Да ты, видно, бредишь!

Миссис Энсли помедлила, словно задумавшись.

— Но я же ответила на письмо. Написала, что буду там. Поэтому он и пришел.

Вскинув руки, миссис Слейд закрыла ладонями лицо.

— Боже — ты ответила! Мне в голову не могло прийти, что ты ответишь…

— Странно, что тебе не пришло это в голову, если ты написала письмо.

— Я была в исступлении, у меня помрачился разум. Миссис Энсли встала и накинула на плечи свой меховой палантин.

— Здесь холодно. Уйдем лучше отсюда. Мне жаль тебя. — сказала она, рукой придерживая палантин у горла.

Неожиданные слова причинили миссис Слейд острую боль.

— Да, лучше уйдем. — Она взяла в руки сумочку, накидку. — Не понимаю только, почему тебе вздумалось меня жалеть, — пробормотала она.

Отвернувшись от нее, миссис Энсли стояла и смотрела на темнеющую вдали уединенную громаду Колизея.

— Ну… потому что мне не пришлось ждать в тот вечер.

Миссис Слейд беспокойно рассмеялась.

— Да, тут я потерпела поражение — впрочем, смешно мне быть на тебя за это в обиде. После стольких лет. В конце концов я получила все. Я получила его на целых двадцать пять лет. А ты ничего не получила, кроме того письма, которое и писал не он.

Миссис Энсли снова молчала. Потом она повернулась к двери, сделала шаг и, оглянувшись, посмотрела своей приятельнице прямо в глаза.

— Я получила Барбару, — сказала она и, опережая миссис Слейд, направилась к выходу.