– Послушай, Эрик, я обещал рассказать тебе первому о том, что здесь происходит, но если ты будешь сам соваться в это дело или таскаться за мной, я сотру тебя в порошок.

Миллер освободился и поправил одежду.

– Ладно, Уильямс. Выходим.

– Но если мы выйдем, ты все равно будешь шпионить за мной.

– Такая у меня работа, парень. Не забывай этого.

– Эрик, у меня та же работа, но я никому не перехожу дорогу. Я всегда иду своей собственной.

– Скажи, ты собираешься интервьюировать Карпатиу? Скажи мне!

– Нет, я рискую своей жизнью, чтобы увидеть, в самом ли деле кинозвезда находится в этом доме.

– Так это Карпатиу!

– Я этого не говорил.

– Слушай, возьми меня с собой, я дам тебе все, что угодно!

– Ты же сам сказал, что Карпатиу не дает сегодня интервью, – ответил Бак.

– Он не дает интервью никому, кроме национальных сетей, так что я никогда не попаду к нему.

– Это твоя проблема.

– Уильямс!

Бак снова схватил Миллера за глотку.

– Я ухожу! – воскликнул Эрик.

Однако когда Бак поднялся на этаж особо важных персон, он был удивлен, увидев, что Миллер каким-то образом опередил его и скороговоркой представился охраннику в униформе как Стив Планк.

– Мистер Розенцвейг ждет вас, сэр, – сказал охранник

– Минуту! – воскликнул Бак, показывая аккредитационную карточку Стива. Это я – Планк! Гоните этого самозванца!

Охранник преградил им дорогу.

– Вы оба подождете здесь, пока я не вызову детектива. Бак сказал:

– Позвоните Розенцвейгу и попросите его выйти сюда. Охранник пожал плечами и нажал кнопку вызова на портативном телефоне. Миллер наклонился, подсмотрел номер и опрометью пустился по коридору. Бак побежал вслед за ним. Невооруженный охранник закричал и начал вызывать кого-то по телефону.

Бак, будучи моложе и в лучшей форме, догнал Миллера в коридоре и схватил его. Шум привел к тому, что некоторые стали открывать двери в коридор.

– Сводите свои счеты где-нибудь в другом месте! – прокричала какая-то женщина.

Бак сбил Миллера с ног и сдавил его шею.

– Ты дерьмо, Миллер! Неужели ты думаешь, что Розенцвейг пустит к себе незнакомца?

– Я могу пролезть куда угодно, Бак. И ты ведь делаешь то же самое.

– Вопрос в том, что я уже сделал это, а теперь попытайся ты.

Охранник подбежал к ним.

– Доктор Розенцвейг будет здесь через минуту.

– У меня к нему один вопрос! – воскликнул Миллер.

– У тебя их нет, – сказал Бак. Потом повернулся к охраннику:

– У него нет вопросов.

– Пусть старик сам решает, – сказал охранник. Вдруг он неожиданно резко отступил в сторону, увлекая за собой Бака и Миллера. По коридору шли четыре человека в темных костюмах, окружавшие самого Николае Карпатиу.

– Извините меня, джентльмены, – сказал Карпатиу, – прошу прощения.

– О-о-о! Мистер Карпатиу, сэр. Я хочу сказать, президент Карпатиу! воскликнул Миллер.

– Сэр? – сказал Карпатиу, оглянувшись на него, и охранники нахмурились.

– Хелло, мистер Уильямс, – сказал Карпатиу, обращаясь к Баку, – или я должен называть вас "мистер Орешкович"? А может мне следует сказать "мистер Планк"?

Наглец сделал шаг вперед.

– Эрик Миллер из "Сиборд мансли".

– Мне это прекрасно известно, мистер Миллер, – сказал Карпатиу, – но для приема уже слишком поздно. Если вы позвоните мне завтра, я поговорю с вами по телефону. Этого достаточно?

Миллер выглядел подавленным. Он кивнул и попятился.

– А я-то думал, что вас зовут Планк! – воскликнул охранник, вызвав смех у всех, кроме Миллера.

– Заходите, Бак, – сказал Карпатиу, – жестом приглашая Бака следовать за ним. Бак промолчал.

– Вас ведь так зовут, не правда ли?

– Да, сэр, – ответил Бак, отдавая себе отчет, что об этом не было известно даже Розенцвейгу.

После разговора с Хетти Рейфорд чувствовал себя скверно. Все сложилось хуже некуда: ну почему он не допускал ее на свои рейсы? Она вела бы себя более спокойно, и это облегчило бы ему возможность назвать подлинные причины ее приглашения на обед.

Как теперь подойти к Хлое? На самом деле, собираясь поговорить с Хетти, он больше думал о возможности общения с Хлоей. Но разве мало она увидела? Не должно ли его приободрить то, что она захотела приобрести новый видеомагнитофон вместо украденного? Он спросил ее, не хочет ли она полететь с ним в Нью-Йорк ночным рейсом, но она ответила, что предпочитает остаться дома и подготовиться к занятиям. Он хотел настоять на своем, но не посмел.

После того как она отправилась спать, он позвонил Брюсу Барнсу и рассказал ему о своих неурядицах.