Джейк никогда не использовал телепатию для мысленного общения, но тут предпринял попытку: «Оставайтесь на месте! Если мы не успеем вернуться, то попытаемся спрятаться, чтобы они не заметили нас, проезжая мимо. НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ПРИХОДИТЕ СЮДА! НЕ СТАВЬТЕ ПОД УДАР НАМЕЧЕННЫЙ ПЛАН!»

Он понятия не имел, дошло ли его сообщение до адресатов, но точно знал, что ни на что другое времени у него нет. А тем временем Бенни… что? Что такое le mot juste? Миссис Эйвери в школе Пайпера только и повторяла le mot juste. Тут он вспомнил. Говорить быстро и невнятно. Так Бенни и говорил, слова налезали одно на другое.

— Что же нам делать, Джейк? Человек-Иисус, они оба без сознания! А только что все было хорошо! Они бежали, а потом… а если сейчас придут Волки? Что, если они придут, когда мы будем на дороге? Нам лучше оставить их, как ты думаешь?

— Мы не можем оставить их, — ответил Джейк. Наклонился, схватил Франсину за плечи. Рывком посадил ее, чтобы она не придавливала брата и он мог дышать. Ее голова откинулась назад, волосы походили на черный шелк. Веки дрогнули, под ними виднелись только белки. Не раздумывая, Джейк влепил ей пощечину. Со всей силы.

— О! О! — Ее глаза открылись, синие, прекрасные, потрясенные.

— Поднимайся! — крикнул Джейк. — Встань с него!

Сколько прошло времени? Как стало тихо после того, как дети повернули к дороге! Ни щебетания птиц, ни криков расти. Он ждал второго свистка Роланда, но тот и не думал свистеть. Действительно, зачем? Одного вполне хватило.

Франсина скатилась на землю, потом с трудом поднялась.

— Помоги ему… пожалуйста, сэй, умоляю…

— Бенни, мы должны вытащить его ногу из этой норы. — Бенни опустился на одно колено по другую сторону от распростертого на проселке подростка. Его лицо оставалось бледным, но губы сжались в тонкую полоску, что, по мнению Джейка, обнадеживало. — Возьмись за плечо.

Бенни ухватился за правое плечо Фрэнка Тавери. Джейк — за левое. Их взгляды встретились над телом лежащего без сознания мальчика. Джейк кивнул.

— Давай!

Они разом потянули. Глаза Фрэнка Тавери раскрылись, такие же синие и прекрасные, как у сестры, из груди исторгся пронзительный крик. Но нога не освободилась.

Застряла крепко.

Теперь у облака пыли появилось серо-зеленое основание, и они уже слышали топот множества копыт. Женщины Кальи уже залезли в окоп. В кювете остались только Роланд, Эдди и Сюзанна. Все трое смотрели на пустынный проселок, уходящий к пещерам.

— Я что-то слышала, — нарушила молчание Сюзанна. — Думаю, кто-то из них поранился.

— Роланд, я пойду к ним, — повернулся к стрелку Эдди.

— Этого хочет Джейк или ты? — спросил Роланд.

Эдди покраснел. Он слышал, что сказал Джейк в его сознании, не слова — мысль, и предположил, что то же самое услышал и Роланд.

— Около реки почти сотня детей, на проселке — только четверо. Залезай в окоп, Эдди. И ты, Сюзанна.

— А ты? — спросил Эдди.

Роланд глубоко вдохнул, выдохнул.

— Я помогу, если получится.

— Ты не собираешься идти к нему, правда? — В глазах Эдди читалось нарастающее удивление. — Ты же не собираешься…

Роланд посмотрел на облако пыли, на серо-зеленое основание, которому уже через минуту предстояло начать разделяться на отдельных лошадей и всадников. Всадников с оскаленными волчьими масками под зелеными капюшонами. Они не скакали к реке — летели к ней.

— Нет, — ответил Роланд. — Не могу. Залезай в окоп.

Эдди еще с мгновение постоял, положив руку на рукоятку большого револьвера, губы на побледневшем лице беззвучно шевелились. Потом отвернулся от Роланда, схватил Сюзанну за руку. Опустился рядом с ней на колени, следом за ней проскользнул в дыру. Теперь в кювете остался только Роланд, с большим револьвером на левом бедре. Через дорогу он смотрел на проселок и не видел ни Джейка, ни остальных.

Бенни Слайтман отличался крепким сложением, но не мог в одиночку сдвинуть глыбу, которая держала ногу Фрэнка Тавери. Джейк увидел это после первой попытки. Его разум (хладнокровная часть разума) попытался сравнить вес паренька, попавшего в капкан, и камня, ставшего частью капкана. Получалось, что камень весил больше.

— Франсина.

Она посмотрела на него мокрыми от слез, полуслепыми от горя глазами.

— Ты его любишь?

— Ага, всем сердцем!

«Он и есть твое сердце, — подумал Джейк. — Это хорошо».

— Тогда помоги нам. Когда я скажу, тяни на себя со всей силы. Не обращай внимания на крики, тяни.

Она кивнула, вроде бы поняла. Он очень на это надеялся.

— Если мы не сможем освободить ногу на этот раз, нам придется оставить его здесь.

— Я его не оставлю! — завизжала Франсина.

Спорить времени не было. Джейк встал рядом с Бенни, ухватился за плоскую скальную глыбу. Под ее зазубренным краем окровавленная голень Фрэнка уходила в черную дыру. Мальчик уже полностью оклемался и тяжело дышал. В левом глазу стоял ужас. Правый залила кровь. Над ухом кровоточила рваная рана.