Родственники Полины тут же приняли стойку боевых псов.

– Да, да, спросите у нее, куда ее помощники дели тело, – тем временем говорила Ленка. – Они тут его несколько раз с места на место перетаскивали…

Во время очередного выяснения отношений (с небольшим мордобоем по инициативе нефтяника) я опять отошла в сторонку, позвонила Бодряну и быстро описала ситуацию.

– Тело бы надо родственникам вернуть, – заметила я. – Придумайте, как бы все организовать. – И чтобы Павел Прокофьевич навсегда избавился от нежелательной супруги, насильно затащившей его в загс. А родителей Полины жалко.

Клавдия Степановна предложила народу пройти в дом и сесть за стол, за которым в теплой дружественной обстановке обсудить сложившуюся ситуацию и пути выхода из нее. Как я понимала, милицию никто опять вызывать не собирался. Но что эти русские будут делать, когда снова появится тело Полины? Между прочим, со следами насильственной смерти!

Кстати, экспертизу бы надо провести – действительно ли Полина убита из пистолета Ады Сергеевны, теперь упакованного в мешочек и прихваченного Клавдией Степановной. Хотя, может, у Ленкиной матери на пистолет другие планы? Надо бы поговорить с ней.

Народ двинулся в сторону дома. Я держалась в последних рядах, раздумывая, погулять мне еще по парку в ожидании Бодряну с «мальчиками» или вместе со всеми идти в зал и наблюдать за продолжением русских брачных традиций.

Я огляделась. Под одним кустом устроилась невеста с пузатым нефтяником, под другим на травке лежал жених, под третьим храпела баронесса.

Беспокоить нефтяника с невестой я не стала, им вообще не требовалось вмешательство посторонних лиц, а Олега и баронессу решила проверить. У Олега вполне могло быть сотрясение мозга. Его и баронессу следовало отвести в дом.

Я бросила взгляд на спящую баронессу, увидела улыбку у нее на губах и решила пока не беспокоиться. Но в следующую секунду замерла на месте и присмотрелась повнимательнее.

Часть драгоценностей пропала: теперь вместо двух браслетов остался один, и всего два кольца. И браслет, и кольца остались на руке, подложенной под голову (баронесса спала на боку).

– Так… – тихо произнесла я.

Я понимала, что найти драгоценности практически нереально, человек или люди, снявшие их с пьяной баронессы, постараются побыстрее покинуть территорию. Когда дама очухается, их будет точно не найти.

Но нужно ли мне искать их? Нет, решила я, у меня здесь совсем другие задачи. И вообще баронесса сама виновата. Должна же понимать, что в России находится! Но поехала на свадьбу (читай: пьянку), обвешавшись драгоценностями, словно рождественская елка! Может, хотела таким образом привлечь молодого любовника?

Я опустилась на колени рядом с Олегом.

– Голова болит? – спросила я, легко касаясь его головы и нащупывая весьма внушительную шишку.

– Да, – ответил жених, открыл глаза и уставился на меня. – Ты кто?

– Гостья на твоей свадьбе.

– Замуж хочешь? – спросил Олег, принимая сидячее положение и издавая стон.

– Нет, – ответила я. «Интересно, что бы я сказала, если бы меня туда позвал один известный мне капитан?» – добавила про себя. Но я точно знала, что он не позовет…

– Правильно, – сказал Олег. – А я так хотел жениться и отойти от всех этих дел…

Парень слегка потряс ушибленной головой, а я задумалась. Что он имеет в виду? И как бы мне вытянуть из него побольше информации, воспользовавшись его плачевным физическим состоянием и трагическим душевным настроем?

– Ты хотел жениться на Полине, да?

Олег кивнул и пояснил, что хотел стать управляющим сети дешевых гостиниц, которые планирует строить или уже открыл ее отец. Ему нравилась работа в гостинице.

– Так ты сейчас работаешь в гостинице или нет? – уточнила я. – Я слышала, что трудишься в какой-то иностранной…

– Раньше работал, – вздохнул Олег. – Потом уволился. Не мог совмещать. За деньгами погнался. Здесь денег больше, а работы меньше. Теперь жалею, что ушел.

«Где здесь?» – прикидывала я, но пока решила больше ничего не уточнять, а послушать. Олег продолжал говорить, по-моему, даже не осознавая, с кем разговаривает. Но ему, как мне казалось, было все равно. И ему было откровенно плохо – и физически, и морально.

Он был согласен стать и просто менеджером одной из гостиниц тестя. Даже менеджером в магазине, где продавались льняные изделия, или на фабрике, где они шились, и подчиняться матери Полины, которая руководила этим бизнесом. И, главное, Полина ему тоже нравилась. Редко так бывает – и сделка устраивает, и девушка приятная. И у него вроде бы все получалось. Но какая-то тварь Полину убила. Ни за что! Олегу было жаль Полину, но больше жаль самого себя. Жаль потерянной возможности. Когда и где он еще такую найдет? Теперь придется возвращаться к старому… А ему очень не хочется… Ему все надоело. И, главное, дело-то очень опасное.