— Бели так, то мы сможем беспрепятственно высадиться на берег! — с облегчением воскликнул Теор.

— Не нравится мне это, — обеспокоенно сказал Норлак, нервно подергивая усиками. — Воздух пахнет зловеще. Чую беду — вот только откуда она придет?

Корабли наярр продолжали приближаться к берегу. Не было слышно обычных в таких случаях песен и шуток — мужчины устроились на верхних палубах, держа оружие на изготовку. Между тем две армии на берегу быстро приближались друг к другу. Разноцветные знамена раскачивались как деревья над низкими стелющимися облаками.

— Уллола! Что это? — вдруг воскликнул Элкор, указывая назад.

Теор обернулся. Вражеские суда остановились в миле позади них и развернулись, словно готовясь напасть с тыла. Рулевые сложили ладони вокруг горловых мешочков и закричали так громко, что их было слышно даже сквозь рокот барабанов. Заросшее водорослями море внезапно закипело, и на поверхность всплыли огромные черные туши. Вскоре они, казалось, заполнили весь пролив.

— Что это? — встав на дыбы, взвизгнул Норлак.

— Морские чудовища, — ответил Элкор, стараясь не выдавать своей растерянности. — Я никогда не слышал, что их можно приручить, но улунт-хазулам это удалось. Они-то и приводят в движение вражеский флот!

Животные, интенсивно работая плоскими хвостами и плавниками, направились к кораблям улунт-хазулов. На носовых надстройках встали моряки с длинной упряжью в руках. Наярры отозвались на это встревоженными криками. Лишь Элкор сохранял хладнокровие.

— Эти животные — настоящие гиганты, — хрипло сказал он. — Они лишь наполовину короче наших кораблей и почти столь же массивны. Не знаю, как враги собираются их использовать против нашего флота, но улунт-хазулы явно на них рассчитывают. Вот почему они сконцентрировали часть своих сил на суше.

Он оперся на древко копья и задумался.

— Пожалуй, я не рискну вести бой на море, — наконец сказал он. — Нам надо как можно быстрее высадиться на берег. Эти монстры кажутся неповоротливыми, так что у нас есть немного времени. Будем причаливать прямо здесь, не доходя до порта.

— Здесь? Но это невозможно! — запротестовал Теор. — Я не раз ловил рыбу в этих местах. Дно здесь местами поднимается вверх. Мы разобьем гребные колеса на отмелях!

— Колеса можно будет починить, — возразил Элкор. — До острова, в крайнем случае, дойдем и вброд. — Он осмотрел берег. — Бели мы высадимся вон на той песчаной косе, то отряд Валвилоса сможет прикрыть нас от ударов врагов. Конечно, лучше бы ударить в тыл улунт-хазулам, но у нас нет на это времени. Умфокаер, посылай вестника.

— Айя! — отозвался офицер. Он сделал знак рукой сигнальщику, и тот немедленно развернул один из своих флажков. Ближайший из форгаров спустился вниз. Офицер передал ему приказ вождя, и форгар немедленно вновь взвился в небо. Он повторил слова Элкора другим вестникам, и те понесли приказ командирам флотилий.

Тем временем морские чудовища приблизились к кораблям улунт-хазулов. Один из моряков бесстрашно прыгнул в волны и поплыл к ближайшему животному. Вскоре он вскарабкался на изогнутую спину чудовища, прямо за его длинной шеей, увенчанной небольшой зубастой головой. Моряк махнул рукой, и помощник бросил ему с корабля конец упряжи. Вскоре она была надета на рога животного, которое вело себя на удивление смирно. Подобную же нехитрую операцию проделали и на других кораблях улунт-хазулов. Флот наярр едва успел изменить курс, как те пришли в движение. Аммиак запенился под ударами мощных ластов чудовищ, на спинах которых, широко расставив ноги, стояли мужественные наездники с поводьями в руках. Их обдавали фонтаны белых брызг. Животные высоко подняли над поверхностью моря головы с раскрытыми пастями и с протяжными воплями устремились на наярр..

Элкор подошел к сыну и, положив ему руку на плечо, тихо сказал:

— Я вновь ошибся. Они поймали нас в западню. Бели я не переживу этот день, ты заменишь меня.

Теор горестно опустил голову. На Юпитере не знали слез, но он страдал не меньше, чем на его месте переживал бы человек.

Норлак в ответ воинственно потряс кинжалом. Бесповоротное случилось, и обычный для полумужчины страх покинул его.

— Пусть они идут! — закричал он высоким голосом. — Мы разрежем их на куски и съедим!

Кое-кто из моряков поддержал его, но большинство членов экипажа стояли молча и ждали, крепко сжимая копья.

— Теор, организуй оборону с правого борта, — сказал Элкор. — Я же лучше пойду на корму и останусь рядом с рулевым. Да пребудет с нами удача!

Две армии на суше сошлись почти вплотную. Опустив копья, они галопом помчались навстречу друг другу.

Теор прошелся вдоль борта и отдал несколько приказов. Моряки были готовы встретить чудовищ остриями пик. «Но как животные будут атаковать корабли? — размышлял Теор. — Их головы выглядят ужасно, но вряд ли чудовища будут идти на таран, рискуя сломать свои сравнительно тонкие шеи. Скорее уж они попытаются приблизиться и поднять высокие волны, способные раскачать суда. Таким образом они могут сбросить моряков с палуб, но мы в ответ пустим в ход копья…»

— Ближе, ближе… — шептал Теор, пристально глядя на приближающееся к кораблю животное. Он не сомневался, что перерубит шею монстра одним ударом топора.

Через минуту чудовище было уже рядом. И тут же в его широкую спину вонзилось первое копье. Наездник с громким криком натянул поводья и сумел развернуть животное, выведя его из-под града копий и дротиков. Тот же маневр сделали и другие наездники. Отойдя чуть в сторону от кораблей наярр, морские животные подняли свои плоские хвосты и стали с пронзительными воплями бить ими по аммиаку. Поднялись пенистые волны, которые с грохотом ударились о борта кораблей. Борта затрещали, в море посыпались обломки. Двое наярр не удержались на скользкой палубе и упали в кипящее море. За ними последовали и другие.