В общем, ночь была веселой, а утро еще веселей. Во всяком случае, главный дворцовый друид попытался зарезаться своим же серпом после того, как выглянул утром из окна личных апартаментов. Но ему повезло, так как эта древняя реликвия не точилась полторы тысячи лет: с первой попытки у него ничего не получилось, потом же серп удалось отобрать. А результат битвы действительно впечатлял, во всяком случае, гвардейские ветераны говорили, что после налета драконов во время последней войны Повелителей дворец пострадал меньше. Все жители столицы могли полюбоваться на утреннее небо через дыры в кронах златолистов, на тусклый блеск закопченных хрустальных шпилей, почему-то во всех хвалебных балладах называемых «блистательными», на изрядно «подправленные» при помощи секущей паутины восьмилапыми ваятелями-любителями скульптурные группы, находящиеся в лабиринте цветов. Вернее, так это место называлось раньше. Судя по всему, здесь бой был наиболее жарким в прямом смысле этого слова: огненные вихри гуляли до самого утра, цветочные стены, раньше возвышавшиеся на пять метров, «слегка» уменьшились… где-то до уровня колена. Здесь же, судя по количеству пепла, и пали последние фениксы. Результат схватки паучков против фениксов закончился со счетом 300:0 в пользу паучков.

Правда, с рассветом, воскреснув из пепла, фениксы захотели реванша и начали носиться по всему дворцу, атакуя все мало-мальски похожее на своих восьмилапых врагов. При этом несколько знатных дам лишились причесок а-ля повелительница пауков, причем вместе с волосами лишились своих плащей выходцы из дома Хрустальных пауков, кроме этого, пострадал их же герб, вывешенный перед проходом в их сектор. Сам сектор от сожжения спасло только вмешательство большого совета магов, срочно вызванных во дворец королем после того, как он понял, что в случае повторной встречи паучков с фениксами ему негде будет жить. Поэтому до заката все дворцовые обитатели играли в веселую игру «Поймай взрывающегося феникса», добавив забот и без того очень «счастливым» дворцовым друидам, пытающимся реанимировать некогда зеленые насаждения королевского парка.

С наступлением вечера король смог вздохнуть спокойно – портал на остров стихийных магов захлопнулся за последним из фениксов. Поставщик, низенький и толстый маг, больше напоминающий базарного торговца, нежели почтенного мага, заикнулся про арендную плату. Но, взглянув в полные любви к ближнему глаза короля, на закованных в слегка закопченную броню гвардейцев, на прожженные мантии магов и на их обладателей, с мечтательным выражением лиц поглаживающих свои посохи, поспешил ретироваться. Так как деньги деньгами, но кучке пепла они не нужны.

После того как во дворце наконец-то все успокоилось, всем вдруг очень захотелось пообщаться с молодым принцем, подавшим идею замены радужных птичек на фениксов. И принц преспокойно сообщил о нашем с ним разговоре! Разумеется, во дворце нашлись те, кто смог сложить два плюс два, то есть общую тупость принца и мою пронырливость, и сделать правильный вывод. Поэтому вскоре все обитатели дворца искали меня! Возможно, они просто хотели выразить мне свое восхищение, но по тому, как маги перехватили свои посохи, будто собираясь использовать их не по назначению (не колдовать, а размахивать), я понял, что мне, пожалуй, пора ретироваться, то есть отступить на заранее подготовленные позиции. Таким местом была секретка среди ветвей златолиста, наименее пострадавшего, так что я надеялся, что не вылечу оттуда, получив ветвью по загривку, как случилось с несколькими неудачливыми друидами, пытавшимися успокоить разъяренные деревья.

Но не успел я даже добежать до нужного дерева, как в меня уперлись нити поисковых заклинаний, – по спектральным отпечаткам мне не составило труда определить, кто меня ищет.

– Так-с, король, верховный маг, почти все маги совета – не слабо! Вот тьма! И все демоны преисподней! Учитель тоже здесь! Это же конец!!! Дядюшка меня в обсидиан закатает!!! И поставит у себя в холле для назидания потомкам!

Я вспомнил его лекции о том, что «мы, темные эльфы, должны вести себя хорошо, дабы не травмировать нежную психику наших светлых родственников, и чем это заканчивается для тех, кто этого не понимает», и понял, что лучше живым в его руки не попадаться. Да, впрочем, и мертвым тоже – он неплохой некромант, хотя и мало кто из живых об этом знает.

Теперь меня спасет только быстрота! Так, заклятие портала, ставить точку выхода некогда – только бы куда подальше. Прыжок…

ВШ-Ш-ШИ-И-ИХ.

Быстро осматриваюсь: комната, небольшая, на стенах навешана куча оружия наших ближайших соседей, орочьи ятаганы соседствуют с двуручниками людей, а те – с топорами ивлингов и шпагами танорских пиратов. Посреди комнаты стол, хороший такой, массивный, можно от огнешаров прятаться, за ним – эльф в форме какого-то подразделения… ВОТ ПОПАЛ!

Но эльф вместо того, чтобы броситься на меня, протянул свиток и сказал:

– Неприятности, парень?

Я судорожно кивнул.

– Подпиши здесь и ступай в портал.

Я приложил перстень к свитку, ставя свою личную метку, и сделал шаг в портал…

ВШ-Ш-ШИ-И-ИХ.

Первое, что я увидел, были деревья, обычные такие: дубы, грабы, клены, а значит, я у орка на куличках!

– УРА-А-А!!! Сбежал!

Сбоку раздался насмешливый голос:

– Ну что, осмотрелся? Тогда приветствую тебя В СТРАЖАХ!!!

«Доигрался», – подумал я, натягивая на себя латаный-перелатаный комбинезон стража под присмотром сурового сержанта в потертых стеклянных латах. Как же хорошо было быть ребенком: ни за что не отвечаешь, ну, максимум, что могут сделать за любую шалость, – это всыпят ремней. Но нет, вырос наконец-то! Через год я стану совершеннолетним, и о беззаботной жизни придется забыть окончательно, да и сейчас досталось по полной! Повезло же! Попасть в комнату к единственному на весь Эльфран вербовщику стражей! Ну да мне всегда в этом деле везло, с самого детства! Уж если попал в кого-то тортом, так обязательно в главу дома. Если нашел тайный проход, так обязательно или в арсенал, или в главное хранилище артефактов! Это притом, что искал проход всего лишь в женскую купальню!