— Подожди, Арни. Пройдёт немного времени, и истина восторжествует. Насколько мне известно, президент не нарушал закона.

— Его политические противники выдадут это за попытку помешать отправлению правосудия.

— Перестань. — Джек недоверчиво покачал головой. — При тщательном рассмотрении такое обвинение легко опровергнуть.

— Никто не будет «тщательно рассматривать» это или «опровергать», черт побери. Запомни, речь идёт о политике. Никого не интересуют факты, когда приближаются выборы. А теперь иди и поговори с Хольцманом. Немедленно. — Он редко пользовался таким тоном в разговоре с Райаном, но сейчас в его голосе звучали повелительные нотки.

— Ты уже сказал боссу? — спросил Райан, складывая газету.

— Пусть ещё поспит. Пришли сюда Тиш, когда будешь проходить мимо, ладно?

— О'кей. — Райан спустился по трапу, разбудил Тиш Браун, сделал жест в сторону салона, где размещался центр связи, и пошёл в хвостовой отсек. По пути он встретил стюардессу — нет, члена экипажа, поправился он. — Пригласите сюда Боба Хольцмана, — попросил Райан. Через иллюминатор было видно, что уже рассвело. Может быть, там, где сейчас летит самолёт, и впрямь девять утра? Наверно, ведь расчётное время прилёта в Москву — два часа дня по местному времени. Шеф-повар сидел у себя в камбузе и читал журнал «Тайм». Джек вошёл в камбуз и налил свежий кофе в кружку.

— Не спится, доктор Райан?

— Для сна не осталось времени. Пора заниматься делами.

— Если хотите, я только что испёк булочки.

— Отличная мысль.

— Ты звал меня? — просунул голову, в отсек Боб Хольцман. Как и всякий другой мужчина на борту, он выглядел небритым.

Джек молча передал ему газету, развёрнутую на странице со статьёй.

— Что это?

— Читай.

Хольцман умел быстро читать.

— Господи, неужели это правда?

— Либби давно занималась этим?

— Первый раз слышу — о черт, мне очень жаль, Джек.

Райан кивнул, и на его лице появилась улыбка, ничуть не отражающая его мрачного настроения.

— Да, я тоже только что проснулся.

— Это действительно правда?

— Наш разговор не для печати, согласен?

— Да.

— ФБР вело расследование этого дела уже довольно долго. Даты, указанные в статье Либби, близки к истине — мне придётся свериться со своими записями. Меня пригласили на брифинг по этому вопросу из-за степени допуска Келти примерно в тот самый момент, когда разразился скандал по поводу торговли с Японией, — проинструктировали, о чём мне можно говорить с ним, о чём нельзя, — ты ведь понимаешь, как обстоит дело, верно?

— Понимаю. А какова ситуация в данный момент?

— Председатель юридического комитета и его заместитель ознакомлены с материалами обвинения. Знают об этом также Эл Трент и Сэм Феллоуз из комитета по разведке. Ни у кого и в мыслях не было помешать отправлению правосудия, Боб. Насколько мне известно, президент вёл себя в этом деле очень достойно. Келти предстанет перед комитетом Конгресса, и, после того как будет решён вопрос о его импичменте, если дело зайдёт так далеко…

— Это неизбежно, — прервал его Хольцман.

— А вот я не уверен. — Райан покачал головой. — Если Келти найдёт хорошего адвоката, то постараются договориться, не доводя дело до отрешения от должности, как это случилось с Агнью. Если же Келти подвергнется процедуре импичмента, затем предстанет перед судом Сената и те признают его виновным, даже Господь Бог не поможет ему перед судом присяжных.

— Да, пожалуй, — согласился Хольцман. — Значит, ты утверждаешь, что ошибочно не само обвинение против Келти, а роль президента в этом деле?

— Совершенно верно. Если кто-то и чинит помехи на пути правосудия, то мне об этом не известно, а ведь меня ознакомили со всеми аспектами дела.

— Ты беседуешь с Келти?

— Нет, ничего серьёзного мы не обсуждаем. По тем проблемам, которые входят в сферу интересов Келти, я информирую его помощника по национальной безопасности, а он информирует своего босса. Согласись, вряд ли я смог бы относиться к Эду с достаточной объективностью. У меня две дочери.

— Значит, тебе известны все подробности обвинения?

— Нет, только в общих чертах. Мне ведь не нужно знать их. Но я хорошо знаком с Мюрреем. Если Дэн говорит, что у него есть убедительные доказательства, значит, дело обстоит именно так — Райан допил кофе и протянул руку за свежей булочкой. — Президент не — подчёркиваю — не пытается мешать процессу над Келти. Дело было отложено, чтобы не мешать решению других проблем, вот и все.

— Но ведь поступать так тоже не следует, — напомнил Хольцман и взял булочку.