Печаль, сокрушение духа объяли землю русскую. Не только войска, боготворившие своего предводители, не только Петербург, где ожидалось прибытие печальной процессии, – вся страна безмерно скорбела по утрате героя, закончившего земной путь именно в ту пору, когда он до конца исполнил свой воинский и гражданский долг, когда уже не был жизненно необходим своей исстрадавшейся Родине.

В Бунцлау бальзамировали тело великого полководца; сердце положили в отдельный ларец. Часть останков погребли в небольшом цинковом гробе на холме капеллы Святой Анны, в двухстах шагах от большой дороги из Силезии в Саксонию, по которой прошли десятки тысяч русских войск...

А на всем великом пространстве России весенняя распутица давно уже открыла скопления костей, мундирных лохмотьев и ржавого ружейного хлама. Сотни тысяч кичливых завоевателей устлали собой поля от Малоярославца и Тарутина до Вильны и Березины. Десятки тысяч под конвоем еще тащились в глубь страны – кто в рогоже, кто в веретье, – падая друг на друга от изнурения, и народ бросал им калачи, булки и даже капустные кочерыжки. И долго еще крестьянская сошка вытряхивала из борозды то ржавый кирасирский шишак, то трехцветный темляк, то полусгнивший телячий ранец.

«Великая армия» Наполеона! Что, кроме пепла и проклятий, оставила она после себя? Лишь одно слово, насмешливое и презрительное: шаромыжник. Когда французы, полуживые от голода и холода, при своем бегстве стучались в крестьянские избы, то молили: «Шер ами, дю пэн...» – «Дорогой друг, хлеба...»

Меж тем бренные останки избавителя Отечества в цинковом ящике достигли пределов России. От границы лошадей выпрягли: прах уже не везли, а несли на раменах – плечах – признательные россияне. Несли по дорогам, усыпанным цветами, несли в сопровождении невольных слез сердечной признательности, несли под колокольный звон и пушечную пальбу. В Сергиевой пустыни, где прах находился более двух недель, гроб был помещен на колесницу под балдахином, запряженную шестеркой вороных лошадей в попонах из черного сукна.

11 июня 1813 года столица торжественно прощалась с великим сыном России.

От самой Сергиевой пустыни до Петербурга народ стоял неразрывными толпами, а в городе многолюдство превосходило все воображаемое. Господа надели траурные наряды, но народ, чтобы проститься с любимым героем, обрядился словно на праздник: мужики – в шляпах-грошевниках, новых армяках, иные в сапогах; бабы – в красочных поневах, с вышитыми передниками и гайтанами из бисера, в кожаных котах.

Лишь только процессия достигла каменного моста через речку Таракановку, где ее ожидали митрополит Новгородский и Петербургский Амвросий, генерал от кавалерии Тормасов и главнокомандующий войсками в столице генерал от инфантерии Вязьмитинов, как толпа вмиг смяла цепи солдат с криками: «Ахти, батюшка каш! Защитник ты наш! Мы тебя довезем хоть на край света!» Мужики, мещане и даже многие именитые купцы остановили печальную колесницу, выпрягли лошадей и повлекли колесницу на себе.

Через Триумфальные ворота, Калинкин мост, мимо Никольского собора, через Мойку, по Большой Морской улице и Невскому проспекту двигался этот необычный поезд, под печальную военную музыку, между рядами пехоты, конницы и артиллеристов, отдававших полководцу последние почести.

Улицы Петербурга были усыпаны зеленью и цветами, окна и все кровли ближайших зданий заполнены народом, проливавшим искренние слезы о спасителе Отечества.

Церемониальное шествие направлялось к Казанскому собору, месту последнего успокоения Кутузова.

За отрядом конной команды шел домовой штат покойного, ведены были траурные и парадные лошади, следовала траурная карета. За ней, возглавляемые маршалом, чиновники несли гербы дворянского, графского и княжеского достоинства: шли члены комитета Петербургского ополчения, губернский предводитель с дворянством. На бархатных подушечках офицеры несли орденские знаки Кутузова: русские – Святых Иоанна Иерусалимского, Анны, Владимира, Александра Невского, Георгия Победоносца и Андрея Первозванного, прусские – Красного и Черного Орла, австрийский – Марии-Терезии, далее – фельдмаршальский жезл. Вслед за духовенством плыла влекомая народом колесница с гробом в окружении восьмидесяти факельщиков. За гробом шла безутешная вдова Екатерина Ильинична со своими пятью дочерьми и самые близкие покойного. Шествие замыкали войска всех трех родов. Многие солдаты не могли унять слез, которые бежали из-под киверов с лакированными козырьками по обветренным усатым лицам.

В Казанском соборе под простой плитой упокоился спаситель России, имя которого стало символом избавления от иноземного нашествия. Еще при своей жизни, сперва в обществе, а затем и в народе, он получил этот титул: спасителя. В многочисленных высказываниях и письменных свидетельствах его подвиг уподобляли деяниям другого великого русского патриота – воеводы Пожарского. Так, известный екатерининский вельможа и меценат, покровитель семьи Гоголя-Яновского и таланта живописца Боровиковского, Дмитрий Прокофьевич Трощинский написал Кутузову в декабре 1812 года:

«Пожарский не мог защитить матери русских городов: он изгнал из нее врага, слабейшего стократ того, который бежит теперь от лица Вашего. Судьба сравнила Вас с сим великим мужем: оба вы в памяти благодарного потомства останетесь избавителями Отечества, Пала Москва, но, опершись на Вас, устояла Россия».

ОЛЕГ НИКОЛАЕВИЧ МИХАЙЛОВ, современный русский писатель, родился в 1932 году в Москве. Окончил Курское суворовское училище, в 1955 году закончил филологический факультет Московского университета. Михайлов – один из первых пропагандистов и исследователей творчества великого русского писателя И. А. Бунина. В 1967 году вышла первая книга Михайлова «Иван Алексеевич Бунин». Итогом многолетних трудов стала монография «Строгий талант» (1976). Романы и новеллы, написанные в разные годы, собраны писателем в книге «Час разлуки» (1979). Другим направлением творчества Михайлова стало изучение жизни и деятельности великих русских полководцев. В 1973 году вышла в свет его книга «Суворов», получившая заслуженное признание и неоднократно переизданная, в 1988-м – «Кутузов». О. Н. Михайлов – лауреат премии Министерства обороны СССР.