Но тот лишь хмыкнул.

– Значит, вот как! Ключа было бы достаточно и для того, чтобы войти в пирамиду? Неплохие новости. Слушай меня, карлик… Я сниму с тебя цепь, и ты пойдешь за мной. У нас слишком мало времени… Но до того, как ты получишь… хм… свободу, мне придется кое-что с тобой проделать.

Шеверт обреченно уставился на жреческую мантию, гадая, какие муки придумал коварный ум врага.

… Несколько мгновений ничего не происходило, а потом вдруг темные воды хлынули в сознание Шеверта. Страшные, замешанные на крови воды – и схлынули также быстро. Жрец отвернулся, быстро вытер пот, выступивший на лбу.

– Теперь, мой драгоценный, ты не можешь отойти от меня дальше, чем на два десятка шагов. Если соберешься бежать, не издохнешь, конечно, но будет очень, очень больно. Я понятно выражаюсь? Если захочешь меня убить… Тоже будет очень больно. Так, что и жить расхочется. Это, я надеюсь, тоже понятно.

Онемев от изумления, Шеверт кивнул.

Покровители, да что же это такое? Зачем все это?!!

И кэльчу невольно повторил вслух этот вопрос.

– Зачем? – серкт достал из кармана связку ключей и наклонился к бронзовой ножке кровати, – мы отправляемся в путешествие, карлик. Ты и я.

– Но зачем? Зачем я тебе? – чуть было не завопил Шеверт.

Он начинал сильно сомневаться в душевном здравии этого серкт… Да и себя самого.

– Я буду краток, – серкт покачал головой, – ты мне нужен для того, чтобы, угрожая твоей жизни, я расстроил планы бескрылой элеаны. Да, да, той самой, не нужно на меня так смотреть. Она улизнула из Дворца вместе с ийлуром, и я имею веские основания полагать, что намерения ее не самые светлые. Поэтому… Я беру тебя с собой, и мы отправляемся их искать. До того, как девочка совершит задуманное.

Шеверт не поверил собственным ушам. Час от часу не легче! Теперь Андоли – да проклянут Покровители само ее имя – умчалась с северянином, замышляя очередную мерзость. А этот жрец хочет ее искать.

– Но… – Шеверт непонимающе смотрел на то, как изящные пальцы серкт справились с замком, – зачем я нужен?

– Я же сказал, – буркнул серкт, – я поменяю тебя на ийлура.

Шеверт только руками развел.

– А почему ты думаешь, что она согласится?

– Согласится, – холодно ответил жрец, – я в этом уверен.

Кэльчу вздрогнул, когда руки врага коснулись его лодыжки.

«А что, задушить его сейчас цепью – и ходу, в Лабиринт!» – мелькнула хорошая, здравая мысль.

И Шеверта скрутило чудовищной, дикой судорогой – из глаз брызнули слезы.

– Я же предупреждал, – заметил серкт, – будешь себя хорошо вести, отпущу на все четыре стороны. Но сейчас нужно остановить Андоли. Она, бедняга, действует по наущению Царицы, а это может дурно закончиться…

– Для кого? – прохрипел Шеверт, медленно приходя в себя.

– Для всех. И для тебя в том числе, – осклабился жрец.

Шеверт едва поспевал за размашисто шагающим жрецом, которого звали Хофру. Интересное такое имечко, непривычное для слуха кэльчу. В имени этом звучала опасность – туманна и неясная, словно болотень, притаившийся под зеленой ряской. Ищешь его в одном месте, а он выскочит именно там, где его не ждали...

«Странно все это», – думал Шеверт, рыся по темным и пустым коридорам чужого храма и стараясь не отставать от жреца. Дело было даже не в тех двадцати шагах, отмеривших для Шеверта круг жизни, кэльчу спиной чувствовал, как нечто грозно и неумолимо таращится ему меж лопаток. Но стоило обернуться – и вновь только темно-серые, цвета графита, камни, пустые коридоры, арки, сложенные из больших кусков яшмы цвета свернувшейся крови.

«Это потому, что я в храме чужих богов», – наконец решил Шеверт, – «я сам чужой для них, и потому им не очень-то нравится мое присутствие...»

Хофру остановился так внезапно, что погруженный в размышления Шеверт едва не врезался ему в спину. Жрец стоял перед низенькой и потертой дверью, на которой из-за сырости кое-где зеленели пятна плесени. До кэльчу донеслось тихое бормотание жреца, на языке серкт, затем Хофру принялся перебирать связку ключей, подбирая нужный.

– Что мы здесь делаем? – несмело поинтересовался Шеверт.

Хофру насмешливо глянул на него, провернул ключ в замочной скважине, и только затем сподобился ответить.

– Мы же собираемся искать твоего приятеля? Как по-твоему я должен угадать, куда они подались с элеаной?

Дверь отворилась с душераздирающим скрипом – впрочем, как и полагалось отворяться низкой и заплесневелой двери. Внутри был кромешный мрак, но Хофру и тут не растерялся: нырнул в карман и выудил...

– Это же мое! – возмутился кэльчу.

– Оно было твоим ровно до тех пор, пока ты не попался, – хмыкнул жрец, вертя в пальцах светящийся череп скалозуба, – должен заметить, удобная штука.