А вообще в посёлке нынче новая мода — все делают кленовые ложки. Только стамеска с полукруглым жалом на всю деревню одна единственная, и на неё длинная очередь. И, кстати, пора взглянуть на испытания зерноуборочного комбайна, как раз вот-вот должен мимо проследовать.

По пологой тропе поднялись в степь к пшеничному полю. Девчат-трусильщиц сегодня здесь нет, зато от дальнего конца, а до него более двух километров, прямо через пшеницу парень катит тачку. Колесо идёт между рядками, пара выставленных вперёд прутиков наклоняют колосья над длинной ванночкой, где они попадают под действие двух вращающихся барабанчиков, бьющих по ним своими рёбрами-палочками. Зёрнышки редким дождиком вылетают в подставленную ёмкость, а стебли, как ни в чём не бывало, распрямляются за спиной «тачечника».

В конце поля — остановка. Подходит помощник и добыча ссыпается в мешок. Славка успевает разглядеть ремешки, передающие вращение от колеса на «выбивалки», которые в состоянии покоя тоже удаётся рассмотреть. Три параллельные палочки, концами укрепленные на деревянных дисках, сквозь центры которых и проходит ось вращения.

Хлеборобы что-то подтягивают, смазывают пару мест, а потом второй берётся за ручки, плавно разгоняет конструкцию до скорости пешехода и идёт на следующий заход, удаляясь в поле, дальний край которого отсюда не виден.

— Час на дорогу туда и обратно, — поясняет Коля. — Сейчас трусится умеренно, килограммов двадцать за один заезд. На такой делянке одного агрегата достаточно, как до конца доходят, приходит пора начинать сначала. Сто — сто пятьдесят килограммов в день. И так — почти всё лето. Парни иногда восемь раз успеют обернуться по холодку, если день не очень жаркий, а случается, и четыре. Жаль, девчата-трусильщицы разъезжаются, с ними тут весело было.

— Что думаешь в следующем году сеять? — про девчат Славке неинтересно.

— А все три сорта и посеем. Они разные по всем параметрам. Тот, у которого самый длительный период созревания и низкая урожайность даёт самую лучшую муку. Второй поспевает дружно, буквально за один проход комбайна должен собраться, муку даёт умеренного качества. Мы его короткими проходами посеем, а то когда корыто комбайна наполняется, то везти становится тяжело. Нужно чаще разгружаться.

Третий сорт родит очень много, но тоже постепенно вызревает, начиная от корня колоса в мае, и до кончика в сентябре. Мука из него не очень хорошая, но на многие случаи годится.

— А в этот раз у нас какая пшеница посеяна? — Славка еще не всё для себя уяснил.

— А здесь смесь. Как собрали в прошлом году всё подряд, так вперемешку и посеяли. Это нынче мы с самого начала сортируем зёрнышки по виду, а к этой весне я только для опытных делянок успел наковырять из общей кучи. Да с пшеницей еще не один год работать. Какая-то лучше вырастет, если с осени посадить, иную наоборот, попозже сеять, возможно, выгоднее будет. Потом, в природе она за лето пересеивается, так, может быть и нам стоит её не один раз в год сажать. И на плуге один лемех убирать нужно, а то три рядка идут на правильном расстоянии, а потом дистанция гуляет, и комбайн начинает промахиваться. Он ведь пару линий захватывает. Опять же волы с тремя лемехами справлялись неважно. Парням, что их должны были подгонять, тоже пришлось в лямки впрягаться, помогать тянуть. Они, кстати, так и подружились. Перестала скотина шарахаться от человека, который вместе с ней такую тяжесть тащил. А всё равно, неправильные у нас волы, хилые, и больше любят бегать, чем груз таскать.

Под гончарным навесом сидит еще один дядечка из островитян, которого все называют Михалычем, и он выделывает хитрой формы горшок. Рядом еще несколько штук, все разной формы. Но что-то есть в них общее. Славка долго разглядывает, и, наконец, до него доходит, что это части некой, собираемой в единую колонну конструкции. В одних дырочки сделаны в боковых поверхностях, в других дно как у дуршлага. Что-то еще со всем эти будет после обжига? Не поведёт ли, не растрескается?

— Михалыч, а зачем нам эта соковарка?

— Рассказывали, что отсюда неподалеку расположена мелководная бухточка, где соль сама на дно оседает. Есть у меня задумка в этом месте немного пожить, и из рассола добыть для нас кое-какие полезные компоненты. Для начала гипс, потом, если будет удача, то и для огнеупорных материалов некоторые вещества. Словом, похимичить-бы желательно. А если получится, то и электролиз наладить. Там можно попытаться сразу получить соляную кислоту. От автобуса, да от трейлера генераторы у нас живы, проводка тоже сохранена. Мы обсудили эти вопросы с Верой, так она очень вдохновилась.

Широкие низкие тазики из неглазированной керамики в Камышовке будут готовы через месяц, тогда и отправлюсь в те места.

— Слушай, а ведь в этой бухте ни дров нет, ни пресной воды поблизости, — Славка понимает, что прямо здесь зарождается идея еще одного поселения, и это заметно прибавляет ему хлопот.

— Дров, конечно, придётся завезти. А вот водоснабжение я попытаюсь наладить на месте.

Да, с вливанием в их коллектив искушенных, далеко не юных островитян, начинает бешено разгоняться технический прогресс. На смену скороспелым решениям и простейшим ошибкам приходят серьёзные замыслы и, возможно, существенные просчёты. Кажется, где-то неподалеку от этого места и тормознул в своё время Семён Аркадьевич. Передержал он под пробкой организованности джинна человеческой изобретательности. Славка бы тоже погодил с реализацией этого высокотехнологического замысла, поскольку его больше волнует разведка окрестных земель. Но поступит он наоборот. Похлопочет, чтобы у этого затейника всё шло как можно лучше, потому что в глубине души сомневается, что для них важнее, и что быстрее требуется.