— Зо, что на самом деле случилось в туннелях?

Я искоса посмотрела на него.

— А что ты помнишь?

— Почти ничего. Темноту. И тебя.

— В смысле?

— Я не помню, как туда попал, зато помню зубы и горящиеся красные глаза. — Он крепче сжал мою руку. — Но это были не твои зубы, Зо! И глаза у тебя совсем не красные, и не горят. Они сияют. Как звезды.

— Правда, что ли?

— Ага. Особенно, когда ты пьешь мою кровь. — Хит замедлил шаг, поднес мою руку к своим губам и поцеловал. — Ты ведь знаешь, что я просто схожу с ума, когда ты пьешь мою кровь?

Его голос стал низким и хриплым, его губы огнем обжигали мою кожу. И тогда мне мучительно захотелось прижаться к нему, потерять голову — и впиться зубами в его кожу…

— Хит, приди в себя! — рявкнула я, защищаясь раздражением от мерцающего жара, уже начавшего разливаться по моему телу. — Ты говорил о туннелях! Что ты помнишь?

— Ага, — Хит улыбнулся мне своей милой мальчишеской улыбкой. — Вообще-то я почти ничего не помню, поэтому и хотел тебя спросить. Зубы, когти, глаза — а потом вдруг ты. Это все похоже на кошмарный сон, в жизни так не бывает. То есть, до того, как ты появилась. Ты — совсем не кошмарный сон. Ты самая прекрасная! Зо, выходит, ты меня спасла?

Я с напускным возмущением закатила глаза и пошла по переулку, волоча его за собой.

— Конечно, спасла, дубина!

— А от чего?

— Слушай, ты что, газеты не читал? Об этом же столько писали! Помнишь, статью на второй странице местной газеты?

Что вам сказать об этой статье? Простенькая, совершенно фантастическая версия, в которой обильно цитировалось краткое и абсолютно не соответствующее действительности, заявление детектива Маркса.

— Читал, но там фигня какая-то. Что на было на самом деле?

Я пожевала губу, соображая. Судя по всему, Хит напрочь забыл и о Стиви Рей, и о голодной банде немертвых недолеток. Что ж, Неферет основательно промыла ему мозги. Возможно, это и к лучшему. Чем меньше Хит знает о случившемся, тем меньше шансов, что Неферет захочет в третий раз просканировать ему мозги, что вряд ли пойдет парню на пользу. В конце концов, Хит должен жить своей жизнью. Нормальной, человеческой жизнью. Хватит ему страдать из-за меня и всяких вампирских дел!

— Да в общем-то, больше ничего и не было. Не знаю, что это был за урод, скорее всего, какой-то свихнувшийся бродяга. Тот самый, который убил Криса и Брэда. Я нашла тебя и использовала свои силы, чтобы вырвать тебя из его лап. Правда, ты был уже почти готов. Весь изрезан, в крови и вообще… Неудивительно, что ты не можешь ничего вспомнить! — Я очень убедительно пожала плечами. — Знаешь, я бы на твоем месте постаралась поскорее выбросить из головы весь этот кошмар. Было бы о чем вспоминать! — Хит хотел что-то сказать, но мы уже подошли к входу в парк, и я указала ему на скамейку под ближайшим большим деревом. — Давай присядем?

— Как скажешь, Зо.

Он обнял меня за плечи и подвел к скамейке.

Как только мы уселись, я сбросила его руку и развернулась так, чтобы мои колени помешали Хиту ко мне прижиматься. Потом сделала глубокий вдох и заставила себя посмотреть ему в глаза.

«Я смогу это сделать. Смогу».

— Хит, мы с тобой больше не сможем видеться.

Хит нахмурился. У него был такой вид, словно он сражался со сложной математической задачкой.

— Зачем ты так говоришь, Зо? Конечно, сможем!

— Нет. Это вредно для тебя. Мы должны расстаться. — Я видела, что он хочет заспорить, и поспешно продолжила: — Я знаю, тебе сейчас кажется, это невозможным, но это в тебе говорит Запечатление. Честное слово, Хит. Я много читала об этом. Если мы перестанем видеться, наша связь сама собой ослабнет и прервется. — Вообще-то, это не совсем так. В учебнике сказано, что в некоторых случаях Запечатление может ослабнуть при отсутствии внешних воздействий. Ну что ж, будем надеяться, что это как раз наш с Хитом случай. — Все будет хорошо. Ты забудешь меня и снова будешь жить нормально.

Чем дольше я говорила, тем серьезнее становилось лицо Хита. Потом он замер. Я слышала, как сердце его стало биться медленнее, а кровь тише побежала по жилам. Когда Хит снова заговорил, мне показалось, будто он стал гораздо старше. Словно совсем взрослый. Как будто прожил на свете тысячи лет и знает что-то такое, о чем я даже не догадываюсь.

— Я никогда тебя не забуду. Даже после смерти. И для меня это нормально. Любить тебя — что может быть нормальнее?

— Ты меня не любишь! Ты просто Запечатлен! — тихо сказала я.

— Бред собачий! — закричал он. — Никогда не говори, что я тебя не люблю! Я люблю тебя с девяти лет. И это дурацкое Запечатление лишь продолжило то, что началось между нами еще в детстве. Не оскорбляй мою любовь, Зо. Она больше, чем твое Запечатление.

Он смотрел на меня с такой мольбой, что у меня оборвалось сердце. Он был прав — почти во всем. Мы с ним действительно очень долго были вместе. Если бы меня не Пометили, то наверняка бы поехали в один колледж, а после выпуска поженились. Дети, домик в пригороде, лохматая собака. Иногда бы ссорились, в основном из-за его увлечения спортом, а потом он прибегал бы мириться с цветами и плюшевыми мишками, как у нас повелось еще со школы…