— Да, — буркнул Орвель. — Пожалуй, что так.

Мрачнея с каждым словом, он пересказал ей подозрения Йемителми, заданные тем вопросы и сослался на происшествие в оранжерее, которому почтальон был свидетелем. Король закончил словами:

— Мне ужасно стыдно, что я нарушаю данное вам обещание. Но вокруг слишком много недобрых загадок. Я уверен, что ваша тайна не из их числа. Пожалуйста, рассейте мое неведение. Прошу, милая Трина, скажите — кто вы? Клянусь, я буду любить вас, что бы вы ни сказали.

Девушка вздохнула.

— Я надеялась оттянуть этот момент, — печально сказала она. — Что же… Ваш почтальон прав, в нынешних обстоятельствах мне лучше открыться. Простите, Орвель, что ввела вас в заблуждение. Я не человек.

— Вы… как это? — удивился Орвель. — Не может быть! Мы познакомились позавчера… неужели только позавчера?.. мне кажется, я люблю вас всю свою жизнь!.. Так вот, позавчера магия не действовала. Значит, этот облик — ваш истинный. Вы прекрасная девушка, самая милая и чудесная в мире. Вы человек!

Трина грустно улыбнулась, и ямочки на ее щеках, как обычно, заставили сжаться сердце Орвеля.

— Это мой истинный облик, — признала она. — Но я владею магией превращения, хоть я и не маг. Моя сущность отлична от человеческой. Я — ветер, Орвель. Я третий ветер вашего королевства.

— Ветер?.. — изумленно пробормотал король.

— Смотрите.

Девушка мягко высвободила руку и сделала пару быстрых шагов, опережая Орвеля. Ее тело стало туманно-текучим, фигура — нечеткой. Еще шаг — и Трина исчезла, а по аллее пронесся свежий ветерок. Он взъерошил шерсть Орвеля, ласково коснулся его щеки и…

— Только не улетайте! — вскричал король. — Трина, любовь моя! Останьтесь!

Ветерок крутнулся вокруг Орвеля и пропал. Король безнадежно топтался на месте, высматривая, не шевельнутся ли где-нибудь кусты.

— Трина? — позвал он.

Девушка вышла из-за ближайшего куста, подстриженного в виде пирамиды. Она упорно смотрела в землю. Орвель взял обе ее руки в свои лапы.

— Вы очаровательный ветер, — отчаянно сказал король. — Самый милый и чудесный в мире. Я вас люблю. Однажды я уже просил вас не покидать меня. А затем просил стать моей женой. Я хочу повторить и просьбу, и предложение. Прошу вас, Трина, будьте моей королевой! Будьте всегда со мной!

Трина подняла на короля изумленный взгляд.

— Как вы себе это представляете, Орвель? — вымученно улыбнулась она. — Быть мужем ветра… У меня есть свои обязанности.

— А у меня — свои, — подхватил король. — Быть женой короля тоже нелегко. Я понимаю, что прошу вас об огромном одолжении. На самом деле важно лишь одно. Я люблю вас. А вы любите меня?

— Да, — вздохнула Трина. — Я вас люблю. Именно это все усложняет.

— А по-моему, упрощает.

Орвель не сумел сдержать счастливой улыбки. И даже то, что снаружи его улыбка выглядела звериным оскалом, не смогло его остановить. Любит, любит! Внутри его все пело от восторга.

— Я старше вас, — вздохнула Трина. — Намного старше. Я помню вас маленьким мальчиком, Орвель. Вы были славным малышом.

— Помнится, я любил забираться высоко на башню, — вспомнил Орвель, — и пускать оттуда бумажных птиц…

— Я подхватывала их и кружила, — засмеялась Трина. — Мне нравилось с вами играть.

— Скажите мне «да», любимая, — попросил король. — Все остальное — частности. Просто скажите «да».

— Я должна спросить позволения братьев, — прошептала девушка. — Харракун и Ноорзвей…

— Они братья? — удивился король. — Вот никогда бы не подумал! Они такие разные.

— Да, они мои братья, — к Трине отчасти вернулось самообладание. — У нас довольно сложная семейная история. И я отличаюсь от братьев сильнее, чем они друг от друга. Мой истинный облик — человеческий, они же могут оборачиваться людьми лишь в магическом поле. В своем истинном облике Харракун и Ноорзвей — духи стихии воздуха.

— Вот как? Это все нужно уложить в голове.

Король приложил палец ко лбу. В исполнении огромной лохматой зверюги это выглядело смешно, но Трина не засмеялась. Она с нежностью смотрела на Орвеля и взором души видела перед собой человека. Даже нескольких людей. Смешного малыша, пускающего по ветру бумажных птиц. Подростка, верхом на любимом коне скачущего с ветром наперегонки. Мужчину, который испугался за нее на краю обрыва…

— Я и вправду могла упасть и разбиться, — невпопад сказала она. — Понимаете, я же не привыкла быть человеком. Не зря братья не хотели отпускать меня на землю. Мне и в голову не могло прийти, что над обрывом опасно! Я столько раз пролетала над этими скалами, будучи ветром… Ох!

Орвель ласково обнял девушку и прижал к себе.

— Я всего лишь хотела побывать на карнавале, — прошептала Трина. — И… и встретиться с вами, Орвель. В воздухе магия иная, чем на земле… Братья заговорили меня, чтобы я не могла опуститься на остров и принять истинный облик. Мне пришлось воспользоваться кораблем, чтобы сойти на берег уже человеком. Я думала, что смогу улететь в любой миг, пока действует магия. И даже после праздника мне достаточно было бы выбраться за пределы рифа, чтобы стать ветром. Мне казалось, я предусмотрела все. Кроме нашей любви.