То же самое происходит во времени, с соблюдением всех пропорций. Однако экологические проблемы до смешного просты по сравнению с проблемами времени. Вы можете стереть с поверхности планеты гору или погасить звезду на небе – но в вашем будущем ничего не изменится. Возможно, в некоторых местах можно уничтожить целые цивилизации без особых последствий – с вашей точки зрения, а в другом месте вам достаточно наступить человеку на ногу, чтобы ваше небо и земля содрогнулись. У каждой точки Вселенной есть собственная экология. Абсолютной истории не бывает.

– Тогда как можно что-то предвидеть? – спросил Корсон.

– При помощи расчетов. Их помогает сделать интуиция и опыт. Лучше всего смотреть на вещи сверху, из возможно более удаленного будущего. Всегда легче рассматривать перекрестки, которые могут привести к современности, чем создавать тех, кто сделает будущее. Поэтому боги Эргистала и устанавливают с нами контакт. – Он указал на двух женщин. – Но всего они нам сказать не могут, как не могут вводить в историю пертурбации, которые бы им вредили. Они у заката времени. Все дороги ведут к ним. Для них история почти абсолютна, почти закончена. И потому мы должны сами выполнять свое предназначение.

– Понимаю, – сказал Корсон. – Я тоже чувствую себя пешкой на шахматной доске. Сначала я верил, что двигаюсь свободно, но по мере того, как все лучше видел игру, я понимал, что меня просто передвигают с одного поля на другое.

Поколебавшись немного, он произнес:

– Я думал даже, что игру ведете вы. Что это ваш план.

Мужчина покачал головой:

– Вы ошибались, не мы авторы этого плана.

– Но вы знаете, что случилось со мной.

– В некоторой степени. Для нас вы – неизвестная величина. Вы появились в определенной точке, чтобы разрешить кризис. Мы всегда думали, что это ваш план.

– Мой? – изумился Корсон.

– Ваш. И только ваш.

– Я еще даже не начал обдумывать свой план, – сказал Корсон.

– У вас еще много времени впереди, – ответил мужчина.

– Но он уже выполняется.

– Это значит, что план все-таки возникнет.

– А если мне не удастся? – спросил Корсон.

– Вы ничего не будете об этом знать. И мы – тоже.

Одна из женщин шевельнулась. Она протерла глаза, поднялась, взглянула на Корсона и улыбнулась. Ей было лет тридцать. Мысли ее блуждали где-то далеко.

– С трудом верится, – сказала она. – Знаменитый Корсон среди нас.

– Я еще ничем не прославился, – сухо сказал Корсон.

До последней секунды он еще продолжал надеяться, что это окажется Антонелла.

– Не так резко, Сельма, – вставил мужчина. – Перед ним еще дальняя дорога, и он слегка взволнован.

– Я же его не съем, – ответила Сельма.

– И он нужен всем нам, – добавил мужчина.

– В каком моменте вы находитесь? – спросила Сельма у Корсона.

– Я прибыл как посол… – начал было Корсон, но женщина прервала его:

– Это я знаю. Слышала ваш разговор с Сидом. Меня интересует, в каком месте вы сейчас находитесь.

– Я могу нейтрализовать Верана, не посылая ему того сообщения, поскольку все считают, что я отвечаю за него. Но, честно говоря, я не смог бы его даже написать, не то что отправить.

– С помощью креодов это очень просто сделать, – сказала Сельма. – Я сделаю это в любое время. И мне кажется, Эргистал согласится на отправку этого сообщения.

– Допустим, вы его не отправите, – сказал мужчина, которого Сельма назвала Сидом. – Кто тогда займется Бестией и Князем Урии? Необходимо продумать все детали. Веран – часть плана, и вы не можете так просто исключить его.

– Этого я и боюсь, – сказал Корсон. – Я думаю, идея позвать его на помощь пришла мне в голову после встречи на Эргистале. Но я еще не уверен в этом. Эта мысль придет мне в голову позднее.

– Для примитива он быстро движется вперед, – заметила Сельма.

Сид нахмурился:

– Корсон не примитив. И он был на Эргистале. Контакта ему было мало.

– Верно, – сказала Сельма. – Я совсем забыла.

Она пустилась бежать вдоль берега.

Корсон подумал вслух:

– Так кто же займется Вераном?

– Вы, – ответил Сид.

– Я не могу напасть на него. Не могу даже задумать что-нибудь против него.

– Обруч!

У Корсона появилась слабая надежда.

– Вы поможете мне снять его?

– Нет, – сказал Сид. – Мы не можем. Веран родился в нашем будущем, и технология его времени превосходит нашу.

– Значит, – сказал Корсон, – выхода нет?

– Есть. Иначе бы вас там не было. Есть, по крайней мере, одна линия правдоподобия – креода, – согласно которой вы довели свой план до конца. Не знаю, осознаете ли вы всю трудность ситуации, но ваше будущее, Корсон, зависит от вас в прямом смысле этого слова.