Шрифт:
— Лео не знает, что я здесь. — Голос Макса стал отчужденным. — Лео вообще ничего не знает.
— Лео не знает, а ты знаешь? — Во мне начало просыпаться бешенство. — Что ты задумал? Не забывай, мы теперь с тобой вместе!
Макс поднял камень и бросил его в лунную дорожку.
— Давай оставим это без объяснений. — Камень бесшумно упал в воду.
Чернота метнулась, слилась с темным небом, лизнула неверные звезды.
— Да, оставим. Потому что никаких объяснений у тебя нет. Я тебя не отпущу. — Я вновь подошла к Максу, взяла за руку. Буду держать его крепко-крепко, и он никуда не сбежит.
Руки сами опустились. Ничто его не остановит. Ничто.
Макс смотрел на море. Испуганно мерцающие звезды жались к краю неба, подальше от луны, и в какой-то момент мне показалось, что их контур вырисовывает мне лицо Макса. Самые смелые звездочки превратились в конопушки на его носу.
Я уже хотела показать ему это, повернулась и натолкнулась на взгляд совершенно незнакомых мне холодных глаза.
— Маша, — морозные руки коснулись моих плеч, — мы не можем быть вместе.
— Ты приехал сюда, чтобы сказать мне об этом? — В его словах чувствовался подвох. Что-то происходило. Что-то было не так. Наверняка тут замешан Лео. И Катрин. — Мог бы и не утруждать себя столь долгой дорогой.
— Маша, мы должны расстаться.
— Нет! — Я сжала его руку. Не уверена, что он почувствовал мое пожатие. — Мы не можем расстаться! Ты любишь меня! Когда любят, не расстаются!
Он молчал долгую секунду. Это было то самое молчание, которое означает согласие.
— Соври что-нибудь поубедительней, — буркнула я.
Макс не шевелился.
— Ненадолго, на время. Но расстаться, — по крупицам выдавливал из себя слова Макс. — Ты закончишь школу. Станешь свободней, и…
Только не еще одно расставание! Я его не вынесу. Мне хватило пяти дней, которые чуть не свели меня с ума.
Я прижалась к нему сильно-сильно, ткнулась лбом в его упрямую грудь.
— И не говори мне, что ты старше! — прошептала я его сердцу — оно было рядом, я слышала тяжелые размеренные удары. — Не надо ничего ждать, от ожидания ничего не изменится.
Он обхватил меня за плечи, заставив поднять голову.
— Нет, надо подождать.
Это до мельчайшей черточки знакомое лицо, родные голубые глаза, всегда напряженные губы, скрывающие тайну и выдающие мне сейчас страшный приговор…
— Все успокоится, и я вернусь.
— Нет!
Руками мне его не удержать. Может, взглядом? Но глаза Макса так холодны, в них столько отрешенности, что мне страшно на него смотреть.
— Если ты думаешь, что меня испугает кучка каких-то вампиров, то ты ошибаешься. Без тебя я не смогу жить. Потому что ты единственный, кто мне нужен, единственный, с кем мне хорошо. Я люблю тебя.
Мне хотелось говорить еще и еще, спорить, доказывать. Но слов не хватало. Я могла только повторять и повторять: «Я люблю тебя! Я не смогу без тебя жить!»
Жить! Это так по-человечески, а Макс… Вдруг у вампиров все не так? Вдруг любовь у них понимается как-то по-другому? Ведь когда в запасе века, можно тянуть время, метаться туда-сюда. Но у меня-то впереди вечности нет!
— Diablo! [4] Маша, ты еще не сталкивалась с настоящими вампирами. Они страшные существа, никого не жалеют. Для них человеческая жизнь ничто. Для них не проблема убить человека, вставшего на пути. А ты, Маша, именно ты, то самое препятствие, что непременно будет вставать на пути у вампиров.
4
Дьявол (итал.)
— Ты забываешь: я буду не одна, мы будем вместе, и ты всегда меня защитишь.
Макс опустил голову. Вокруг него разлилась темнота, вспыхнула сотней черных языков и всосалась в ночь.
— Ты оставляешь меня одну? Хочешь меня предать?
— Это не предательство. Это спасение.
— Я тебя не отпущу! — Двумя руками я вцепилась в его руку, понимая всю бессмысленность своего поступка. — Не уйдешь, пока все мне не объяснишь! — Что я говорю? Какие ставлю условия? Надо плакать, надо умолять… — Ты вообще не уйдешь! — Мой голос сорвался. — Мы будем вместе!
Макс отрешенно смотрел на горизонт.
Это было неправильно. Это было невозможно. После всего, что с нами произошло, он не мог так просто взять и уйти. Столько усилий, столько страданий! Их нельзя перечеркнуть одной фразой «Мы должны расстаться»!
— На время, — опять повторил Макс. — Это необходимо.
— На время?
В душе поднималась паника. Я не удержу его. Он уйдет. Уйдет навсегда. Из-за чего? Из-за каких-то моих снов?
— Сто лет? Двести? — Я уже орала. А почему бы и не триста? С его-то талантом к долгожительству и все пятьсот потянуть можно…