осложнения начинаются, когда наконец поймаешь того, за кем гонишься. А погоня вещь чистая и свободная. Гнаться за кем-нибудь гораздо проще, чем искать улики и разглядывать чужие записные книжки. Он убегает, я догоняю. Очень просто.

Терьер Витинари, говорите?

— Дзынь-дзынь-подзынь! — позвал карман.

— Даже не начинай, и слушать не стану, — поморщился Ваймс. — На этот раз что-нибудь вроде: «Пять ноль-ноль, плавание нормальное»?

— Гм-м… вообще-то нет, — отозвался Бес-органайзер. — Здесь сказано «Яростный спор с лордом Ржавом», Введи-Свое-Имя.

— А ты разве не должен сообщать мне, что я буду делать? — осведомился, открывая прибор, Ваймс.

— Скорее… то, что ты ДОЛЖЕН БЫЛ БЫ делать, — странно встревоженным тоном ответил бесенок. — Должен был бы. Не понимаю, что происходит… э-э… что-то, наверное, пошло не так…

Ангва оставила попытки перетереть ошейник о переборку. Ничего не получалось, а серебро у самой шеи одновременно словно бы морозило и жгло огнем.