— Я ведь служил в береговой охране, я тебе говорил. Этим дерьмом должен заниматься флот. Нет, скорее морская пехота.

— Кому бы этим ни следовало заниматься, уж мы-то сидим по шею в дерьме. Ты считаешь, кто-нибудь знает о происходящем?

— Вроде должны. Кто-то точно знает, — ответил Португалец, опуская бинокль и возвращаясь обратно в дом. — Будем следить из окна спальни. Все равно окна лучше держать открытыми. — Прохладные вечера на Сайпане, когда со стороны океана дует свежий бриз, были ещё одной причиной, по которой он решил переселиться на остров. — А чем ты вообще-то занимаешься, Пит?

— Работаю в компьютерной промышленности. У меня степень магистра по электронике. Специализируюсь в области компьютерной связи, создаю каналы, по которым они говорят между собой. Иногда выполняю государственные заказы. Моя компания много работает в этой области, но это главным образом «чёрные» проекты. — Барроуз оглянулся на кухню. Миссис Ореза приготовила им лёгкий ужин, который выглядел весьма аппетитным, хотя и успел остыть.

— Ты беспокоился о том, что они могут засечь наш телефонный разговор.

— Может быть, это всего лишь паранойя, но моя компания изготавливает чипсы для сканеров, и армия пользуется ими для этого.

Ореза сел и принялся накладывать пищу себе на тарелку.

— Не думаю, что сейчас можно говорить о паранойе, приятель.

— Согласен, шкипер. — Барроуз решил последовать примеру хозяина и с одобрением посмотрел на еду. — Вы с женой стараетесь похудеть?

— Было бы неплохо, — проворчал Ореза. — Иззи посещает курсы по низкокалорийному питанию.

Несмотря на то что в доме была столовая, подобно большинству пенсионеров (Пит думал о хозяевах именно так, хотя оба не походили на стариков), они ели за маленьким столом в кухне. Раковина и второй стол, на котором миссис Ореза занималась приготовлением пищи и мытьём посуды, сверкали чистотой. Инженер заметил миски из блестящей нержавеющей стали. Судя по всему, Изабел Ореза тоже поддерживала образцовый порядок на своём маленьком судне, и не приходилось сомневаться, кто является шкипером в этом доме.

— Как ты думаешь, идти мне завтра на работу? — спросила она, пытаясь приспособиться к изменившейся обстановке на острове.

— Не знаю, милая, — ответил муж, только сейчас задумавшись над вопросом: чем будет заниматься завтра он сам? Отправится в море на рыбную ловлю, будто ничего не изменилось?

— Одну минуту, — произнёс Пит, не сводя взгляда с мисок, в которых хозяйка смешивала салат. Он встал, сделал пару шагов к буфету и взял самую большую. Сделанная из нержавеющей стали, она была шестнадцати дюймов диаметром и добрых пяти или шести глубиной. Дно плоское, дюйма три, но в остальном миска казалась округлой, почти параболической формы. Он достал из грудного кармана телефон космической сотовой связи. До сих пор инженеру не приходило в голову измерять длину антенны, но теперь он сделал это. Почти четыре дюйма. Барроуз посмотрел на Орезу.

— У тебя есть дрель?

— Да, есть. Но зачем?

— Я придумал. Теперь нас не найдёт никакой радиопеленгатор.

— Не понимаю тебя, Пит.

— Мы просверлим дырку в дне тазика, просунем туда антенну. Тазик изготовлен из нержавеющей стали. Он будет отражать радиоволны, как микроволновая антенна. Волны не будут расходиться в разные стороны и станут излучаться только в одном направлении. Благодаря этому передатчик даже станет более эффективным!

— Ты имеешь в виду радиосвязь с домом?

— Совершенно верно, капитан. Что, если никто ещё не воспользовался таким телефоном и не позвонил в Америку с Сайпана? — Барроуз медленно осваивался с возникшей крайне пугающей ситуацией, пытаясь обдумать возможные осложнения. Вторжение означало войну. В данном случае это была война между Америкой и Японией, и какой бы причудливой ни казалась такая мысль, это было единственным объяснением того, что он видел сегодня. В случае войны Барроуз станет враждебным иностранцем вместе с хозяевами дома, в котором он сейчас находился. Однако он заметил, как умело вёл себя Ореза в разговоре с японским офицером на причале.

— Сейчас схожу за дрелью. Какой диаметр отверстия тебе нужен? — спросил Португалец. Барроуз передал ему телефон. У него едва не возникло искушение перебросить его Орезе, но он тут же понял, что сейчас это самая большая ценность. Ореза измерил диаметр маленькой пуговки на конце тонкой выдвигающейся антенны и пошёл за инструментами.

— Алло?

— Рейчел? Это папа.

— Ты уверен, что у вас все в порядке? Теперь мне можно звонить вам?

— У нас все в порядке, милая, однако возникла проблема. — Как объяснить ей то, что произошло на острове? — подумал он. Рейчел Ореза Чандлер занимала должность прокурора в Бостоне, собиралась уйти с государственной службы и стать адвокатом с частной практикой, где удовлетворение от работы не столь велико, зато приходится тратить гораздо меньше времени, да и заработок куда больше. Ей скоро должно было исполниться тридцать лет, и она беспокоилась о своих родителях так, как они когда-то беспокоились о ней. Ореза решил, что не стоит её тревожить. — Ты не могла бы узнать для меня телефонный номер?

— Конечно. Какой?

— Мне нужен телефон штаба береговой охраны. Он находится в Вашингтоне, округ Колумбия, в Баэзардс-пойнт. Узнай телефон вахтенного офицера. Я подожду.

Рейчел перевела канал связи с отцом в режим ожидания и позвонила в справочную Вашингтона. Через минуту она продиктовала номер отцу и услышала, как он повторил его цифра за цифрой.

— Да, совершенно верно. Значит, у вас все в порядке? У тебя какой-то тревожный голос.

— Мы с мамой в полном порядке, честное слово, бэби. — Рейчел не выносила, когда её так называли, но теперь вряд ли можно перевоспитать родителей. Она навсегда останется для них маленькой девочкой.