Войдя в кабинет генерала, майор Ли отдал честь. Норбом ответил ему тем же.

– Грег, – сказал генерал, – полагаю, ты уже знаком с майором Кимом Ли.

– Да, мы встречались, – подтвердил Доналд, вытирая губы салфеткой. Он встал и протянул руку. – Несколько лет назад, на параде в Тэгу, если не ошибаюсь.

– Я удивлен и польщен тем, что вы меня запомнили, – сказал Ли. – Вы здесь с официальным визитом?

– Нет. С частным. Моя жена... Сегодня днем, во время взрыва она погибла.

– Примите мои соболезнования, сэр.

– Что вы об этом думаете, майор? – поинтересовался Норбом.

– Полагаю, операция была разработана в Пхеньяне. Возможно, утверждена самим президентом.

– Похоже, вы в этом абсолютно уверены, – заметил Доналд.

– А разве вы не уверены в том же?

– Не совсем. Не уверен и Ким Хван из Корейского ЦРУ. Улики очень ненадежны.

– Но мотивы преступления вполне понятны, – возразил Ли. – Господин посол, вы скорбите об утрате, и мне не хотелось бы сейчас обсуждать с вами эту больную тему. Тем не менее, должен заметить, что наш враг подобен змее – он сменил кожу, но сердце у него осталось змеиным. Он пытается так или иначе – военными ли действиями или подрывом нашей развитой экономики – измотать нас. Уничтожить нас.

Доналд ощутил досаду и отвернулся. Как и в пятидесятые годы, непреодолимым препятствием на пути к прочному миру оказывались не экономические проблемы, не территориальные споры и не трудности объединения двух столь разных правительств. Нет слов, эти проблемы были сложны, но в принципе разрешимы. Самым большим препятствием были взаимное недоверие и глубокая неприязнь, которую народ одной страны питал к народу другой. Не весь народ, конечно, но весьма многие. Доналду было очень трудно свыкнуться с мыслью о том, что настоящее объединение невозможно до тех пор, пока не вымрет целое поколение, которого так или иначе коснулась война.

– Это забота Кима Хвана, – сказал генерал Норбом, – так не лучше ли предоставить ему возможность разбираться?

– Слушаюсь, сэр.

– Вы хотели меня видеть?

– Да, по поводу этого разрешения на вывоз. Тут нужна ваша печать.

– На вывоз чего?

Ли протянул генералу бумагу.

– Четыре двадцатипятифунтовых барабана с табуном, сэр. Мне нужно доставить их в демилитаризованную зону. Генерал надел очки.

– Для чего, черт возьми, генералу Шнейдеру понадобился отравляющий газ?

– Это не генералу Шнейдеру, сэр. Военная разведка сообщила, что северокорейская армия зарывает барабаны с отравляющими веществами возле границы, а из Пхеньяна везут еще больше газов. Мы будем держать эти барабаны в Паньмыньчжоне – на всякий случай.

– Боже мой, – вздохнул Доналд. – Хауард, я тебе говорил, что ситуация грозит выйти из-под контроля.

Стоя рядом с Доналдом, Ли бесстрастно следил, как Норбом изучает документ.

– Итак, вы забрали газ, – обратился генерал к Ли. – Куда вы его доставите?

– У меня приказ генерала Сама, сэр. Майор извлек из кармана бумаги и протянул их Норбому. Генерал бегло просмотрел их, потом включил интерком:

– Шутер!

– Да, сэр?

– Разрешите майору Ли вывоз и соедините меня с генералом Самом.

– Слушаюсь, сэр.

Норбом вернул бумаги майору Ли.

– Я должен сказать вам только одно, майор. Во-первых, везите барабаны очень осторожно. Во-вторых, в Паньмыньчжоне тоже примите все меры предосторожности. В таких случаях лучше перестраховаться.

– Разумеется, сэр, – ответил Ли.

Он отдал честь генералу и коротко поклонился Доналду. Майор Ли ненадолго задержал взгляд на лице дипломата, и от этого взгляда у Доналда по коже пробежал холодок. Майор ловко повернулся и вышел.

Внешне майор Ли оставался бесстрастным, но внутри у него все ликовало. Значит, недаром он потратил столько времени и денег, чтобы убедить сержанта Кила присоединиться к ним. Адъютант генерала Сама подписывался за начальника столько раз, что его подпись невозможно было отличить от подлинной. Адъютант ответит Норбому по телефону и найдет способ устроить так, чтобы с генералом Самом было невозможно связаться до тех пор, пока не будет слишком поздно или пока стареющий Норбом не забудет о своем желании поговорить с корейским генералом. В любом случае Ли и его сообщники получат то, что им нужно – возможность приступить к выполнению второго и самого опасного этапа их операции.

Трое солдат ждали майора Ли у старого «Доджа Т214» с крытым брезентом кузовом. Американские солдаты называли эту машину «бином» – «большим джипом». Она весила три четверти тонны, имела надежные амортизаторы и низкий центр тяжести, что для предстоявшей поездки по бездорожью с опасным грузом было просто необходимо.

Солдаты отдали майору Ли честь. Он сел на пассажирское сиденье, водитель занял свое место, а два солдата устроились под брезентом кузова.

– Когда мы покинем территорию базы, – сказал майор водителю, – поезжайте к городу, на улицу Чонггичонго. – Он повернулся к кузову. – Рядовой, заместитель директора Корейского ЦРУ не верит, что сегодняшний взрыв – дело рук врага. Побеспокойтесь о том, чтобы он не слишком долго пребывал в этом заблуждении. Сделайте так, чтобы Ким Хван завтра не вышел на работу.