– Прошу следовать за мной! Здесь недалеко.

Шепель оставил шутливый тон:

– Никуда мы, капитан, не пойдем, и ничего проверять ты не будешь.

– Вот как? Похоже на угрозу. Не советую, может плохо кончиться для вас.

– Тебе фраза: «Кама, двойка, три семерки, пять» о чем-нибудь говорит?

Дементьев внимательно и с интересом посмотрел на мужчину:

– Код проведения спецоперации, он же код неприкосновенности и обязанности всяческого содействия человеку, назвавшему его, без доклада вышестоящему начальству. Код совершенной секретности.

– Верно, капитан. Так что ты обязан во всем оказывать мне необходимое содействие и, что самое главное, не докладывая об этом своему начальству.

– Что я должен делать?

– Вот это другой разговор! А то, пройдемте, документы проверим. Нет, я понимаю, служба есть служба, но можно и по-другому.

– Мне извиниться?

Шепель взглянул на Дементьева:

– А ты не похож на мента, капитан. Из спецов, что ли?

– Почему вы так решили?

– Во-первых, реакция на неожиданный подход неизвестного лица со спины. Ты, услышав голос, тут же вышел из зоны прямого контакта, лишив неизвестного возможности внезапного нападения. Этому в милиции не учат. Во-вторых, я сам офицер спецназа и своих отличать умею. Где до милиции служил?

– На Кавказе.

– Десант?

– Отряд специального назначения. Работали по бандгруппам в горах.

– Ясно. А чего в милицию подался?

– Это долгая история. Так что я должен делать?

Шепель прикурил сигарету:

– Ничего! Занимайся своей работой и не мешай мне. Лучше вообще забудь, да еще мужчину, что обратил на меня внимание, следует предупредить, чтобы молчал, не болтал лишнего. Особенно среди своих дружков.

– Предупрежу. Он будет молчать.

– Ну, вот и договорились.

Развернувшись, Дементьев направился к своему подъезду. Просчитывать варианты, почему здесь появился секретный агент спецслужбы, было бессмысленно. Эти ребята умели хранить свои тайны. Поэтому Андрей заставил себя думать о другом, а именно о том, что дома его ждет любимая жена. Не знал Дементьев, да и не мог знать, что эта встреча с Шепелем не станет последней. Их пути еще пересекутся самым неожиданным образом и в самом неожиданном месте.

Проехав поворот на Вейск, Богданов указал Сабирову на уходящую к реке дорогу:

– Захватим бабу, повезем на старую базу.

Сабиров пожал плечами:

– Мне лично все равно, куда ее вести, лишь бы Руслан деньги платил.

– И тебя не удивляет, что к Комарину предстоит ехать именно нам? Линц всегда доставлял девок на новую базу.

– Нет, Богдан, не удивляет. Наше дело выполнять приказы, а думает пусть начальство. Раз направляет к болотам, значит, так надо.

– С тобой все ясно!

– А что ты хотел? Обсуждать решения Абадзе – дело неблагодарное и небезопасное. Братья, как волки, порвут в клочья, если что не так. Мне этого не надо.

– А попасть в лапы ментов надо?

Сабиров взглянул на подельника:

– Что имеешь в виду?

Богдан, поняв, что сказал лишнее, ответил:

– Ничего! Так, вырвалось! Свяжусь-ка я с Блондином.

– И то верно.

Богданов по сотовому телефону набрал номер Линца. Тот ответил тут же:

– Привет, Богдан! Ждал твоего звонка.

– Вот, позвонил. Что скажешь?

– Приготовь блокнот и ручку.

– У меня карта под рукой.

– Тогда отмечай адреса.

– Давай!

Блондин диктовал адреса, Богданов находил нужные улицы и дома, ставил крестики. Определившись с местами временного проживания, Богданов спросил:

– Как поступим с машинами?

– Заберешь их со стоянки завтра.

– И где эта стоянка?

– Отмечай.

Закрыв и этот вопрос, Богданов спросил:

– Связь между собой будем поддерживать?

Блондин ответил:

– Тебя шеф инструктировал?

– И что?

– А то! Слушать надо было внимательно. У тебя в городе своя работа, у меня своя!

– Лады!

– И ты будь поаккуратней в Переславе.

– Не надо меня учить, Линц. Не забывай, что я воюю против русских более десяти лет, и пленных в свое время брал, и заложников.

– Никто не собирается тебя учить. Я всего лишь даю тебе дружеский совет.

– Обойдусь без советов. Автомобили в порядке?

– В полнейшем! У тебя все?