Эта сделка слишком важна для нее.

— М-мистер Брант. — Здорово. Она уже заикается. После прохождения курса логопедии в детстве она никогда не коверкала слова. Однако прежде ей не доводилось встречать мужчину, выглядевшего помесью шотландского полководца с вождем апачей.

Аманда протянула руку, и когда его большие теплые пальцы сомкнулись вокруг ее ладони, ей захотелось забыть о том, что нужно соблюдать этикет.

В течение долгих секунд она не произнесла ни слова. Не могла говорить. Что-то стихийное и пугающее вспыхнуло в ней от этого рукопожатия.

— Мисс Закери.

— Зовите меня Аманда. — Слова сорвались с ее губ непроизвольно. Но она не стала бы возвращать их, даже если бы могла. Было бы странно, если бы Саймон обращался к ней официально, в то время как его кузен называет ее по имени.

Он выпустил ее руку, но его серые глаза продолжали изучать Аманду с пытливостью, которую она, казалось, могла осязать.

— Саймон.

Вот так. Просто имя, но она знала, что он имел в виду.

— Теперь, когда с представлениями покончено, почему бы нам не сесть? — Голос Эрика донесся до Аманды издалека, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы осмыслить сказанное им, прежде чем согласно кивнуть.

Несмотря на то что это был офис Эрика, партию вел Саймон. Он подождал, пока Аманда села в кресло, расположенное в стороне от большого рабочего стола. Эрик и Саймон разместились в разных углах такого же, как и кресло, черного кожаного дивана, при этом Саймон занял дальний от Аманды угол. Ей следовало бы почувствовать облегчение, что его близость не будет смущать ее, но их позы позволяли очень хорошо видеть друг друга.

Аманда постаралась взять себя в руки и сосредоточить внимание на Эрике.

— Я не ожидала, что ваш кузен будет присутствовать на встрече.

— Эта компания, Аманда, принадлежит семье. — Саймон намеренно сделал ударение на ее имени. — Я член семьи, и мне принадлежит изрядная часть этого бизнеса.

— Понятно. — Она робко улыбнулась. — Но из разговоров с Эриком у меня сложилось впечатление, что никто из других членов семьи не играет принципиальной роли в руководстве компании.

— Это правда. — Эрик сурово посмотрел на Саймона. — Я президент компании, а мой кузен редко проявляет интерес к тем повседневным решениям, которые я принимаю.

— Я не могу называть слияние с нашим основным конкурентом повседневным решением. Вы согласны, Аманда?

Он поставил ее в затруднительное положение, и она, как честный человек, не могла не согласиться с ним.

— Это серьезное решение, но Эрик, несомненно, подошел к нему со всей ответственностью. Мы уже несколько недель обсуждаем возможные варианты слияния и их последствия.

— Тогда остается только сожалеть, что вы не привлекли и меня к этому обсуждению, поскольку вы попросту теряли время, разговаривая с моим двоюродным братом. Я ни за что не соглашусь с вашим предложением.

— Но ты ведь не обладаешь контрольным пакетом акций компании. — Эрик с вызовом посмотрел на Саймона.

— У тебя его тоже нет, — парировал Саймон с оттенком угрозы в голосе, отчего Аманда ощутила дрожь в коленях.

— Чего же вы хотите, начать из-за этого семейную войну?

Плечи Саймона едва заметно напряглись, и у Аманды появилось ощущение, что менее всего на свете ему хотелось бы войны.

— Возможно, если вы позволите мне представить предложение «Икстанта», необходимость в кровопролитии отпадет сама собой. — Шутка была так себе, но вызвала улыбку Эрика.

— Прекрасная мысль.

Саймон удобнее откинулся на диванную подушку и скрестил длинные ноги.

Несмотря на свой благородный вид, он вдруг напомнил ей затаившегося тигра, готового наброситься на неосторожную жертву.

Саймон выжидающе посмотрел на нее:

— Я готов, приступайте, Аманда.

Ей надоело покровительственное отношение со стороны мужчин, которым она в полной мере успела пресытиться в замужестве. Каким бы сексуальным этот парень ни был, никто из них не знал свое дело так, как она. В этом была вся ее жизнь. И он вскоре убедится, что она не изворотливая торговка. Аманда одарила его улыбкой, призванной выразить ее уверенность в том, что она собиралась сказать, и приступила к изложению первоначального предложения, с которым она обратилась к Эрику.

Если бы он не сидел, ее улыбка все равно пригвоздила бы его к месту.

Да, эта женщина — горячая штучка. Красивая. Фигура, от которой дух захватывает, несмотря на то что она прячет ее под прямым пиджаком и длинной юбкой, позволявшей только догадываться, какие под ней скрываются ноги. И она, черт побери, его противник.

Саймон сидел и слушал хрипловатый голос, который мог бы украсить его сексуальные фантазии, но вместо этого рассказывал ему, почему он должен позволить кузену воплотить в жизнь свой план развала компании, принадлежащей их семье.