Сидя в машине, направляющейся в Жуковку, Дронго достал мобильный телефон и набрал номер Эдгара Вейдеманиса.

– Доброе утро, – мрачно поздоровался он, – хотя должен сказать, что оно не очень доброе.

– Догадался по твоему голосу, – отозвался Эдгар. – Сегодня воскресенье, а ты звонишь так рано. Значит, действительно произошло нечто серьезное.

– Убит Лопатин.

– Кто? – не понял Вейдеманис.

– Руководитель Таможенного комитета страны. Убит на даче в Жуковке, как и Глушков. Один выстрел – и снова никаких следов. Ни пистолета, ни убийцы.

– Где ты сейчас? – явно нервничая, спросил Эдгар.

– Еду на дачу. Меня вызвал Потапов.

– Я так и подумал. Возвращайся в Москву.

– Ты думаешь, мне лучше туда не ездить?

– Убежден. Завтра похороны Глушкова. Если они не стали ждать и решились убрать федерального министра, значит, дело хуже, чем мы думаем. Гораздо хуже, Дронго. Возвращайся обратно.

– Мне кажется, ты ошибаешься. Я почти уверен, что это не политическое дело.

– Может быть, я ошибаюсь, – согласился Эдгар. – Но все равно будет лучше, если ты вернешься домой. Тебе не нужно туда ехать. В таких случаях один человек ничего не может сделать. Это схватка двух спецслужб, и тебе лучше не принимать в ней участие.

– Я не могу вернуться, – вздохнул Дронго. – Я дал слово Потапову, и сейчас он меня ждет на даче. Похоже, что я – его последний шанс. Может быть, вообще единственный. И поэтому я поеду и туда.

Вейдеманис молчал, обдумывая ситуацию.

– Будь осторожен, – наконец сказал он. – Возможно, что ты ошибаешься и это политические преступления. Если я прав, то тебе грозит серьезная опасность. Может быть, мне поехать с тобой?

– Чтобы нас убили обоих? – невесело спросил Дронго. – Нет, лучше сиди дома. В крайнем случае я буду знать, что есть кому позаботиться о моих близких. В общем, не нужно заранее меня хоронить.

Он убрал аппарат. Эдгар, конечно, прав. Второе убийство в Жуковке – это не просто убийство. Это вызов. Неужели на такое могли решиться сотрудники спецслужб? Не похоже. Они ведь не самоубийцы, должны понимать, чем грозят подобные игры. Тогда получается, что в Жуковке действует психопат-одиночка. Он проникает в дома и убивает чиновников. В первом случае он еще и похитил монеты. А во втором? Что он унес из дома Лопатина? Его дорогие напитки? Или диваны с креслами? Если оба убийства – не заговор спецслужб и не преступления маньяка, то кто их совершил?

Дронго закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Отдельные фрагменты складывались в его сознании в общую картину, но было абсолютно неясно, каким образом были совершены оба преступления.

На подъезде к поселку машину остановили сотрудники ФСБ и службы охраны. По приказу генерала Земскова в поселок никого не пропускали. Потребовался почти час, пока нашли Земскова и Потапова, и те разрешили Дронго пешком пройти до дома Лопатина. Двое сотрудников ФСБ сопровождали его. Около дома толпились человек двадцать сотрудников разных ведомств.

На пороге дома вдруг появился грузный мужчина лет пятидесяти в синей прокурорской форме. Что-то гневно выговорив окружавшим его людям, он сел в автомобиль и уехал. Среди стоявших Дронго узнал двух генералов. По их растерянным лицам было ясно, что крики генерального прокурора предназначались прежде всего им – ответственному за следствие генералу ФСБ Земскову и ответственному за охрану Жуковки генералу Потапову.

Дронго подошел ближе. Оба генерала, не сговариваясь, повернулись к нему. У обоих было одинаково мрачное выражение лица. Увидев Дронго, Земсков скривил губы. У него была непропорционально большая голова на худом теле, тонкие губы, выпуклые глаза.

– Прибыли? – сказал он вместо приветствия. – Хотите полюбоваться, как нас будут гнать с работы? Это ведь ваши поиски спровоцировали убийство Лопатина, я в этом убежден.

– При чем тут Дронго? – вступился Потапов. – Мы с ним вчера вечером были у Лопатина. У того было прекрасное настроение. Кто мог подумать, что все так закончится?

– Теперь вы убедились, что я был прав? – не сдавался Земсков. – Не нужно было приглашать вашего эксперта. Он все равно ничего не сделал!

Потапов огорченно молчал.

– Вы еще успеете меня отсюда выгнать, – миролюбиво заметил Дронго, – но раз уж я здесь, может, вы мне расскажете, как это произошло?

– Зачем? – пожал плечами Земсков. – В доме работают лучшие специалисты ФСБ и прокуратуры, сразу две группы экспертов. Неужели вы думаете, что в одиночку можно расследовать преступления, которыми занимаются столько профессионалов? Время одиночек прошло, Дронго. Давно прошло. Сейчас двадцать первый век – не девятнадцатый и даже не двадцатый. Наступила эра компьютеров.