В наше время даже оракулы ищут окончательных ответов. Он указал на джунгли.

— Там птичка застряла.

Она молниеносно повернулась. Теперь Каспер видел лишь ее слепой глаз. Плавным, неторопливым движением он взял со стола деньги. Разделил стопку на две части. Положил перед ней половину.

— Это и ради вас тоже, — сказал он. — Нам следует определить ту сумму, с которой может примириться и ваше, и мое сердце.

Черный глаз стал злобным.

— Засранец, — сказала она. — С дурным вкусом. Когда я была маленькой, негров показывали в цирке. В клетках.

Каспер не увидел, как африканка сдвинулась с места. Только что она стояла у двери — и вот она уже наклонилась над столом. В одной руке она держала амазонского попугая, другой рукой сжимала шею старухи. Женщины смотрели друг на друга.

— Мы принимаем извинения? — спросила старуха.

— Так что по поводу Каина? — спросил Каспер.

Черный глаз был напуган. Как бы там ни было, но ни один человек не может насытиться жизнью, все мы хотим жить, независимо от возраста.

— Ходили слухи, — сказала она. — Говорят, что кто-то пытался все скупить. Несколько цирков среднего размера. Упоминалось это имя.

Каспер в последний раз посмотрел на фотографию. Один из мужчин смотрел в объектив так, как будто готов был дать фотографу в морду. Каспер показал на него.

— Фотография черно-белая, — сказал он. — Но такой знаток мужчин, как вы, наверняка запомнил бы, если бы эти глаза были голубыми.

— Бирюзовыми, — ответила она. — Как тихоокеанская лагуна.

— И вы наверняка можете что-нибудь о нем вспомнить?

— Герт Суенсен. Военно-морской флот. Помню, как увидела его в первый раз. Он был пьян. Он спал на стойке бара в Вивексе. В своей белой офицерской форме.

Африканка встала. Отпустила птицу.

— Так это правда?

Старуха говорила шепотом. Каспер услышал ее тоску. Ее можно услышать у всех людей. Но у большинства она спрятана глубоко внутри. У нее она вдруг заполнила все.

— Умирать было бы легче, — сказала она. — Если бы знать, что по ту сторону есть любовь.

Каспер откатился назад.

— Наплюйте на психологов, — посоветовал он. — И верните фотографию Хенри на место.

Африканка несколько раз нажала на кнопку, панель лифта не реагировала — электричество отключили. Она помогла Касперу подняться из инвалидного кресла, чтобы спуститься по лестнице.

Он услышал, как открылись ворота, выходящие на улицу Овергаден Ниден Вандет, мгновение спустя — дверь подъезда. Африканка отставила инвалидное кресло и задумчиво посмотрела на Каспера. По пути сюда им никто не встретился.

Касперу всегда нравилось ходить вверх по лестнице. Большинство людей поднимаются по лестнице так, будто главное — во что бы то ни стало побыстрее с этим покончить. Как будто речь идет о каком-то третьесортном движении, не заслуживающем внимания. Человек, который поднимался им навстречу, двигался неспешно, с удовольствием, сосредоточенно, почти беззвучно.

Вот он появился на лестничной площадке, и это был Каин. Он поднялся на пятый этаж, но это никак не сказалось на его дыхании.

Увидев их, он застыл.

Каспер не сводил с него глаз. Он прислушался к сестре Глории. В ее звучании не было узнавания. Она никогда прежде его не видела.

— Каин, — сказал Каспер, — один из моих братьев по ложе, из Общества морских офицеров. Пока ты поднимаешь парус и готовишь мой спасательный жилет, мы с ним перекинемся парочкой слов.

Африканка переводила взгляд с одного на другого. Касперу была слышна беседа между нею и ее чутьем. Ее чутье подсказывало ей, что тут что-то не чисто. И тем не менее она послушалась.

Дверь подъезда закрылась за ней.

— Полиция сообщила, что тебя передали Испании, — сказал Каин.

Каспер протянул сложенное инвалидное кресло Каину. Взялся за перила. Протянул бизнесмену свободную руку. Тот взял его под руку. Медленно, вплотную друг к другу, они начали спускаться.

Каспер чувствовал слабую дрожь его тела, сам он тоже дрожал. Он слышал опасность, исходящую от Каина. Он знал, что сейчас он гораздо ближе к смерти, чем когда-либо на манеже.

— Могу освободить тебя от необходимости туда идти, — предложил Каспер. — Мы могли бы договориться. Я расспросил ее. Птичницу. Мне известна кое-какая предыстория. То, что знаю, расскажу тебе. А ты в свою очередь расскажешь мне немного о детях.

Каин был очень коротко пострижен. Чтобы не видно было выстриженного затылка. Хну явно пытались нейтрализовать, но это не вполне удалось.

Каспер незаметно все сильнее и сильнее опирался на его руку.

— В двадцатые годы у монахинь Восточной церкви в Дании появилась выдающаяся руководительница — мать Рабия. Была она, очевидно, тем человеком, которого можно назвать экстраординарной личностью с выдающимися способностями. У нее возник замысел — развивать особые способности детей. Она начала с цирковых артистов. Может быть, потому что многие семьи артистов признают Восточную церковь. Внутри которой существует мирской орден. Может быть, потому что после Первой мировой войны в Дании оказались дети из восточно-европейских стран, обучавшиеся до этого в монастырских школах.