Большой Джули покачал головой.

– Ты хороший мужик, Хью, но ты не понимаешь, с чем имеешь дело. Если исчезнет разведгруппа Синдиката, то Большие Парни поймут, что попали в точку, и приведут в действие систему. Устранение представителей Синдиката его не остановит… оно его даже не задержит. Оно сможет только ускорить процесс.

Прежде чем Плохсекир получил возможность ответить, я опередил его несколькими собственными вопросами.

– Минуточку, Большой Джули. Когда мы впервые встретились, ты командовал самой большой армией, какую когда-либо видел этот мир, верно?

– Совершенно верно, – кивнул он. – Пока мы не встретили вас, мы катили вперед весьма неплохо…

– …а мы просто дали вам шанс исчезнуть как солдатам и выйти в отставку гражданами Поссилтума. Тебя и твоих ребят ни разу не победили в бою.

– Мы – самые лучшие, – гордо подтвердил Джули. – Всякий, кто с нами свяжется, выйдет из битвы окровавленным обрубком – понимаете, что я имею в виду?

– Почему же тогда вы все так боитесь Синдиката? Если они что-нибудь попробуют затеять, почему бы тебе и твоим ребятам просто не соединиться с армией генерала Плохсекира и не преподать им урок хороших манер?

Бывший командир испустил глубокий вздох.

– Они так не работают, – растолковал он. – Если бы они отправились сюда в поход, словно армия, то, разумеется, мы бы выгнали их взашей. Но они не пойдут войной. Они будут засылать по нескольку громил, и те будут у нас вести себя примерно, поэтому их будет не за что арестовывать. Однако, когда их здесь накопится достаточно, они начнут наезжать на ваших граждан. По мелочи, но неприятно. Если кто-то вам пожалуется, то этот «кто-то» отправится на тот свет вместе с большей частью своей семьи. И очень скоро все ваши граждане будут бояться Синдиката больше, чем вас. Никто не жалуется, никто не выступает в суде свидетелем. Когда такое происходит, считайте – у вас больше нет королевства. Всем заправляет Синдикат, а вы умираете с голоду. Подобное вторжение невозможно побороть с помощью армии. Его вообще невозможно побороть.

Некоторое время мы все сидели, храня неловкое молчание, избегая взглядов друг друга и ломая головы в поисках решения.

– Я вот чего не понимаю, – проговорил Плохсекир, – если описанная тобой система так эффективна и так неудержима, то зачем они вообще взяли на себя труд сколотить армию?

– Мне действительно очень неприятно признаваться в этом, – поморщился Большой Джули. – Но мы были экспериментом. Каким-то скупердяям в Синдикате взбрело в голову, что хоть армия и дороже, но, экономя время на быстром захвате, можно компенсировать дополнительные расходы. По правде говоря, я считаю, их эксперимент полностью провалился.

Это сбило меня с толку.

– Ты хочешь сказать, что твоя армия была неэффективной?

– До определенного момента – нет. Но после нас стало слишком много. Держать армию в поле – дело дорогостоящее, и под конец недельное содержание моих ребят стоило больше полученных нами контрибуций с покоренных королевств. Я думаю, в Синдикате готовились постепенно демобилизовать нас… вот потому-то они так долго и не искали свою армию.

Я поспешно покачал головой.

– На этом последнем витке ты оторвался от меня, Большой Джули. Так почему они задержались с розыском?

– Из-за денег, – твердо ответил он. – Ничто, скажу я вам, не заставит Больших Парней так быстро навострить уши и сделать стойку, как звонкая монета. Я хочу сказать, когда дело доходит до денежных мотивов, они могут хоть учебник написать на эту тему.

– Это напоминает Гримбла, – пробормотал себе под нос Плохсекир. – Неужели никто больше ничего не делает просто из старой доброй мести?

– Погодите, генерал, – сказал я, нагибаясь вперед. – Продолжай, Большой Джули. Какую роль играют в этом деньги?

– Ну, как я понимаю, Синдикат и так уже терял деньги на моей армии, ясно? Для меня это означает, что они не собирались швырять деньги на ветер. Я хочу сказать, зачем тратиться на поиски армии, которая, когда ее найдешь, будет стоить тебе еще дороже?

– Но теперь они здесь.

– Правильно. И одновременно Поссилтум того и гляди разбогатеет. На мой взгляд, дело выглядит так, словно Большие Парни нашли способ свести кое-какие старые счеты и одновременно остаться с прибылью.

– Свадьба, – догадался я. – Мне следовало бы знать, что это значит. Это значит, что, отменив свадьбу, я смогу устранить сразу две проблемы: королеву Цикуту и Синдикат.

Плохсекир хмуро посмотрел на меня.

– Я думал, мы уже отбросили этот вариант. Помните Гримбла и граждан Поссилтума?

Не раздумывая, я громко хлопнул ладонью по столу.

– Нельзя ли забыть о Гримбле и гражданах Поссилтума? Я устал быть в западне и намерен так или иначе вырваться.

По выражению лиц своих советников я сообразил, что, кажется, говорил громче, чем собирался. Приложив сознательное усилие, я умерил тон и настроение.

– Послушайте, генерал… Хью, – сказал я, осторожно подбирая слова. – Вы, возможно, и привыкли к тяжелым обязанностям командующего, но для меня это ново. Я маг, помните? Простите, если я немного потерял голову, пытаясь найти решение проблемы, подброшенной мне вашим… я хочу сказать, нашим королем. Идет?