– Он строит дом.

– Дом?

– Да, здание для бывших питомцев школы, чтобы у них было место, где остановиться, если им придет в голову навестить школу. Ребята, которые не занимаются спортом, обязаны вкалывать на строительстве.

– Это любопытно.

– Это идиотизм. Все ребята в ярости. До этого они могли еще проскочить, не утруждая себя особенно тренировками, но сейчас с этим покончено. Они говорят, что директор использует детский труд.

– Мне скорее кажется, что это делается ради общественной пользы.

– Именно так говорит и он. Он познакомился с одним архитектором – бывшим выпускником, который разработал проект и получил одобрение со стороны Благотворительного фонда, который выделил средства на строительные материалы и наем рабочей силы. Теперь у него работает плотник, который будет надзирать за строительством, а за это его сын будет учиться в школе бесплатно.

– Неплохая сделка.

– Парень несколько того. Типичный обыватель. Он не впишется.

– Мне кажется, ты тоже был типичным обывателем года два назад.

– Ты знаешь, что я имею в виду, мам. У него отец – плотник.

– Ну и что же?

– Да то, что большинство родителей наших ребят в состоянии купить его и продать десять раз.

– Большинство родителей ваших ребят в состоянии купить и продать и нас десять раз.

– Существует некоторая разница.

– И она заключается в том, что твой отец не занимается физическим трудом? Нет, Дуги. Особой разницы нет. Этот парень вполне может оказаться таким же способным, как и всякий другой обитатель Маунт-Корта. Он имеет право на все те возможности, которые предоставляются другим, а если его отец достаточно умен, чтобы помочь ему в этом, мне остается только восхищаться им. Кстати, как его имя?

– Джейсон Друарт.

Энджи улыбнулась.

– Мне нравится Джейсон. Рада за него. И за всех ребят из Маунт-Корта. Кстати, строительство здания будет иметь воспитательное значение. Я подкину им эту идейку. Пусть ребята постараются извлечь из работы максимум полезного. И ты тоже. Ты мне поможешь?

– Ни за что. Я лично стараюсь держаться от директора как можно дальше. Он всегда готов на какую-нибудь гадость.

– Забавно. А он мне показался довольно приятным человеком. – Энджи познакомилась с ним на приеме почти сразу же после того, как он приступил к обязанностям прошлой весной. Он сразу же показался ей прирожденным лидером, и именно в таком человеке нуждалась школа.

Энджи подкатила к дому. В один момент Дуги схватил свои книги и был таков. Энджи последовала за ним и обнаружила на кухне Бена, у которого палец был перевязан бумажным полотенцем.

– Ого. – Она отложила сумочку и присела, чтобы взглянуть.

– Обед запаздывал, – виновато сообщил он, как всякий мужчина, что-то напутавший по хозяйству, – и я решил приготовить салат. Я стал резать морковку и промахнулся. Зашивать не потребуется?

– Нет. Кровотечение почти прекратилось. Достаточно наклеить лейкопластырь. Дуги! Где Дуги? – Ответа не последовало, и тогда Энджи снова приложила бумажное полотенце к ранке, посоветовав Бену прижать его покрепче, а сама прошла в ванную, где находилась домашняя аптечка. Через минуту порез был аккуратно заклеен, бумажное полотенце отправилось в пакет для мусора, а Энджи резала салат, который начал столь неудачно готовить Бен.

– Тебе не следовало всего этого начинать, – сказала она, с любовью глядя на мужа. Он сидел, облокотившись о стол, одетый, как обычно, в джинсы и футболку, и выглядел совершенно очаровательно, правда, несколько огорченным. – Я ведь сказала, что скоро буду дома.

– Я проголодался.

– Бедняжка. Ты, и Дуги тоже. Но ведь мы обедаем не намного позже, чем обычно.

– Это только кажется. Лишние несколько минут превращаются в вечность, когда ты устал и голоден.

– У тебя был удачный день? – спросила Энджи, отставляя в сторону готовый салат и направляясь к холодильнику за бифштексами.

– Да, набросал пару вещиц, – сказал он, стоя у раскрытой двери. Когда же Энджи выложила на кухонную стойку бифштексы, он закрыл дверь и произнес: – Мне не нравится, что ты приходишь так поздно. Когда же вы, наконец, возьмете себе еще одного врача?

– Когда до этого дойдут руки. Мы сейчас все слишком заняты и слишком эмоционально настроены. – Пейдж не понимала. Питер же и Бен, как все мужчины, на первое место ставили дело и понимать отказывались. – Мара еще не остыла в могиле. Да и неуместно сейчас спешить с ее заменой.

– У Мары желудок не сжимается от голода, – сказал Бен и вышел из кухни.

Энджи улыбнулась и крикнула ему вслед:

– Ты выживешь, обед будет готов через десять минут. Так оно и было. Через десять минут Бен уже восседал за столом, а Энджи поднялась по лестнице, чтобы позвать Дуги.

– Я уже обедал в школе, – последовал ответ.

– Там ты перекусил. А теперь на столе настоящий обед.

– Но я не голоден.

– Ну перестань, дорогой. Поешь хоть немного.

– Мам, мне нужно делать домашнее задание.