Хвостов пришел к выводу, что принадлежит к числу тех, кто количество предпочитает качеству. Как и с изысканной пищей, винами и дорогими вещами, ключ к величайшему наслаждению заключался для него в обладании всем сразу.

Сегодня его партнершами в сауне стали Надя и Света — они не были сестрами, как те двое, которые показали ему путь к удовлетворению плотских желаний мужчины среднего возраста, более того, насколько ему известно, они не были даже родственницами, но проявили себя энергичными и полными энтузиазма любовницами.

Раздевшись, Надя, смуглянка с золотисто-каштановой копной волос, осталась только с сережками в ушах. Света, светло-рыжая натуральная блондинка, решила подчеркнуть свою наготу золотым браслетом на лодыжке. Обе стояли на коленях перед Хвостовым, который тоже сбросил полотенце и сидел на деревянной скамье, наблюдая за тем, как их головы опускаются и поднимаются под его выступающим животом, а полные груди свободно колышатся в перламутровом тумане.

Стук в дверь, раздавшийся в этот момент, оторвал Хвостова и его партнерш от их занятия. Золотой обруч в Надином ухе перестал постукивать по внутренней части правого бедра, а рыжий водопад Светиных волос поднялся над его коленом, и обе женщины озадаченно посмотрели на него, не зная, следует ли продолжать.

Хвостов нахмурился. В его голове пронеслись мысли о суровом наказании, которое ждет того кто осмелился нарушить столь приятный процесс.

— В чем дело?! — рявкнул он.

— Извините, господин Хвостов, — раздался голос банщика. — Звонит ваш сотовый телефон...

— Звонит? Я ведь запретил вам звать меня!

— Я знаю, господин, но он звонит не переставая, и я...

— Проклятье! Хватит! — в ярости завопил Хвостов. Он встал, сорвал полотенце с ближайшего крючка и обернул его вокруг поясницы, затем приоткрыл дверь и протянул руку. Горячий пар вырвался в коридор. — Дай сюда!

Банщик передал ему сотовый телефон и поспешно удалился. Закрыв дверь, Хвостов нажал на кнопку и приложил трубку к уху.

— Слушаю! — произнес он, не скрывая раздражения.

— Привет, Юрий. Я искренне надеюсь, что не оторвал тебя от чего-нибудь важного.

Хвостов узнал голос Тенг Чоу и нахмурился.

— Оторвал, — ответил он.

— Тогда извини. Я пытался связаться с тобой по твоему служебному телефону и потерпел неудачу.

Хвостов посмотрел на Свету с Надей, которые сидели рядом на скамейке, перешептываясь и хихикая. Может быть, он упустил что-то забавное.

— Ну ладно, — ответил он, раздражаясь еще больше. — В чем дело?

— Мне никак не удается связаться с нашим общим знакомым. Возможно, я позвонил тебе именно потому, что терпение кончилось.

— Я ведь уже сказал, что больше не имею к этому никакого отношения! огрызнулся Хвостов. — Зачем ты втягиваешь меня в свои дела?

— Мой друг, — ласково заметил Тенг, старательно подчеркивая каждое произносимое им русское слово, — ты уже глубоко в них втянут.

Хвостов побледнел.

— Ты знаешь, что я хочу сказать. Я не собираюсь служить постоянным посредником между вами.

— Нет, разумеется. Но ты был посредником в этой сделке. — Тенг сделал паузу. — Возможно, все объясняется недостаточно надежной связью, не больше того. У всех нас сейчас горячее время. И все-таки те, кто финансируют это дело, нуждаются в заверении, что им гарантирован успех. Они хотят быть уверенными, что все пойдет и дальше в соответствии с утвержденным планом.

Хвостов отвернулся от женщин и заговорил тише.

— Послушай, мне наплевать на них, — прошипел он. — Независимо от того, что ты имеешь в виду, мое дело сделано. Если ты хочешь, чтобы я связался с нашим другом, спросил, каковы его намерения, я сделаю это. Но это будет дружеская услуга с моей стороны, потому что я больше ничем никому не обязан.

Наступило непродолжительное молчание.

— Ну хорошо, — согласился Тенг все еще мягким голосом. — Впрочем, тебе следует помнить, что поиски истины могут быть возвращены на правильный курс с такой же легкостью, с какой они были отвлечены в ложном направлении.

Хвостов вздрогнул. Эти азиаты со своими загадочными фразами всегда заставляли его нервничать. — Что ты хочешь этим сказать?

— Подумай о своих интересах, мой друг. Будет очень неприятно, если они внезапно столкнутся с моими. Люди, стоящие за моей спиной, мнение которых тебя так мало интересует, имеют длинные руки и еще дольше помнят нанесенные им оскорбления.

Хвостов неожиданно почувствовал приступ острой боли в желудке. Черт побери, подумал он, ведь язва уже давно не давала себя знать.

Он глянул через плечо на Свету и Надю. Они все еще продолжали перешептываться. Казалось, они не обращают на разговор ни малейшего внимания.

Страсть — одна из самых ненадежных и капризных эмоций, подумал Хвостов.

Она может поднять человека из грязной канавы на вершину мира и затем с такой же легкостью столкнуть его в пропасть.

— Я сейчас позвоню нашему другу, — сказал он и нажал на кнопку, прерывающую разговор.