– Держать наготове тридцать шесть лучших воинов, – тут же ответил жрец. – В давно заброшенном подземном храме Смерти, у алтаря. Когда края алтаря засветятся, войти в стенные врата, которые мы считали не ведущими никуда, высеченными в скале для украшения. В склепе Безмолвия, куда они придут через эти врата, воины обязаны убить колдунов, которых там обнаружат. Мы выполнили приказ Райна.

– Что такое склеп Безмолвия? – встрял Энет.

– Артефакт, оставшийся от Великой Войны. Являет собой огромный подземный склеп, в котором не действует магия. Любой колдун из другого мира, попытавшийся проникнуть в наш, оказывается там и только там. Как это реализовано я не знаю, это сделали древние. До позавчерашнего дня я вообще полагал, что склеп Безмолвия не существует, что россказни о нем – всего лишь глупые сказки.

– Когда с тобой заговорила статуя?

– Позавчера во время вечернего богослужения.

– Кто говорил с нами в склепе Безмолвия?

– Это мне неизвестно, я не покидал главного храма.

Императоры переглянулись и отошли от жреца – больше он, судя по всему, ничего не знает. Да и особо важного не сообщил. Стало ясно только одно: после уничтожения «храма» на Ринлайде либо сам Хаос, либо некая принадлежащая ему сущность посчитала их опасными и делает все, чтобы они не добрались домой. И это очень плохо, до сих пор императоры считали, что противостоят неразумной силе, что это обычный прорыв. А вот с разумной – совсем иначе. А если против них еще и местный бог…

– Дорхотово копыто… – скрипнул зубами Храт. – Мы-то втроем, а Санти и Тини – в одиночку… Их же легче достать!

– Легче, – сжал кулаки Лек. – Значит, надо любой ценой вырваться в Элиан.

– А как? – скептически посмотрел на него Энет. – Ответа на этот вопрос все еще нет.

– Нет, – согласился горец. – Будем думать.

– Для начала давайте-ка просканируем эту говорящую статую, – предложил Храт. – Да и дедулю еще поспрошать не помешает. Надо ж разобраться, что это за мирок.

Мирок, как выяснилось, был еще тот. Поклонялись здесь богу Смерти и Разрушения, уже упомянутому Райну. Ему ежемесячно приносились человеческие жертвы, для которых обычно использовали молодых и сильных рабов. В известной жрецу части мира существовали около пятнадцати государств, крупных и мелких, не слишком отличающихся друг от друга. Они занимали довольно большой материк с на удивление мягким климатом – до других материков люди еще не добрались. Королевства, герцогства, княжества и баронства мирились, воевали, торговали, жили своей жизнью. И чаще всего их жители не подозревали, что на самом деле всем управляют жрецы Райна – других религий в данном мире не существовало. Почему жрец не имел понятия, считал, что так было испокон веков.

Магия находилась под запретом, за любым человеком, у которого вдруг проявлялись пусть даже мизерные способности к ней, тут же открывали сезон охоты и вскоре затравливали. Отобранных у родителей одаренных детей растили в специальных храмовых школах жрецами. И не просто жрецами, а ярыми фанатиками, готовыми умирать и убивать во имя своего божества. Они стояли за престолами, ничего не происходило помимо их воли. Тысячелетия и тысячелетия в Оронате, как называли известную часть мира, ничего не менялось. Знания оставались прерогативой храмов Райна.

Расспросив верховного жреца, императоры все-таки решили посмотреть на говорящую статую. К главному храму пришлось прорываться с боем – храмовая стража словно с ума поголовно сошла, стражники бросались на Лека, Энета и Храта десятками. Поняв, что через забитую людьми площадь между резиденцией верховного жреца и храмом не прорваться, они окружили себя защитными плетениями и взлетели. Стражники, ничуть не удивившись крылатым людям, тут же начали засыпать их потоками стрел. Благо, защита держала. А слабые заклинания жрецов могли вызвать только смех – полные неумехи. Во время Великой Войны настоящих магов уничтожили, а вместе с ними – и их опыт.

У входа в храм застыли несколько десятков бессмертных, их лица выражали отчаянную решимость не допустить проклятых колдунов в святая святых. Драться с ними было не с руки, да и жаль людей, просто исполняющих свой долг. Тем более, что они сейчас ничем и никак не могли навредить императорам. Поэтому они просто накинули на бессмертных парализирующее заклинание и прошли внутрь. Чтобы добраться до статуи, пришлось применить этот прием еще несколько раз.

Сканирование дало многое – след Хаоса еще не успел окончательно развеяться. И сразу же стало ясно, что где-то на Оронате есть еще «храм», подобный уничтоженному в Ринлайде. И куда более опасный – несчастному миру осталось жить всего около десяти лет, «храм» активно действовал и пожирал саму его основу. Но исподволь, не превращая в черную слизь. Просто в свое время Оронат распадется в мелкую пыль. Хаос каждый раз действовал иначе. Единых методов противодействия тоже не существовало.

– Раз «храм» здесь не заброшен, то этот мир куда ближе к источнику Хаоса, – глаза Энета горели азартом. – Надо прорываться туда.

– Сначала нужно с этим «храмом» справиться, – буркнул Храт. – Забыл как нам ринлайдский дался?

– Тяжело. Но теперь мы местных с собой брать не станем, сами пойдем. Эрхадо, Аллеман, Киран и Глорх тоже пусть пока посидят на своем острове, чтобы не думать еще и об их защите. Надо только заскочить к ним и наколдовать достаточно припасов. Справимся с прорывом, потом за ними вернемся и отведем на Элиан.