В Помпеях большинство статуй были унесены с форума после гибели города. Осталось несколько пьедесталов с надписями; мы узнаем из них имена Голкония Руфа, одного из влиятельнейших помпейских граждан начала I в. н. э.; патрона колонии — Квинта Саллюстия; дуумвира Куспия Пансы и Умбриция Скавра. Последнему городской совет постановил воздвигнуть даже конную статую. Конных статуй на форуме стояло вообще несколько. Воздвигнуты были и колоссальные статуи лицам царствующего дома; их постановкой Помпеи официально заявили о своих верноподданнических чувствах.

Рис. 8.

Рис. 9.

Рис. 10.

У нас есть почти документальное изображение жизни на форуме: несколько фресок, правда, фрагментарных, найденных еще при начале раскопок в 1755 г. в одном помпейском доме. При своем художественном несовершенстве бытовые картинки, представленные этими фресками, очень ценны. Люди, изображенные художником, часто напоминают деревянные обрубки, но ему удалось передать и выразительность их жестов и поз, и оживленную пестроту форума; перед нами воскресает торговая и ремесленная жизнь Помпей. Вот торговля тканями ( рис. 8 ). Продавец раскинул в одном месте перед портиком свою будочку, обтянутую полотном; там лежат ткани; самая торговля происходит в тени портика. Двое покупателей рассматривают развернутую штуку сукна; один из них нашел в нем какой-то недостаток и пальцем указывает на изъян; продавец поднимает руку жестом человека, который ручается, что счастливец, купивший это сукно, проносит его до смерти. За покупателями в классической позе вышколенной служанки стоит девушка-прислужница. Направо — другой торговец, вероятно компаньон первого, убеждает покупательницу, прикидывающую на себя кусок сукна, в высоких качествах материала. Спутница ее, дочь или младшая сестра, живо заинтересована покупкой; умоляющим жестом она кладет руку на плечо старшей. Разносчики готового платья ( рис. 9 ), разгуливающие по форуму, беседуют с покупательницами, которые, как это повелось уже от века, вероятно, сомневаются и в достоинстве товара, и в разумности назначенной за него цены. Сапожник примеривает сапоги юноше, усевшемуся для этого на скамейку ( рис. 10 ); его товарищ или хозяин обращается к кому-то, приглашая взглянуть на ряды выставленной обуви. В другой сапожной ( рис. 11 ) молодой мастер, надев башмак на руку и вооружившись палочкой, похожей на школьную указку, объясняет своей аудитории, состоящей из четырех женщин и крохотного ребенка, сидящего на руках, изумительные качества своего товара. Тут же приютился медник ( рис. 12 ): юный подмастерье возится у переносного горна; покупатель рассматривает на свет ведро, а сам хозяин занят запаиванием маленького котелка. На земле стоит посуда разной формы и величины.

Рис. 11.

Рис. 12.

Рис. 13.

Шла на форуме торговля и съестными припасами: с лотков торговали хлебом, фруктами, разными кушаньями ( рис. 13 ). Девочка остановилась перед столиком фруктовщика; у нее разбегаются глаза, и она не знает, что ей выбрать. Тут же в трехногом котле, под которым горит огонь, разведенный в большом тазу, кипит какое-то варево; желающие могут получить его прямо «с пылу с жару». Покупатель подходит со своей посудиной, которую держит, чтобы не обжечься, на длинном крюке. Очень выразительно изображение старика-торговца ( рис. 14 ), заснувшего над своим столиком, на котором разложена разная вкусная снедь. Мальчик тщетно протягивает плошку, требуя, чтобы он отпустил своего товара: какой-то сердобольный прохожий будит старика, толкая его пальцем в спину.

Рис. 14.

Рис. 15.

