Петлянием загнанная парочка и занималась весь последующий месяц со всей изощренной хитростью подростка и ее наставника. Которому самому ничего не угрожало, но который готов был принести себя в жертву ради отсасывающей разными отверстиями девицы.

Месяц пролетел вполне безопасно. Они получили еще две открытки, но после того, как однажды, заплатив за предстоящую ночь и никого не предупредив, еще вечером незаметно скрылись из гостиницы, открытки приходить перестали.

Лишь недели через две, подъезжая к заправке, бдительная беглянка Элизабет заметила подозрительно знакомый красный «Бьюик». Молодая женщина стояла у открытой двери, к сожалению, спиной, так что заглянуть ей в лицо не представлялось возможным. Но и спины оказалось достаточно, чтобы у беглянки сердце сначала остановилось, перевернулось, а потом стало стучать в обратную сторону. Она судорожно вцепилась в локоть своего спутника, тот дернул рулем, машина резко вильнула, чуть не слетев в кювет. Впрочем, неожиданный разворот оказался весьма кстати – можно было без промедления двигаться в противоположном направлении, подальше от подозрительной женщины с ее придурочным молодоженом.

Незапланированная и, к счастью, несостоявшаяся встреча вызвала новую волну паники у юной жертвы, ведь получалось, что темные силы продолжают неумолимо наседать на нее. А значит, в ночные часы жертва еще крепче прижималась своим худеньким обнаженным тельцем к телу недремлющего защитника и из чувства благодарности – или от излишнего испуга, или просто по привычке – отрабатывала вдвойне.

Последующие недели прошли спокойно, похоже было, что от преследования они оторвались. Приблизительно через месяц-полтора вопрос о…

Кажется, подъехала машина. Похоже, моя. Точно, насколько можно разглядеть из окна, у чугунных ворот нарисовался красавец «Порше», а из него вылезает мой огненный Пегас, долгожданный Анатоль. Все же вернулся, дорогуша…

А значит, пора-пора, спешу-спешу, надо же расспросить, разузнать, тем накопилась масса. Ну а литературные экзерсисы оставим искушенным профессионалам.

Когда я к нему подошла, он, похоже, обрадовался. Но это лишь потому, что не знал, как дотошно я начну его сейчас мучить и теребить вопросами, которых у меня набралось хоть отбавляй, и каждый с закавыкой. Но не наскакивать же на мужчину с разбегу, тем более, если он твой проверенный соавтор.

Мы сели за столик на открытой веранде, широко распахнутый зонтик укрывал нас от мелкого, бесконечно моросящего дождя. В его туманной, белесой завесе присутствовало нечто драматическое – все вокруг заражено дождем, подвластно ему, и лишь маленький сухой пятачок вокруг столика, как безопасный островок в беспредельной целине влаги, стекающей с набухших, почти обвалившихся облаков. Ощущение, надо сказать, вполне сюрреалистическое, особенно если представить картину издалека, из космоса, например, – маленькая одинокая сухая точка в беспросветном дожде.

Подбежал вымуштрованный официант, заслоняясь от настойчивых мелких капель зонтиком, в отличие от нашего – маленьким и черным. Я взяла, как всегда, бокал бургундского, а мой напарник по перу конечно же скотча – «Single Malt». Ну а что еще пить, если повсюду серость и кромешная промозглость?

– Ну что, дорогуша, как же вы до такой жизни докатились? – задала я риторический вопрос.

– Вы о чем? – он глотнул из низкого, широкого стакана, по лицу растеклось удовольствие.

– Ну как же, вы, можно сказать, в розыске. Вас разыскивают. Что же вы так набедокурили?

– Вы про моих персонажей? – наконец находчиво догадался Анатоль. – Значит, они все-таки приезжали. Так-так… Небось расспрашивали, выведывали?

Он сделал еще один мелкий глоток, с лица сошло напряжение, осевшее на стуле тело тоже выглядело расслабленным и удовлетворенным. Я не поверила его удивлению – он наверняка знал о том, что удачно избежал встречи с непрошеными гостями.

– Да они не только расспрашивали, – зашла я на новый виток. – Они еще и рассказывали. Много, надо сказать, интересного. – Тут я, как полагается, выдержала паузу, сверля злополучного Анатоля дальнозоркими глазами. – Вы, оказывается, милый мой соавтор, весьма опасны.

Я снова углубилась в паузу, она гармонировала с мерным шумом дождя, все плотнее и плотнее окутывающего и без того влажную швейцарскую природу.

– В смысле?

– В смысле… – усмехнулась я, растягивая удовольствие. – Да много всяких смыслов. Мало того что вы укокошили кого-то…

Снова пауза. Тут он не выдержал, засмеялся. Если и делано, то искусно делано.

– Я укокошил?! – Он просто содрогался от смеха. – Да бог с вами… Надо же такое придумать.

– Ну да, какую-то бедняжку по имени Жаклин. Они сказали, что она тоже ваш персонаж и вы ее успешно укокошили. Мол, даже следов не осталось.

Тут смешливый Анатоль округлил свои светлые очи: в них светилось столько радости, что она в них не помещалась и выплескивалась наружу. Казалось, что он просто не верит своему счастью.

– Они стали искать Жаклин?! – произнес он в искреннем восхищении. – Надо же, какие упорные ребята. Ну и как, успешно?

– Про упорство мы еще поговорим, – пообещала я мсье людоеду. – Но ваши литературные подопечные действительно весьма упорные ребята, и нашли они не только Жаклин, но и множество других аналогичных ей персонажей. Они тут называли разные имена, но я не запомнила, один был Руцки или Рецкий.