Конспиративный адрес жандармерии.

С вас восемнадцать копеек за «молнию», уважаемая дамочка.

В «Книготорговой лавке Юрия М. Сцетюнича», располагавшейся напротив телеграфа, Евангелина скупила все доступные периодические издания за последнюю неделю: русские, австрийские, немецкие, румынские. Нагрузила кипой газет Прохора, непонятно сказав, что «надо разобраться».

В чем, спрашивается?

Посетили кафе, Ева потребовала лимонад и пирожное с заварным кремом, мсье Вершков ограничился пивом. Затем направились обратно к мосту.

Застали скандал: давешний городовой нещадно драл за уши шкета лет десяти – оказывается, сей разбойник осмелился незаметно подобраться к авто и погудеть в клаксон. Бесчинство было незамедлительно пресечено.

Обаятельный и улыбчивый Прохор Ильич разрешил конфликт незамедлительно: извлек хулигана из рук полицейского, выдал блюстителю серебряный полтинник за беспокойство, зареванного парнишку устроил на заднем сиденье и прокатил до городской заставы (Ева вести автомобиль отказалась, сосредоточившись на заграничных газетах). Мальчонка был счастлив – теперь он стал первым героем среди сверстников, вряд ли кому другому посчастливится проехать на настоящем авто!..

– Ну что, господа, – Ева непринужденно вошла в «господскую» палатку. – Страшных предзнаменований за последние часы не случилось? Вы сами мне рассказывали, как два года назад пробуждающийся Фафнир на Рейне разорвал в клочки поденных рабочих?

– Боже мой, мадемуазель, не накличьте беды! – ужаснулся Джералд. – С тех пор я стал мнителен до невозможности! Нет-нет, все спокойно.

– Мы решили устроить праздничный ужин, – воодушевленно дополнил Робер. – Его сиятельство граф выдал солдатам бренди из наших запасов, стряпухам поручено сделать свиное жаркое. Пригласили господина Львова – он столько для нас сделал! Я потрясен, как много хороших, отзывчивых людей мы встретили в этой стране! Из любых сословий, от дворян до апашей!

– Не обращайте на Монбрончика никакого внимания, – рассмеялся Тимоти. – Он на радостях в одиночку уговорил полбутылки своей любимой мятной настойки… Ева, какие новости привезли?

– Подполковник Свечин сейчас в Мемеле. И это неспроста. Помните статью? Отчего человек в сравнительно невысоком чине – он не генерал, не министр и не паркетный шаркун при дворе! – сопровождает императора на встрече с Вильгельмом?

– Ева, дорогая, вы опять увлеклись конспирологическими версиями! Господин Свечин один из доверенных сотрудников министра внутренних дел, ничего особенного! Я понимаю ваше беспокойство за общее дело, но, по-моему, вы все-таки видите то, чего не существует.

– Время покажет, – пожала плечами мадемуазель Чорваш. – Предчувствия очень уж скверные, в груди щемит – никогда не испытывала настолько сильного беспричинного страха. И он не связан с «волшебством», обычное интуитивное предчувствие большой беды. Между прочим, моя матушка, урожденная Брезой-Цепеш, была исключительно талантливой предсказательницей… Хорошо, оставим. Если предстоит торжественный ужин, давайте приберемся на столе – прислуга отсутствует, значит, придется наводить порядок самостоятельно!

– Тимоти, переложи, пожалуйста, бумаги в саквояж! Доктор, доставайте посуду, вино и коробку с сигарами. Судя по ароматам, доносящимся со стороны кухни, трапеза нас ожидает не хуже, чем в лондонском «Вавилоне» на Кенсингтон-стрит!..

– Толщина плиты – один дюйм три линии, – сообщил поручик Львов, извлекая ручное сверло из свинцовой преграды. – За ней пустота. Металл мягкий, все зависит от ваших пожеланий – можно, к примеру, разбить купол кувалдой, по шву. Если не хотите повредить артефакт, мы просверлим несколько десятков отверстий и выпилим часть плиты, чтобы человек мог пробраться внутрь.

– Второй вариант более приемлем, – согласился Джералд. – Иначе представители Академии наук и Археологического общества обвинят нас в варварстве и дилетантизме. Сколько времени это займет?

– Час или полтора… Прикажете начинать?

Гробницей вплотную занялись с половины девятого утра 28 июня. В расширенную камеру перед объектом, условно названным «свинцовым саркофагом», притащили инструменты, дававшие яркий не колеблющийся свет карбидные горелки и даже приобретенный в Одессе фотографический аппарат.

В качестве эксперта пригласили господина поручика – требовалась инженерная мысль. Львов первым делом определил, насколько серьезно препятствие, и вывел, что вскрыть могильник (или что оно такое?) большого труда не составит, на вооружении саперов есть специальные цепные пилы, которыми не то что свинец, гранит резать можно.

Пока Львов, фельдфебель и двое солдат поздоровее возились в раскопе, нежданно объявились гости из города – и не кто-нибудь, а генерал-майор Верховцев, командир гарнизона, сопровождаемый адъютантом.