Все эти изображения, такие простые и жизненно правдивые, повествуют не только о жизни форума, но и дают богатый материал для характеристики торговли в Помпеях. В часы торговли портики форума превращались в торговые ряды, причем форум, говоря современным языком, представлял собой настоящий универмаг: тут можно было одеться и обуться; купить провизии и домашней утвари, а также и поесть. Торговали в палатках, с лотков и вразнос; приносили свой товар, тут же принимали заказы и устраивались со своей мастерской. Торговое оживление, сопровождаемое при южной живости оглушительным гомоном, не вызывало у жителей Помпей желания опрометью кинуться прочь. Форум полон гуляющих: люди прохаживаются, стоят и, прислонившись к колоннам, наблюдают за всем, что происходит кругом, или беседуют между собой. Несколько приятелей оживленно обсуждают качество приобретенных ими ароматов; один не выдержал и, раскрыв свой флакон, жадно нюхает его пробку. Четверо человек остановились перед «альбомом» — длинной узкой доской, покрытой слоем белой штукатурки (латинское «albus» значит «белый») и прикрепленной к пьедесталам трех конных статуй. На таких «альбомах» писали красной или черной краской постановления городского совета, объявления об аукционах и подрядах, программы гладиаторских зрелищ и т. п. Дети играют, прячась за колоннами. Юноша, не замечая ничего вокруг, прилежно срисовывает статую. Сквозь толпу пробирается слепой нищий в жалких лохмотьях, с всклоченными бородой и волосами. Он ведет на ремне собаку, которая служит ему поводырем: маленький, широкогрудый песик чутко повернулся на его голос. Почтенная матрона с благородной осанкой протягивает ему кусок съестного.

Чрезвычайно интересна фреска, изображающая сцену из школьной жизни ( рис. 15 ). Грамотность широко распространена была в древней Италии; начальные школы имелись в каждом городке. Были они предприятием совершенно частным; любой, желавший заняться этим делом, мог открыть школу. Мы знаем одного учителя из Помпей; это был некий Сема, грек, судя по имени. Под школу он снял помещение, находившееся в северо-западном углу форума и обращенное своими восемью входами на портик. Раньше это помещение считали маленьким овощным рынком. Возможно, что от портика его отделяли занавеси, но возможно, что их и не было. Уличная толкотня не смущала ни учителя, ни учеников, располагавшихся для занятий часто под портиком, а то и под открытым небом. На фреске изображены школьные занятия в самом разгаре: учитель, пожилой бородатый человек в плаще, стоя, слушает чтение своих питомцев. Ученики — мальчик и две девочки (начальное обучение в древней Италии было совместным) — держат на коленях развернутые свитки; досужие прохожие тоже слушают их, спрятавшись за колоннами. Чуть-чуть поодаль молодой помощник учителя сечет провинившегося мальчугана, которого держат двое его товарищей; к этой группе приближается школьный служитель с запасом свежих розог. Древняя школа считала телесные наказания делом естественным и необходимым: за шалость, за дурно приготовленный урок, за леность ученику «расписывали спину так, что она становилась пестрее змеи» (Герод [30] ). Марциал так и называл розгу «скипетром учителей». Августин [31] уже на склоне лет с живостью вспоминал свой жестокий детский ужас перед поркой. Голос Квинтилиана, [32] резко протестовавшего против розги, прозвучал одиноко и не был услышан в учительской среде древнего мира. Если в будни на форуме жизнь била ключом, то еще оживленнее бывал форум по праздникам, когда на нем (до постройки амфитеатра, а иногда, может быть, и после) устраивали гладиаторские игры и бои со зверями. В одной надписи сообщается о том, что некий Клодий Флакк, дуумвир и квинквеннал дважды (последний раз в 3 г. до н. э.) устраивал на форуме в благодарность за свое избрание трехдневные игры. Празднество начиналось торжественной процессией, затем шел бой быков, потом шли состязания кулачных бойцов (парами и целой группой), пантомимы, выступление гладиаторов, бой с быками, медведями и дикими кабанами. Все это чередовалось с музыкальными интермедиями. Зрители находились, конечно, на верхнем этаже портика: внизу сидеть было бы опасно, так как вряд ли можно было здесь создать временную надежную ограду от разъяренных зверей. Наверх вели три лестницы; из них две — прямо с улицы на второй этаж портика (одна находилась около басилики, другая около здания городской думы); третья (у северного угла Аполлонова храма) соединяла первый этаж портика со вторым. По этой последней посетители в будни поднимались в лавки верхнего этажа, не выходя с форума; в дни праздничных представлений, вероятно во избежание несчастных случаев, ею разрешалось пользоваться только лицам официальным и причастным к устроению игр. К вечеру форум пустел. Возможно, что на ночь его даже запирали. У всех входов на него (с обеих сторон от храма Юпитера, с улиц Морской, Изобилия и Школьной) до сих пор можно видеть пороги с отверстиями для дверных шипов (двери в античности не навешивались на петлях, как у нас, а вставлялись на шипах в специальные отверстия, проделанные для этого в пороге и в притолоке).

