– Пахнет анашой… А ловцы металлолома не оставляют, когда убегают, портативную метеостанцию от дальнобойной снайперской винтовки… И ловцы металлолома не оставляют отпечатки пальцев, принадлежащие известному члену джамаата Айдамирова… И вообще, ловцов металлолома обычно не зовут Исрапилами Мингаевыми…

– Вот так, так… – сказал Вадим Александрович, как присвистнул. – База?

– Едва ли. Что-то другое… Непонятное назначение.

– Три человека какое-то время жили в заброшенной деревне рядом, – добавил лейтенант Замышляев. – Но их, судя по следам, уже больше суток там нет.

– Уже интереснее, – заметил Вадим Александрович. – А Исрапил Мингаев?..

– Ушел, когда мы с вертолета десантировались, – вступил в разговор и старший лейтенант Доставалов. – Ушел не в деревню, а на дорогу… Насколько было возможно, я по следу прошел. Потом след потерял… Но направление держал четко. Возможно, с пути позвонил, чтобы предупредить остальных… А тут, говорят, Призрак к Айдамирову сунулся… Одновременно… Если только он по адресу попал… Как должен себя повести Айдамиров?

– Насторожиться… – среагировал Вадим Александрович на предложенную мысль. – И обязан проверить ситуацию. Не так, чтобы может проверить, а может и не проверить… Он не знает, кто и с какой целью десантировался в лесу… Но его человека спугнули оттуда, и это могла быть не случайность… Могла, конечно, быть случайность, а могла и не быть… И второй настораживающий момент тоже может быть случайностью, а может случайностью и не быть… Следовательно, чтобы проверить сразу два момента, следует проверить тот, что внешне выглядит безопаснее… То есть прощупать Призрака, который кажется только простым любителем красивых котов… Если Призрак окажется лицом опасным, значит, и на базу высадка спецназа была тоже целенаправленной акцией. Это уже будет значить, что его обкладывают… Если сюда же добавить гибель двух членов джамаата в доме директора пансионата, то выстраивается картина оперативной охоты… Как в этом случае должен поступить Абдалмуталип?..

– Как он должен поступить? – переспросил капитан Арбузов.

– Мне срочно нужна его психограмма. Ротмистров сказал, что у него есть… Мишка, добавь «газку»…

– Я знаю, как поступил бы Призрак, – сказал Арбузов. – Он показал бы дезинформирующую ситуацию, обеспечивающую якобы его бегство, а сам бы остался… Мы обязаны думать, что Абдалмуталип имеет тоже высокую квалификацию, и предполагать, что он останется, несмотря ни на что… И продолжать поиск, даже если будем точно знать, что он сбежал…

– Согласен, – кивнул Вадим Александрович. – Мишка, ты что, ездить разучился…

– Темнеет, – сказал Мишка и включил фары.

– Кажется, едут, – сказал изнутри, из комнаты, старший лейтенант Добровольский.

Надсадный и даже чуть-чуть истеричный звук работающего изношенного автомобильного двигателя майор Ротмистров тоже издалека услышал. Он как раз из окна выбрался и под окном сел, чтобы воздухом подышать, потому что на свежем воздухе думается легче, чем в затхлом помещении.

Вечер был тихим и мягким, какими не бывают вечера в городе, и хотелось тишиной наслаждаться. Поэтому звук двигателя раздражал.

– Это они, – подтвердил старший лейтенант Югов. – Фары включили… Я перевожу их в инфракрасный режим, иначе машину спутнику уже не видно.

– Сообщение от Мочилова идет, – предупредил Добровольский. – Короткое. Сейчас расшифрую…

Ротмистрову очень не хотелось возвращаться в помещение, но пришлось.

– Нашли, товарищ майор, четверых Таймасханов, кто повязан с террористами, – уже начал передавать содержание сообщения старший лейтенант. – Один из них достаточно серьезный – эмир Таймасхан Баштаров. Был заместителем Удугова в правительстве Дудаева. То есть заместитель министра пропаганды. Являлся ответственным за пропаганду среди воинских формирований. Человек с двумя высшими образованиями, гуманитарным и техническим. Является непримиримым врагом тейпа Кадыровых и потому продолжает воевать террористическими методами. Подозревается как один из участников в подготовке взрыва старшего Кадырова. Причастен к нескольким террористическим актам. В последнее время проживал сначала в Грузии, потом в Катаре и в Бахрейне и только время от времени наведывался в Чечню. Каждый его приезд был отмечен несколькими следующими один за другим террористическими актами. В фонотеке ГРУ есть запись речи Баштарова перед боевиками, сейчас запись на фонетической экспертизе. Сложность в том, что перед боевиками Баштаров выступает на чеченском языке, и можно провести экспертизу не по произношению слов, а только по произношению отдельных звуков и сочетаний звуков. Эксперты даже при утвердительном ответе смогут дать не больше пятидесяти процентов гарантии. Как только будут результаты, нам сообщат. Но полковник Мочилов считает, что присутствие в районе двух таких серьезных эмиров-террористов одновременно маловероятно. Просит, если будет возможность, добыть отпечатки пальцев нашего Таймасхана, поскольку отпечатки Баштарова в картотеке имеются в большом количестве. И просит не замыкаться на одном варианте и продолжать поиск по другим направлениям.

– Отправь подтверждение получения. Я задачу понял, – распорядился Ротмистров.

Звук двигателя машины приближался.

Через некоторое время предстояло еще и в небо вслушиваться, чтобы звук вертолетных двигателей услышать…

Ротмистров снова на улицу вылез и в небо посмотрел. Оно быстро темнело, и отчетливо выступили звезды. В таком месте и в такой час вообще и в принципе не хотелось думать о том, что где-то кто-то не желает просто небом любоваться и чистым воздухом дышать, не хотелось думать даже о своих задачах и заботах. Хотелось просто дышать и этим жить…

Невольно пришла в голову мысль, что Призрак вернулся в Россию именно за этим, потому что русскому человеку без своего неба жить невозможно. В любой европейской стране только на небо и можешь посмотреть, чтобы простор увидеть. Но только глаза опустишь, как сразу перед взглядом предстают заборы и участки – вся объединенная большая Европа поделена на такие участки и участочки. И невольно кажется, что земля тамошняя в небе отражается, и небо тоже, думается, ждет своей очереди, чтобы быть поделенным… Половина вон того облака мне, а половина соседу…

Русский человек так жить не может… Но вот вернулся Призрак, чтобы в небо смотреть, а прошлое не отпускает его. Может, это вообще судьба спецназовца, может, просто временное явление, и все образуется.

Майору Ротмистрову было жалко Призрака, хотя помочь ему он ничем не мог.

Помятая и полуразвалившаяся машина остановилась прямо у ворот лесопилки – добралась-таки.

– Я рад познакомиться очно, Вадим Александрович…

Майор Ротмистров протянул руку для рукопожатия, сразу разделив взглядом Вадима Александровича Варягова и Мишку, который никак не тянул внешне на того человека, о котором майор читал в многочисленных документах.