– Натан что-то искал в холодильнике, но, увидев Оливию, посмотрел на нее укоризненно.

– Кажется, нам не из чего приготовить салат.

– И что? – Оливия удивленно посмотрела на мужа.

Неужели он голоден? Этого не может быть.

В отличие от нее он в ресторане ел за троих.

Натан закрыл холодильник и повернулся к Оливии.

– Не волнуйся, ты не обязана была знать об этом, – сказал он, как бы прощая ее. – На крайний случай, думаю, в холодильнике найдется, что поесть. Может быть, ты завтра по дороге домой после работы заскочишь в магазин? Саша на обед ест только свежий салат.

– О чем ты? – спросила Оливия. В горле у нее пересохло. Она коснулась висков, так как ей показалось, что она сходит с ума.

– Саша ест только…

– Я слышала, что ты сказал! – рявкнула она.

Ее голову как будто стягивали стальными обручами. Все крепче и крепче. – Но ничего не поняла!

Вздохнув, Натан начал терпеливо объяснять:

– Не ты ли как-то сказала, что я мог бы работать дома, будь у меня постоянный помощник? Вот я и решил последовать твоему совету. Ради тебя, учти. Теперь мы гораздо реже будем разлучаться. Ведь в этом была основная идея, не так ли? Конечно… – он пожал плечами и улыбнулся, наклонив голову, – иногда мне и Саше придется отлучаться в командировки. Например, в Гонконг. А оттуда в Австралию. Но ближайшую неделю или две я буду дома. А это означает, что мой секретарь будет здесь, со мной.

Эта женщина – в ее доме! Женщина, взглядом раздевавшая Натана! Женщина, которая касалась его руки, гладила ее, обращалась к нему не иначе как «дорогой», говорила нежным и страстным голосом! Женщина, не упускавшая возможности прикоснуться к нему своим сексуальным телом! А Натан, насколько Оливия успела заметить сегодня вечером, получал от этого удовольствие, наслаждался каждым мгновением. Сколько же еще удовольствия он надеется получить, когда дом будет в их полном распоряжении, и никто не будет им мешать?

Оливия побледнела. Боль пронзила ее.

– Я не хочу, чтобы эта женщина была в моем доме! – сказала она слабым голосом.

Натан молча посмотрел на нее. Смотрел долго, испытующе.

– Ревнуешь, Ливи? – наконец холодно произнес он. – Теперь ты познакомишься с этим чувством, узнаешь, каково это – ревновать. – Он засунул руки в карманы, а рот его как-то искривился. – Но не забудь, никто не заявляет на весь мир, что я уже несколько лет сплю с Сашей и собираюсь и впредь продолжать это делать. Здесь нет третьего лица, высказывания которого зародили бы у тебя подозрения. Ты сама автор своих подозрений. Тебе захотелось, чтобы я как можно больше был рядом с тобой. Так вот, я решил ублажить тебя. Нравится тебе это или нет, но Саша – часть моего плана. Она будет работать со мной.

Он использовал эту женщину, чтобы проучить Оливию! Это было совершенно ясно. Очевидно до боли. Блондинка, вероятно, не имела представления, что значит быть секретарем!

Натан уехал в Гонконг в очень скверном настроении. Его мучили подозрения об отношениях Оливии и Джеймса. Где же он встретил эту женщину по имени Саша Ли? Подцепил ее в отеле? А может быть, она сама бросилась ему на шею?

Вероятно, и то и другое. Весь прошлый вечер эту женщину и Натана влекло друг к другу. Секс властвовал над ними. Оливия была тому свидетельницей. Было нестерпимо больно наблюдать, как Натан упивался всем этим.

– Ненавижу тебя! – прошептала она и выскочила из комнаты.

Оливия проснулась с головной болью. Усилием воли – она заставила себя встать с кровати и встретить новый день.

Натан, как обычно, встал раньше ее и уже пил кофе, читая "Файнэншл тайме".

– Тебе вредно поздно ложиться спать. – Он опустил газету и взглянул на Оливию. Глаза его поблескивали серебром и какими-то веселыми искорками. Глядя на него, Оливия почувствовала, что пропасть между ними все больше увеличивается. С одной стороны, это было болезненное чувство, а с другой – сбивало ее с толку.

У Оливии не было сил, чтобы пытаться преодолеть эту пропасть. Расстояние было слишком велико. Когда-нибудь в ближайшем будущем она попытается это сделать. Но не сейчас.

– Твоя секретарша наверняка будет в хорошей форме. Надеюсь, это послужит некоторой компенсацией. – Оливия знала, что выглядит измученной. К тому же тошнота еще больше ухудшала ее состояние. Хотя вчера вечером она почти ничего не ела, тем не менее, сегодня утром ей было плохо.

– Да, я с нетерпением жду ее прихода. – Натан вновь раскрыл газету, но не успел скрыть за ней свою усмешку.

– Тогда я оставлю тебя, чтобы ты мог спокойно насладиться ее обществом, – резко сказала Оливия, бросила свирепый взгляд на розовую страницу газеты, схватила сумочку и вышла.

Оливия вернулась домой поздно, обдумав за день некоторые свои проблемы и сделав ясные выводы.

Утром, начав работать, она поняла, что не может сосредоточиться на делах. Она испугалась, поймав себя на мысли, что ей захотелось во время обеденного перерыва поехать домой, тихо пробраться в комнату и посмотреть, чем занимаются ее муж и его «секретарша». Ей захотелось застать их на месте преступления.