Землетрясение 63 г. сильно разрушило помпейский форум: рухнули портики, все окружавшие его здания потерпели значительные повреждения. Город вскоре собрался с силами и средствами, чтобы залечить эти раны: еще накануне дня, когда Помпеи были окончательно погребены под слоем камешков и пепла, там кипела работа; форум представлял собой громадную каменотесную мастерскую, заваленную глыбами камня, кусками мрамора и уже готовыми колоннами. Рабочие, ушедшие вечером с форума, должны были завтра с раннего утра продолжать установку колонн; никто не думал, что их последние удары молотка окажутся последними навсегда.

Италийские города пользовались самоуправлением. Ясно видно, что скрывалось под этим демократическим названием: в руках рабовладельческого класса «самоуправление» превращалось в орудие угнетения мелких производителей и малоимущего люда. Так было по всей Италии, и Помпеи, как мы увидим дальше, исключения не представляли.

Во времена самнитов Помпеи, как и прочие кампанские города, пользовались полной автономией. Управление городом находилось в руках городского совета, который назывался на оскском диалекте «kumbenieis» (соответствует латинскому «conventus» — «собрание»). В оскских надписях из Помпей несколько раз упоминается этот «конвент», по распоряжению которого был построен спортивный клуб, поставлены в Стабиевых банях солнечные часы и вымощен храм Аполлона. Сдачу с подряда всех этих и подобных им работ, надзор за их ведением и производство платежей конвент поручал квайстуру (латинский «квестор»), младшему магистрату, ведавшему городской казной. Помпейские надписи самнитского периода неоднократно упоминают квайстура. Старше его были эдилы: в оскских надписях из Помпей мы встретим их только раз, когда говорится о нескольких улицах, проведенных и вымощенных под их надзором. Председателем городского совета и главным магистратом у кампанцев был «medix tuticus» (так на латинский лад называли в Риме «meddiss'a tuvtiks'a», титул, который по-русски можно перевести «градоправитель»). В упоминаемых нами надписях он встречается неоднократно; насколько можно судить на основании очень скудного материала, имеющегося в нашем распоряжении, ему поручался надзор за ведением особо важных строений, и в некоторых вопросах городского благоустройства он волен был распоряжаться по собственному усмотрению.

Строй этот подвергся значительным изменениям, когда свободные Помпеи превратились в «Корнелиеву колонию помпейцев», как официально стал именоваться город после взятия его Суллой. Римляне, правда, не отбирали права самоуправления от побежденных городов, но они зорко следили за ними и властно подавляли все, что как-либо могло грозить их господству и влиянию. Помпейские магистратуры были переделаны на римский образец; принцип коллегиальности, строго проводимый в Риме, был распространен и на подчиненные италийские города, управление которыми стало теперь миниатюрной копией с римского государственного управления. Место единовластного меддисса заняли двое дуумвиров, в руках которых сосредоточена была вся полнота магистратской власти. Только они имели право созывать городской совет и народное собрание; они же в них и председательствовали. Будучи официальными представителями города, они оберегали его интересы, заключали от его имени договоры, следили за правильным отправлением культа. Они же являлись судьями в гражданских делах, иск по которым не превышал определенной суммы. С крупными исками помпейцы обращались в Рим, где решались и уголовные дела. В римских Помпеях должность квестора была уничтожена и дуумвиры стали ведать и городской казной.