Шрифт:
Шайн почувствовала облегчение, и страсть, жаркая и неистовая, охватила ее с новой силой.
– Так и быть, хотя небольшое вознаграждение не помешает. – Она приподняла бедра ему навстречу, давая понять без слов, какой награды она ожидает.
– Это будет самое приятное наказание, которое я когда-либо заслуживал, – промолвил Гэмел и, поцеловав ее, начал двигаться в ее лоне.
Крепко прижав его к себе, Шайн устремилась к вершинам страсти вопреки голосу рассудка, призывавшего ее не отдавать сразу слишком много. Каждый раз, когда они с Гэмелом занимались любовью, она теряла кусочек своего сердца. Как ей придется страдать, если они расстанутся! К тому же она понимала, что времени у них не так много, и собиралась наслаждаться каждым драгоценным мгновением.
Глава 9
– Этот парень вот уже неделю следует за нами по пятам, – резко бросила Арабел, нервно расхаживая по тесной комнате, которую они с Малисом занимали в королевском замке в Стирлингшире. – Я ему не доверяю.
Малис наблюдал за ней, растянувшись на кровати и лениво жуя виноград.
– Ты никому не доверяешь, – отозвался он.
– Поэтому до сих пор жива. – Арабел перестала метаться и остановилась перед ним, подбоченившись. – Умение вовремя распознать опасность – вот источник нашего преуспевания. У сэра Лесли не было особых причин присоединяться к нам, чтобы добраться до Стирлингшира. Однако он это сделал. Зачем?
– Во всяком случае, не для того, чтобы переспать с тобой, дорогая женушка. Думаю, именно это не дает тебе покоя. Он предпочел твою горничную Маргарет.
– Досадно, конечно, что он прельстился этой простушкой, когда мог наслаждаться моими милостями. Глупая девка заплатит за оскорбление. Но не это беспокоит меня. Просто я не вижу причин для его присутствия здесь. Он ничем не занят, кроме того, что постоянно крутится вокруг нас. В чем его интерес?
– Может, мы причинили зло кому-нибудь из его родственников?
Арабел покачала головой:
– Нет. Мне приходила в голову такая мысль, и я постаралась разузнать все, что можно, о его семье. Ни одно имя не показалось мне знакомым. Тут скрывается какая-то другая причина.
Малис приподнялся на локте, устремив на нее пристальный взгляд:
– Какая же? Маргарет? Мелковато…
– Я уверена, что эта интрижка началась у них уже после того, как мы покинули Данкойл.
– Значит, кому-то в Данкойле хочется быть в курсе наших дел.
– Эту возможность я тоже рассмотрела. Вряд ли. Мы не имеем никакого отношения к Логанам и Магнуссонам.
– Ах да, Магнуссоны. Возможно, Фартинг Магнуссон жаждет разузнать побольше о твоих постельных талантах.
– Если бы он этого действительно жаждал, то поехал бы сам, вместо того чтобы посылать такого красавчика, как сэр Лесли. Нет, что-то затевается, но я не могу понять, что именно. Мне это не нравится. И я не люблю, когда за мной шпионят, а юный Лесли, по моему убеждению, занимается именно этим.
– В таком случае прикажи его убить. – Малис снова откинулся на подушки и достал персик из корзины, стоявшей рядом с ним на кровати. – Пусть Мартин позаботится об этом.
– Я уже начинаю сомневаться и в твоем Мартине. Он стал колебаться, высказывать порой собственные суждения. Хотя в большинстве случаев этот парень молчит, чувствуется, что он не согласен с нами. Честно говоря, я подозреваю, что так было всегда. Я часто задавала себе вопрос, достаточно ли он сделал, чтобы предотвратить бегство Шайн Катрионы и этих маленьких ублюдков?
– Теперь слишком поздно гадать об этом. Если ты не доверяешь Мартину, то как ты собираешься решить проблему с сэром Лесли?
– Я позабочусь о нем сама, а потом займусь этой потаскушкой Маргарет. Если она разболтала своему любовнику что-нибудь важное, я скоро об этом узнаю. А тебе нужно подумать, что делать с твоим кузеном. Даже если ты считаешь, что он еще может пригодиться, не мешало бы ограничить его участие в наших делах.
При виде Арабел Мартин насторожился. За день он устал и мечтал лишь о том, чтобы поскорее добраться до постели, однако остановился и притаился в темном закутке, наблюдая за ней. Арабел явно не хотела, чтобы ее видели, и, быстро проследовав по ярко освещенному коридору, остановилась перед одной из дверей. Глаза Мартина расширились, когда он сообразил, что это дверь сэра Лесли. Арабел проскользнула внутрь, оставив Мартина с тягостным предчувствием. Ночные похождения Арабел не предвещали ничего хорошего.
Спустя несколько минут она снова появилась в коридоре и, оглядевшись по сторонам, поспешила прочь. Мартин чертыхнулся, размышляя о том, стоит ли ему вмешиваться в дела своей хозяйки. А ведь та, несомненно, что-то замышляет. Неплохо бы разгадать ее замыслы. Но дело в том, что последнее время он чувствовал с ее стороны возрастающую подозрительность, что само по себе было тревожным признаком. Человек, к которому Арабел теряла доверие, обычно вскоре умирал. Положение Мартина среди приближенных Броуди становилось весьма шатким и опасным и могло только ухудшиться. С каждым днем ему было все труднее скрывать отвращение к злодеяниям, которые творили Малис и Арабел, и чувство вины из-за собственного участия в них.