Шрифт:
На привале башибузуки сняли с Селима шаровары, промыли рану. Стонал и выл кривой Селим, проклиная нечестивых гяуров.
Когда Сулейман-паше стало известно, что Шипку обороняют лишь дружины болгарского ополчения да полк орловцев в неполном составе, он принял решение смять оборону превосходящими силами. Сулейман-паша бросил на штурм бригады Реджеб-паши и Шакуни-паши. Однако стойкая защита и потери в бригадах заставили турецкого военачальника изменить тактику.
Тщательная разведка привела Сулейман-пашу к выводу: прорыв обороны с марша невозможен. Превосходство позиции защитников даст им возможность наносить урон наступающим, оставаясь, по сути, почти неуязвимыми.
И Сулейман-паша принял решение обходным движением занять Лысую гору, которая господствует над перевалом и над горой Святого Николая, где укрылись русские, а также установить батарею Реджеб-паши на Малом Бедеке.
– Если, – сказал Сулейман-паша, – мы посадим на Лысой горе наших аскеров, они возьмут под прицельный огонь всех защитников Шипки и тех болгарских собак, что везут русским продовольствие.
Сулейман-паша убеждён: Столетов не допустил тактического просчёта, не заняв своими стрелками Лысую гору. У русского генерала нет достаточно солдат.
Позвав Рассим-пашу, Сулейман велел:
– Реджеб-паша уже потащил пушки на Малый Бедек, а ты, Рассим, пошлёшь четыре табора и батарею на Лысую гору. Они оседлают её и, подобно охотникам в засаде, будут стрелять по обречённым гяурам. Когда же мы овладеем перевалом, то сбросим болгарских войников живьём в ущелья, а тех болгарских ублюдков, которые тащат для русских свои хурджины [59] с едой и фляги с водой и вином, ослепим и отрубим им правую руку. Мы их лишим света, дарованного аллахом.
59
Кожаные и холщовые перемётные сумы.
– Позволь, сердер-экрем, моим башибузукам сделать из голов русских солдат пирамиду на вершине Шипки?
– Судьбу всех, кто цепляется за перевал, Рассим-паша, аллах вверяет твоим аскерам.
Сулейман-паша уже штурмовал Шипку, а в штабе Балканского отряда всех охватила неуверенность. Где ожидать главный удар? Радецкий ещё не отрешился от старого мнения, что Шипка – не главное направление. Армия Сулейман-паши по численности не уступает Балканскому отряду, и потому Радецкому пришлось рассредоточить войска. Часть батальонов с генералом Святополком-Мирским на правом фланге прикрыли проходы от Ловчи к Тырново. Дерожинский стоит в Габрово, Столетов на Шипке. Им защищать Шипкинский и Троянский перевалы. А у Кесарова отряд Осман-Пазарский. Ещё Борейта и Громан. Эти полковники прикрыли Елену и Загору, закрыли Хайнкиейский перевал…
Но куда всё-таки повернёт Сулейман-паша? Генерал Столетов уверяет: турецкая армия повернула на него. Но вдруг это ложный манёвр? Ну, как армия противника перейдёт в наступление на левом фланге?
От Разграда двинется к Плевне Мехмет-Али-паша. А на пути у него городок Бяла, где Главная квартира императора.
От такой мысли у Фёдора Фёдоровича пот холодный на лбу проступил, и он перекрестился.
– Избави Бог!
Распечатал новую колоду карт, разложил пасьянс. Генерал любил побаловаться картишками. Поморщился. Никакой конкретности.
Окликнул денщика, приказал подать чай покрепче с липовым цветом.
Фёдор Фёдорович большой ценитель чая, всяким заваркам предпочитал молодые побеги вишни, а липовый цвет, пахнущий мёдом, любил больше других. От него приходили к генералу покой и душевное умиротворение. Мыслью возвращался к далёкому детству, в бабушкино поместье, где на пасеке весело гудели пчёлы и пасечник, крепостной парень, рассказывал всякие смешные байки.
Денщик внёс чай, поставил перед генералом. От крутого кипятка поднимался пахучий пар. Фёдор Фёдорович отхлебнул глоток, блаженно прикрыл глаза. Думать стало легче.
Новое назначение – командовать Балканским отрядом – Радецкий принял охотно. Ранее такой большой должности он не имел. Однако Радецкий видел и всю сложность, какую взял на себя. А тут ещё просьбы генералов выслать резерв. Особенно Столетов настаивает, пять рот Орловского полка из Габрово требует.
Каково генералу Радецкому? У Столетова один перевал, а у Фёдора Фёдоровича – Балканы, и это при скудости резервов.
Не успел чай выпить, как заехал начальник разведки Дунайской армии полковник Артамонов. За обедом завязался откровенный разговор. Артамонов поделился с Радецким полученными сведениями от разведчиков-болгар. Их агентурные сообщения подтверждали данные Столетова: Сулейман-паша направил армию на Шипку, но опасность не снята и в районе Разграда и Осман-Пазара.
– Наступление на Шипку, предполагаемое генералом Столетовым как главное, не явится ли вспомогательным – покажет время, – заявил Артамонов. – Тем паче есть сообщения, что Мехмет-Али-паша начал перестановку своих таборов.
– Именно этого я и опасаюсь, полковник. Полковник Лермонтов из Еленского отряда сообщил полковнику Борейте, что наткнулся на укреплённые позиции неприятеля, выбил его и по пути преследования встретил значительные турецкие силы…
– Надеюсь, вскорости всё прояснится.