— Ты пожалеешь об этом! — выкрикнула она. — Никто не имеет права трогать нас здесь!

— А бросать человека в пропасть, значит, вы право имели? — приближаясь к ней, рявкнул киммериец. — Дай-ка мне плетку, Тайрад!

— Ингер, беги! — крикнул кто-то из девушек.

— Пусти! — взвизгнула амазонка и, спрыгнув с коня, метнулась в сторону, однако двое всадников, быстро спешившись, схватили ее и, не обращая внимания на ее попытки освободиться, подвели к варвару.

Остальные девушки, не в силах помочь подруге, молча наблюдали, удерживаемые крепкими руками гирканцев.

Амазонка тяжело дышала, с ненавистью глядя на киммерийца, который, ухмыляясь, внимательно разглядывал ее с головы до кончиков пальцев на ногах.

— Ну что, начнем, пожалуй? — поигрывая плеткой, усмехнулся варвар и посмотрел на Тайрада.

— Нет! — Девушка с новой силой принялась вырываться.

Соплеменники Тайрада были не слабыми мужчинами, но даже они с трудом удерживали разъяренную амазонку.

— Помолчи! — гаркнул Конан, с усмешкой продолжая разглядывать обнаженную молоденькую девушку.

Он понимающе подмигнул гирканцам, державшим ее: варвар прекрасно видел, какая буря бушует в душе каждого из них. Подруги несчастной амазонки продолжали рваться из крепких мужских объятий, пытаясь прийти ей на помощь, но степняки не ослабляли хватки.

— Поверните ее спиной ко мне! — скомандовал киммериец. — Она должна понести наказание!

Гирканцы выполнили его приказ, но Конан почему-то медлил, пристально глядя на Тайрада.

— Может быть, простишь ее? — понял, наконец, его намек гирканец. — Демон затуманил мозги этим женщинам.

— Ты думаешь? — недоверчиво спросил варвар. — Раз вмешался демон, я вполне могу исправить положение. — Он медленно направился к обреченной пленнице, занося руку с плетью и примеряясь для удара.

Девушка не могла видеть его, но почти одновременный вскрик подруг заставил ее вздрогнуть.

— Подожди! — Поняв теперь все, уже уверенным голосом остановил его Тайрад. — Все мы совершаем ошибки, но их можно исправить и не так болезненно. Я прошу тебя простить этих неразумных девчонок.

— Ладно, — остановившись, как бы нехотя буркнул Конан. — Только ради нашей дружбы… Да и жалко, конечно, такую кожу портить… Пусть благодарят Крома и тебя, гирканец. Так и быть, прощаю.

Во взглядах девушек, направленных на Тайрада, можно было прочесть благодарность и даже, как это ни странно, что-то похожее на уважение.

— Раб тянется к доброму надсмотрщику, — тихо шепнул юноше киммериец. — Не упусти возможности, парень!

Когда отряд вернулся к месту стоянки, молодые амазонки, прибывшие ранее, уже оделись в обычное платье женщин этого племени и почти ничем не отличались от соплеменниц. В лагере воительниц, впрочем, как и у гирканцев, царил порядок: каждый занимался своим делом, и встречать возвратившихся вышла только Паина, предупрежденная дозорными. Она ничуть не удивилась, увидев варвара, и на ее суровом лице не дрогнул ни один мускул, когда она сухо кивнула ему, будто последний раз они виделись сегодня утром или, в крайнем случае, вчера вечером.

— Здравствуй, Паина! — спрыгивая с коня, приветствовал ее киммериец. — Рад тебя видеть в добром здравии. Слышал краем уха, что в ваших краях опять какие-то беспорядки? — Он внимательно смотрел на амазонку, ожидая ответа.

— Как обычно, — мрачно бросила Паина. — Нашей Акиле вечно неймется, и она пожинает плоды своих поступков.

— Ты слишком требовательна к своей повелительнице, — усмехнулся Конан. — Клянусь хвостом Нергала, все ваши беды оттого, что вы живете совершенно невозможной, на мой взгляд, жизнью… — принялся развивать он свою теорию, но, увидев, как исказилось лицо собеседницы, решил не раздражать ее: — Впрочем, это не мое дело. Мне сказали, — переменил он тему, — что ты собираешься выступить на днях, чтобы прийти на помощь вашей правительнице?

— Да! — коротко ответила амазонка. — Я думаю, через пару дней мы будем готовы.

— А оружия у вас хватает? — осведомился Конан.

— Неподалеку есть один торговец оружием, Давас, — сказала Паина. — Завтра я направлю к нему отряд.

— Давас? — встрепенулся варвар. — Я его хорошо знаю. Пару лет назад мы с ним встречались. Если хочешь, к нему могу съездить я…

Тут киммериец не удержался, чтобы легонько не шлепнуть по округлому заду пробегавшую мимо него одну из пленниц гирканцев, которых те, наконец, с видимой неохотой выпустили из своих рук.

Девушка бросила на него сердитый взгляд, но промолчала, видя, что одна из знатнейших женщин ее племени снизошла до разговора с киммерийцем.

— Хорошие девчонки, — протянул варвар, проводив взглядом обнаженных молодых женщин, которые легкими шагами устремились к лагерю амазонок. — Но стервы первостатейные, — ухмыльнулся он. — Чуть не отправили меня на Серые Равнины. Вот ваше воспитание. Никакого уважения к прославленному воину.

— Ты, наверное, приставал к ним, как всегда, — фыркнула Паина, и впервые за время их разговора на ее лице появилось какое-то подобие улыбки, — а наши девочки, сам знаешь, постоять за себя умеют.