– Она знает почему?

– Я предельно ясно изложил ей свои причины, – ответил он сухо. – По сути, мисс Гренджер, говоря современным языком, мы круто поговорили. Я, признаюсь, рассчитывал на то, что она не выйдет замуж до совершеннолетия, а к тому моменту повзрослеет и поумнеет настолько, чтобы понять, что на самом деле представляет собой ее драгоценный Филлипс. Но в последние месяцы у меня сложилось впечатление, что она намеревается бежать с ним и лишь выжидает подходящий момент. Единственная причина, по которой она до сих пор этого не сделала, заключается в том, что Филлипс опасается, что в этом случае я лишу ее наследства.

– А вы лишите? – спросила Люси. Он смутился.

– Я сделаю все возможное, чтобы Филлипс не смог воспользоваться ни единым пенни из денег Синди. Но я… Но мне невыносима мысль о том, что моя сестра будет нуждаться, а это непременно произойдет, если она понадеется на этого мерзавца. Но это все строго между нами. Моя главная забота – не дать Синди разрушить ее жизнь.

– Почему вы не хотите поместить ее под опеку суда?

– Я не хочу, чтобы весь мир узнал о том, что человек, способный управлять миллионами, не может справиться с собственной сестрой.

– Но это же совсем разные вещи – контролировать деньги или того, кого любишь.

В его глазах вспыхнула искорка смеха.

– На все эти юридические формальности уйдет уйма времени, а как раз его-то у меня и нет. Я дал указание своим поверенным предпринять все необходимые шаги и надеюсь вернуться до того, как они закончат. К сожалению, завтра утром мне необходимо лететь в Японию.

– И вы боитесь, что Синди сбежит, пока вы в отъезде?

– Да. Я разговаривал с ней, и она пообещала не видеться с Филлипсом в мое отсутствие. Она, видимо, надеется, что если проявит послушание, то я переменю свое мнение о нем.

Только такому наивному созданию как Синди, могла прийти в голову подобная мысль, подумала Люси, поскольку любому, кто обладал хоть каплей разума, было ясно, что если уж Пол Харлоу вбил себе что-то в голову, то никому не под силу это изменить.

– Однако я до сих пор не понимаю, какое отношение все это имеет к вашему предложению.

– Мне кажется, это очевидно. Синди от вас без ума. За те несколько часов, что я провел с ней, она ни о чем другом больше и говорить не могла. Только и слышно было: «Люси сказала то» да «Люси сказала это».

Когда он произнес ее имя, она покраснела, как будто между ними возникла какая-то близость.

– Именно из-за того влияния, которое вы на нее имеете, – продолжал он, – я и надеюсь, что вы согласитесь выполнить мою просьбу. Если вы приедете в Чартерс для окончательного выздоровления, то как раз пробудете там до моего возвращения. А я при этом смогу спокойно заниматься делами. Хотя Синди и обещала мне не видеться с Филлипсом в мое отсутствие, я больше чем уверен, что, предоставленная сама себе, она не сдержит слова. Но если рядом с ней были бы вы, если бы вы присмотрели за ней и…

– У меня нет никакого желания отправляться в ваш дом в качестве шпиона, – резко оборвала его Люси.

– Но вы приедете?

– Да, – медленно ответила она. – Вы не оставили мне выбора.

– Благодарю вас.

Он направился к двери. Со странным чувством разочарования она подумала, что теперь, когда он добился своего, его здесь больше ничто не держит. Интересно, делал ли Пол Харлоу хоть что-нибудь просто так, размышляла она, наблюдая из-под опущенных ресниц, как он берет шляпу и перчатки.

Она вышла вслед за ним в холл и замерла от удивления, увидев на тумбочке бутылку шампанского.

– Это маленький презент в честь вашего возвращения домой, – произнес он у нее за спиной.

Она обернулась и посмотрела на него, сияя от удовольствия.

– Если бы я знала, что вы его принесли, мы могли бы выпить за ваш завтрашний отъезд.

– Надеюсь, у нас еще будет повод.

Она с трепетом дотронулась до золотой фольги на горлышке бутылки. Шампанское было обернуто в целлофан, но ей удалось разобрать слова «Луис Родерер». Люси не особо разбиралась в дорогих винах, но ее знаний было достаточно, чтобы понять, что это – одно из лучших.

– Я не пила шампанского с тех пор… да, с тех пор, как вышла в свет последняя книга моего отца.

– Мне всегда казалось, что такие девушки, как вы, могут позволить себе это удовольствие, когда захотят.

Она посмотрела на него вопросительно, и он, слегка смутившись, продолжил:

– Я имел в виду, что вокруг такой… гм… красивой девушки, как вы, должно быть, достаточно молодых людей, готовых выполнить любое ее желание.

– О, безусловно, – ответила Люси с сарказмом. – Вся беда в том, что я не готова выполнить любое их желание.