– Я должна вести хозяйство, и меня ничто не должно отвлекать. Кроме того, ты не обязан нанимать няню для моего сына.

– Тогда нам тем более следует отказаться от этой нелепой затеи. Я не хочу, чтобы ты присматривала за моим домом.

– Отказываешься от своего слова, Уорс? – Она сердито посмотрела на него.

Он прищурился.

– В отличие от тебя этого не делаю.

Молли не составило труда понять, на что он намекает. Он только что нанес ей ощутимый удар, но она не собиралась сдаваться:

– Что бы ты там обо мне ни думал, я тоже этого не делаю.

Уорс криво усмехнулся и что-то пробормотал себе под нос. Молли была рада, что не расслышала его слов, потому что это лишь подлило бы масла в огонь. Она напомнила себе, что, пока ее мать больна, нужно держать язык за зубами, иначе ей не пережить этого кошмара.

– Я не шутил, когда предложил Тренту научить его ездить верхом, – произнес Уорс более спокойным тоном. – Пусть он останется здесь.

В ее душу закрался страх.

– Почему ты так о нем беспокоишься?

– Кажется, он славный малый, и я знаю, что Максин получает огромное удовольствие от общения с ним. Она постоянно твердит, как ей будет его не хватать, когда вы уедете.

– Моя мать тебе это сказала?

– Кажется, ты удивлена, – сухо заметил Уорс.

– Думаю, да, – призналась Молли.

– Очевидно, ты этого не знаешь, но я глубоко уважаю Максин. Она для меня не только экономка, но и друг, член семьи.

– Я очень тебе за это признательна, Уорс, – произнесла Молли, отведя взгляд. – Правда. Поверь, она относится к тебе точно так же.

– Я знаю.

– И еще хочу поблагодарить тебя за твое снисхождение к ее временной нетрудоспособности.

– Когда Максин повредила спину, она испугалась, что я ее уволю, но у меня даже и в мыслях не было искать ей замену.

– Я говорила ей то же самое.

– Благодаря твоей любви и заботе она быстро встанет на ноги.

– Не преувеличивай, Уорс. Я медсестра, а не физиотерапевт. Кроме того, нам обеим не пойдет на пользу, если мы будем слишком много времени проводить вместе. Постоянное общение может иметь и отрицательные стороны.

– Я знаю, – пробормотал он.

– Кстати, как поживают Ева и Тед? – Что побудило ее задать этот вопрос? Ей не было никакого дела до его родителей.

Пожав плечами, Уорс как-то странно посмотрел на нее.

– Замечательно, как всегда.

– Я рада, – сухо ответила Молли.

– Они же никогда тебе не нравились.

Это была простая констатация факта, но Молли нарочно перевела разговор на другую тему:

– Когда я вернусь из города, мне нужно будет с тобой поговорить. Я хочу получить распоряжения по ведению хозяйства на ближайшие несколько дней. Мама говорила мне о твоем распорядке, и я более-менее…

– Черт побери, женщина, перестань трещать как сорока.

Молли пришла в ярость.

– Не смей так со мной разговаривать!

– Извини, – пробормотал Уорс, запустив пальцы в волосы. Очевидно, он был раздражен не меньше ее.

– Послушай, Уорс, так не может продолжаться.

– Как – так?

– Не прикидывайся дурачком. Со мной этот номер не пройдет.

Его глаза потемнели.

– Ладно, твоя взяла. Дыхание Молли участилось.

– Ты говоришь о моей работе или о Тренте?

– О работе.

Разозлившись еще сильнее, она направилась к двери.

– Тогда я повезла Трента в детский сад.

– Ты не хочешь, чтобы он остался здесь?

Молли обернулась.

– Конечно, хочу, – призналась она.

– Тогда позволь ему остаться. Я найму кого-нибудь, кто будет за ним присматривать.

– Хорошо, но платить буду я, – непреклонно произнесла молодая женщина.

Вдруг ее охватило неприятное предчувствие того, что она совершила непоправимую ошибку.

Уорс не должен общаться с Трентом, но, если она продолжит настаивать на своем, у него могут возникнуть подозрения. Этого нельзя было допускать, поэтому она предпочла с ним согласиться.

– Как хочешь, – сказал Уорс, вздохнув.

– Значит, мы можем перейти к другим делам? – спросила она.

Поморщившись, он посмотрел на часы.

– Сейчас у меня нет времени. Я должен встретиться с одним коневодом. Может, поговорим позже? Скажем, сегодня вечером?

До того, как ты отправишься на свидание со своей любовницей? Почувствовав, как кровь отхлынула от лица, Молли поспешно отвернулась, чтобы Уорс не смог прочитать ее мысли по глазам.