– Лично я собираюсь сваливать, – сказал я. – Причем срочно!

– Почему?

– С минуты на минуту кто-нибудь начнет задумываться о преемственности, и меня задушат охраной. Мне бы этого не хотелось, особенно сейчас.

– Почему? – снова спросила она.

– Нет времени вдаваться в подробности. Но мне нужно с тобой поговорить. Можно я тебя умыкну?

– Разумеется… сэр, – промолвила она, несомненно как раз вспомнив о преемственности.

– Брось ты это, – сказал я.

Спикарт закрутил энергии, что подхватили нас и унесли прочь. Мы оказались в лесу металлических деревьев. Гилва озиралась, все еще держась за мою руку.

– Господин, что это за место? – спросила она.

– Я лучше не буду объяснять – по той причине, что сейчас это и так станет понятным. Когда я последний раз с тобой разговаривал, у меня был только один вопрос. Но сейчас их уже два, и в одном из них в некотором смысле играет роль это место, а кроме того, большую часть времени здесь никого нет.

– Спрашивай, – сказала Гилва, поворачиваясь ко мне лицом. – Я постараюсь помочь. Хотя, если это важно, я, возможно, не самая подходящая…

– Да, это важно. Но у меня нет времени устраивать встречу с Белиссой. Дело касается моего отца, Корвина.

– Да?

– Именно он убил Бореля из Драседки в битве Падения Образа.

– Да, я так и поняла, – проговорила она.

– После войны он присоединился к королевской миссии, что прибыла сюда для заключения Договора.

– Мне это известно, – кивнула Гилва.

– Вскоре после того он исчез, и, казалось, никто не знает, куда он делся. Какое-то время я полагал, что отец мертв. Позже, однако, я обнаружил свидетельства того, что он жив, но где-то заточен. Ничего не можешь мне поведать?

Неожиданно Гилва отвернулась.

– Это оскорбительно, – заявила она. – Намек за твоими словами…

– Прости, но я должен был спросить.

– Мы – благородный Дом. Мы допускаем превратности войны. Однако когда битва закончена, все обиды остаются позади.

– Я прошу прощения, – повторил я. – Знаешь, мы даже в родстве со стороны моей матери.

– Знаю, – сказала она, отворачиваясь. – На этом все, принц Мерлин?

– Да, – ответил я. – Куда мне тебя доставить?

Гилва помолчала секунду, потом промолвила:

– Ты говорил, у тебя два вопроса.

– Забудь. Насчет второго я передумал.

Она вновь повернулась ко мне:

– Почему? Почему я должна забыть? Из-за того, что я защищаю честь семьи?

– Нет. Просто я тебе верю.

– Ну и?..

– Это может повредить еще кое-кому.

– Ты полагаешь, что эго опасно, и потому решил не спрашивать меня?

– Многое из происходящего непонятно, а потому может оказаться опасным.

– Ты опять хочешь обидеть меня?

– Боже упаси!

– Задавай свой вопрос.

– Придется кое-что показать тебе.

– Давай.

– Даже если придется карабкаться на дерево?

– Какая разница?

– Следуй за мной.

И тогда я повел ее к дереву и взобрался на него, что в моем нынешнем обличье оказалось делом чрезвычайно простым. Она следовала прямо за мной.

– Выше есть путь, – сказал я. – Я уже готов следовать им. Дай мне несколько секунд, чтобы на том конце освободить место.

Я подался еще чуть выше – и был таков. Шагнув в сторону, я быстро осмотрел часовню. Похоже, никаких изменений…

Затем рядом возникла Гилва, и я услышал резкий вдох.

– Ух ты!

– Я знаю, на что смотрю, – сказал я, – но не знаю, что вижу, если ты меня понимаешь.

– Это храм, – промолвила она, – посвященный духу одного из членов королевского Дома Амбера.

– Да, речь идет о моем отце Корвине. Это то, на что я смотрю. Но что я вижу? Почему, в конце концов, подобная вещь оказывается здесь, во Дворе?

Гилва медленно пошла вперед, глядя на алтарь.

– Вдобавок могу сообщить, что это не единственный подобный храм, который я видел по возвращении.