— Разведданные?

— Ничего нового относительно их намерений, — доложил капитан третьего ранга Харрисон. — Десантные корабли по-прежнему находятся в гавани. У нас нет сведений по поводу той бригады, которая вызвала столько беспокойства у J-2. За последние несколько дней нам не удалось получить чётких космических фотографий из-за плохой погоды.

— Черт бы побрал этих недоносков из разведки, — недовольно проворчал Дюбро. ЦРУ в такой степени зависело от наблюдений из космоса, что у всех создавалось впечатление, будто камеры способны видеть сквозь облака. От разведчиков требуется одно, подумал адмирал, — иметь несколько агентов в том районе, к которому мы проявляем интерес… Неужели я один догадываюсь об этом?

Дисплей, на который изображение передавалось с компьютера, представлял собой плоскую стеклянную пластину — это была новая модель, установленная на корабле только в прошлом году. Она являлась намного более совершенной, чем предыдущие системы, и создавала детальное изображение карты района, на которую накладывалось положение всех кораблей и самолётов. Прелесть такой системы заключалась в том, что она демонстрировала самым наглядным и подробным образом все, что было вам известно. А вот её слабость состояла в том, что она не показывала ничего больше, тогда как Дюбро, чтобы принять решение, требовалась более подробная информация.

— Последние восемь часов у них постоянно в воздухе находилось не меньше четырех самолётов, прочёсывающих океан в южном направлении. Судя по их радиусу действия, я считаю, что у этих самолётов имеются ракеты «воздух — воздух» и дополнительные топливные баки, позволяющие им оставаться в воздухе как можно дольше. Будем считать, что они прилагают максимум усилий для передовой разведки. Их «харриеры» оборудованы теперь новыми радиолокаторами «блэк фоке» нижнего обзора, и наши «хаммеры» уже почувствовали это. «Харриеры» стараются заглядывать как можно дальше, сэр. Прошу вашего разрешения переместить «хаммер» миль на сто к югу прямо сейчас, и пусть он начнёт незаметно следить за ними. — Это означало, что разведывательный самолёт будет включать свой радиолокатор всего лишь на короткие промежутки времени и станет осуществлять наблюдение за движением индийского флота в пассивном режиме, основываясь только на излучении их радиолокаторов.

— Нет, — отрицательно покачал головой адмирал Дюбро. — Сделаем вид, что мы ничего не понимаем, притворимся на некоторое время самодовольными. — Он повернулся, чтобы проверить состояние своих самолётов. В его распоряжении имелась огромная боевая мощь, достаточная для того, чтобы сокрушить угрожающую опасность, но проблема заключалась в ином. Его задача не в том, чтобы разгромить индийский флот в морском сражении. Нет, ему было поручено запугать их, не допустить действий со стороны индийцев, которые угрожали бы интересам Америки. По этой причине задача, поставленная перед противником, не состоит в том, чтобы вступить в бой с Военно-морским флотом Соединённых Штатов Америки. Это было бы слишком уж отчаянным шагом, похожим на самоубийство. Разумеется, этого нельзя исключить, такое всегда возможно, но достичь успеха способен только на редкость удачливый и талантливый индийский флотоводец при столкновении с крайне глупым и поразительно неудачливым американским адмиралом, а Дюбро отнюдь не относил последнее к себе. Скорее всего, поскольку ему было поручено главным образом блефовать, то и индийский адмирал наверно тоже блефует. Если индийцам удастся заманить американский флот далеко на юг, то… а ведь эти парни совсем не так глупы, верно? Вопрос заключался лишь в том, как поступить с козырями, имеющимися в его распоряжении.

— Они принуждают нас сделать решительный шаг, после которого мы уже не сможем поступить иначе. Или по крайней мере пытаются принудить нас. — Дюбро наклонился вперёд; положив одну руку на дисплей, он провёл пальцем второй по карте, проецируемой на него. — По-видимому, им кажется, что мы находимся на юго-востоке. Если так, то они, переместившись на юг, смогут блокировать нас. Кроме того, они полагают, что мы предпочтём находиться на далёком расстоянии, чтобы не попасть в пределы радиуса действия их авиации. С другой стороны, стоит им заподозрить, что мы находимся там, где располагаемся сейчас, и они тоже успешно решают свою задачу, потому что тогда нам придётся описывать дугу, уходя на северо-запад, чтобы прикрыть Манарский залив. Однако при этом мы попадём в зону действия их наземной авиации, с их флотом на юге и единственным выходом в западном направлении. Совсем неплохая оперативная концепция, — признал командир боевой группы. — Флотом у них командует по-прежнему Чандраскатта?

Начальник оперативного управления кивнул.

— Совершенно верно, сэр. Он уже вернулся, проведя короткое время на берегу. У англичан обширное досье на него. По их мнению, он умный и талантливый адмирал.

— Думаю, пока с этим можно согласиться. Какими разведданными о нас они располагают?

Харрисон пожал плечами.

— Им известно, сколько времени мы находимся здесь. Знают, что мы нуждаемся в отдыхе. — Начальник оперативного управления имел в виду не только людей, но и корабли. Каждый корабль, входящий в состав соединения, испытывал трудности с матчастью. У всех на борту имелись запасные детали, однако корабли могут находиться в море только ограниченное время, пока не возникает потребность в капитальном ремонте. Они страдают от коррозии, вызываемой солёным морским воздухом, беспрерывного движения, ударов волн и порывов ветра, постоянного использования тяжёлого корабельного оборудования. Все это означает, что корабли не могут существовать вечно. Нельзя не принимать во внимание и человеческие факторы. Мужчины и женщины, составляющие команды кораблей, устали, они слишком долго находились вдали от суши. Все больше времени приходилось тратить на техническое обслуживание механизмов, которые все чаще выходили из строя, а это утомляло людей ещё больше. Все эти проблемы вежливо назывались «трудностями командования», а это означало, что офицеры порой не имели ни малейшего представления, как им поступать дальше.

— Знаешь, Эд, действия русских по крайней мере можно было предвидеть. — Дюбро выпрямился, посмотрел вниз и пожалел, что больше не курит трубку. — О'кей, давай свяжемся с командованием. Передай в Вашингтон, что они, по нашему мнению, намереваются предпринять решительные действия.

— Итак, мы встречаемся с вами впервые.

— Поверьте, сэр, это доставляет мне огромное удовольствие. — Чак Серлз, инженер-программист, знал, что его добротный костюм-тройка, а также аккуратная причёска немало удивили человека, с которым он встретился. Он протянул руку и склонил голову, приветствуя своего благодетеля.

— Мои сотрудники говорят, что вы отличный специалист.

— Это очень любезно с их стороны. Я занимался этой проблемой в течение нескольких лет и полагаю, что сумел кое-чего добиться. — Серл прочитал много книг про Японию.

Не только отличный, но и любящий деньги, хотя и неплохо воспитанный, подумал Ямата. Это его устраивало. В конце концов, все являлось счастливой случайностью. Японский промышленник купил фирму четыре года назад, оставил всех работников на прежних местах — так он обычно поступал — и внезапно обнаружил, что истинная ценность фирмы заключается в таланте этого человека. Серлз являлся почти настоящим волшебником, сообщил Ямате его исполнительный директор, поддерживающий с ним непосредственную связь, и, хотя название должности, занимаемой американцем, не изменилось, его жалованье резко возросло. Однако, спустя несколько лет, Серлз заявил, что начал уставать от своей работы…