Маркин и Офра появились в агентстве одновременно. Оглядев поочередно своих помощников, Розовски приказал:

– Рассказывайте. Сначала Офра.

– Букет в больницу доставил один из посыльных, – доложил Маркин. – Студент, из университета Бар-Илан. Зовут Азриэль. Работает два раза в неделю – во вторник и в четверг.

– Это я и так знаю, – недовольно сказал Натаниэль. – Меня не интересует, кто доставил. – Меня интересует, кто заказал этот букет.

– Никто, – ответил Маркин, усаживаясь в кресло напротив начальника. – Никто его не заказывал. Во всяком случае, в книге заказов записи об этом нет.

Натаниэль уставился на помощника.

– Ты уверен?

– Мы с хозяином трижды переворошили весь журнал. Я, видишь ли, представился ревнивым мужем, – объяснил Маркин. – Сказал, что обнаружил у жены букет с карточкой «Ган Эден». И решил вывести неверную на чистую воду, а для того желаю выяснить, какой-такой кобель посылает ей цветы, пользуясь услугами означенного магазина. На работу моей жене, в больницу, где она работает медсестрой. У хозяина, по-моему, тоже есть проблемы с женой, во всяком случае, ко мне он отнесся с большим сочувствием. Выпроводил заказчиков и принялся за поиски. Но – увы. Никаких следов кобеля. В смысле, никаких записей относительно цветов для Илана. Что ты на это скажешь?

– Что скажу? – Розовски подумал немного. – Скажу, что неплохо было бы поговорить с тем посыльным, который относил букет. Надеюсь, ты догадался это сделать? Продолжив свою убедительную версию о ревнивом муже и неверной жене. Например, громко высказав предположение, что искомый кобель сам пришел в магазин, расплатился наличными, а твой адрес сообщил посыльному устно.

– Увы! – ответил Маркин. – Ты абсолютно прав, о повелитель. Именно так и собирался поступить обманутый муж. Но к сожалению, парень, работавший в магазине в пятницу, приходит нерегулярно. Вообще-то он студент, и работает два дня в неделю в четверг и пятницу. Так что сегодня его не было. Парня зовут Азриэль, он студент юридического факультета. Вот адрес и телефон.

– Звонил?

Маркин помотал головой (он как раз начал раскуривать трубку). Натаниэль спрятал листочек, положенный на стол помощников. Маркин на мгновение оторвался от процесса раскуривания и сказал:

– Да, кстати! В прошлую пятницу – то есть, в день убийства – Азриэль вышел на работу только после обеда – на два часа. Вообще, по пятницам магазин закрываются рано – в четыре тридцать.

– И похоже, выйдя на работу, этот юноша первым делом отнес в больницу букет, – пробормотал Розовски. – А чем он объяснил задержку?

– Сказал, что ему нужно в полицию. Насчет угнанного за два дня до того мотоцикла.

Розовски откинулся в кресле.

– Сузуки? – быстро спросил он.

– Так точно, шеф, – гордо ответил Маркин. – Сузуки черного цвета, угнанный за два дня до происшествия. Вот номер, – он протянул детективу второй листок бумаги. Натаниэль набрал номер полицейского управления:

– Инспектора Алона, пожалуйста... Ронен? Привет, говорит Розовски. Скажи пожалуйста, мотоцикл опознали? Нет? А номер какой? Нет-нет, просто я сегодня собираюсь навестить Илана, спрошу у него – может быть, он вспомнит... Так, так... Конечно, сразу же скажу.

Он положил трубку, сказал после небольшой паузы:

– Мотоцикл принадлежал Азриэлю Голану, студенту юридического факультета университета имени Бар-Илана.

Маркин удовлетворенно хмыкнул.

– Правда, полиция не уверена в том, что это именно тот мотоцикл, который использовали убийцы, – добавил Розовски.

Алекс выразительно пожал плечами, глубже уселся в кресле.

– Между прочим, – напомнил он, – парень завтра работает. Завтра у нас четверг? Обычно он выходит на работу по четвергам. И по пятницам.

– Может быть, кто-нибудь здесь соизволит выслушать и меня? – напомнила о себе Офра. Ее вопрос мгновенно вывел Натаниэля из состояния глубокой задумчивости.

– Да, действительно, – сказал он. – Конечно, конечно, мы слушаем тебя. Что у вдовы Арад?

Офра пододвинула себе стул, села.

– Во-первых, я могу выйти на работу с завтрашнего дня, – сообщила она. – Правда, меня, наверное, не устроят условия. Шестнадцать шекелей в час, – Офра поморщилась. – Не весьма щедрая дамочка. Кстати говоря, у меня сложилось впечатление, что она меня заранее тихо ненавидит.

– Почему?

– Это чувствовалось, – ответила Офра. – Не могу сказать точно, но думаю, тут все дело в ее бывшем муже. Дамочка показалась мне, кстати говоря, чрезмерно подозрительной. Больше всего ей не понравилось, что живу я в Рамат-Гане, а устраиваюсь на работу, почему-то, в ее районе. Словом, госпожа Арад вела себя так, будто я пришла не на работу устраиваться, а что-то ценное у нее стибрить.

– Вот как... – пробормотал Натаниэль.

– Именно так. Словом, чтобы не вызывать дополнительных подозрений, я всячески строила из себя несчастную студентку, ищущую работу – что, кстати сказать, недалеко от истины. И для этого очень кстати оказалось объявление на кафе напротив о том, что им тоже срочно требуется официантка. Я вышла из кафе госпожи Йорам, прочитала и тут же, у нее на глазах нырнула туда. И не зря... – Офра сделала эффектную паузу.