Кроме того, кое-кто в Мензоберранзане — некий плешивый тип и некий полудемон — требовал его внимания.

— Итак, это успех, — сказал себе Нимор, бросив последний взгляд вокруг. — Теперь — к поражению. — Без долгих слов он повелел силе кольца тени переместить его на Грань.

Когда магия сработала, разрушенный Чед Насад исчез и его место занял призрачный двойник. Реально существующими здесь казались лишь те части города, которые были перенесены на Уровень Тени.

Нимор приказал открыть путь вдоль Грани в Мензоберранзан, и тот открылся перед ним. Он ступил на него, взмахнул крыльями и взмыл в воздух. По Грани Тени, не связанной физическими законами первого Материального Уровня, можно было перемещаться быстро. Свивающиеся в спираль ленты тьмы тянулись вслед за Нимором, проходили сквозь него. Сила кольца и сущность самой Грани позволяли потратить на это путешествие меньше часа вместо нескольких дней.

Некоторое время спустя он оказался в теневом двойнике Мензоберранзана, среди призрачных, мертвых подобий шпилей, башен и сооружений из сталагмитов. Усилием воли он прошел через завесу между Гранью и первым Уровнем и очутился под потолком Мензоберранзанской пещеры, паря во тьме. Темнота обволокла его, сделав невидимым даже для острых в иных обстоятельствах глаз любого дроу, которому вздумалось бы посмотреть наверх. Нимор с высоты вглядывался в место своего провала.

Жазред Чольссин при помощи магических кристаллов наблюдал за городом, следя за событиями даже после того, как Нимор покинул его. Ему было известно, что показывали эти прорицания: войска, которые он столь тщательно расставлял для завоевания Мензоберранзана, пребывали в полном беспорядке.

Вок и его Карательный Легион начали отступать, с боями отходя по пещерам к востоку от грибных рощ. Без сомнения, танарукки сумеют добраться до логова под Хеллгейтской Башней, сохранив свои шкуры — если не свое достоинство — в целости и сохранности. Хоргару и его нелепому дергарскому воинству повезло меньше. Серые дворфы превратили Брешскую крепость в изрытую воронками, опаленную, почерневшую пустыню, но не смогли прорваться внутрь — Мили-Магтир, Арак-Тинилит и Магик остались в руках мензоберранзанцев. Сражение здесь все еще продолжалось. Разрывы и вспышки магической энергии свидетельствовали о жестокой битве. Нимор знал, что все это напрасно. Ллос пробудилась; возможность завоевать город была упущена. Паучья Королева снова отзывалась на молитвы своих жриц, и, когда из Арак-Тинилита выйдут ее дочери и поддержат войско Мензоберранзана своими вновь обретенными заклинаниями, дергары будут разбиты. Немногим из них удастся хотя бы унести ноги из города. В отличие от Вока, Хоргар был слишком слеп или слишком глуп, чтобы понять это.

Взгляд Нимора задержался на высоком плато Брешской крепости, в особенности на грандиозных шпилях Магика. Где-то там, внутри, — он знал это, — находится Громф Бэнр. При мысли об Архимаге кровь Нимора вскипала в жилах. Громф уничтожил личдроу Дирра — после их магического поединка Базаар превратился в груду дымящихся развалин — и способствовал краху всего Нашествия. Нимор и ненавидел, и уважал его.

Он взмахнул крыльями и посмотрел направо, на величественную колонну Нарбондели. Ее подножие пылало в темноте красным — дерзкий маяк, возвещающий всему Подземью, что Мензоберранзан устоял. Нимор подумал: не сам ли Громф Бэнр зажег эти сигнальные огни?

С пугающей внезапностью Нимор утратил вдруг контроль над своими чувствами. Волна невыносимой горечи нахлынула на него. Он стиснул кулаки и сдержал рев, готовый вырваться из глотки.

Он хорошо сражался, составлял отличные планы и почти —он был на рофий волосок от этого — почти победил самый могущественный город дроу во всем Подземье. Чед Насад как боевой трофей померк бы в сравнении с такой драгоценностью, как завоевание Мензоберранзана.

Разумеется, он знал, что почтине считается, что оно не заменяет успеха, как для него самого, так и для Жазред Чольссин. Это почтиничего не дало ему. Оно стоило ему почетного места Священного Клинка Жазред Чольссин.

Заставляя его вернуться сюда, Отец-Покровитель и хотел, чтобы он усвоил этот урок, — Нимор должен был познать вкус поражения, надышаться его запахом настолько, чтобы никогда больше не позволить подобному повториться. Крошечный росток смирения укоренился в его душе и смягчил его прирожденную самонадеянность.

«Ты обещал очистить Мензоберранзан от зловония Ллос, — сказал ему Отец-Покровитель Мауззкил. — Сделал ли ты это?»

Нимор ответил честно: «Нет, не сделал». Он лишь почтине сделал этого и едва не задохнулся от горького привкуса этого почти.

«Будут другие возможности, — пообещал Отец-Покровитель Томфаэль. — Если ты научишься мудрости».

«Я запомнил этот урок, Томфаэль», — подумал Нимор.

Он смотрел на Брешскую крепость, где еще бушевало сражение, на берега Донигартена, где солдаты-дроу рыскали между гигантских грибов. Он думал о Хоргаре, о слабостях маленького князька…

Нимор тоже должен преподать кое-кому урок. И учеником его будет Хоргар.

Приведя разум в порядок, он взглянул на Мензоберранзан в последний раз. Он разглядывал стройные летящие шпили, высокие башни, причудливую архитектуру особняков Великих Домов — эти безмолвные свидетели невыносимого высокомерия мензоберранзанцев. Возможно, они тоже научились обуздывать свою заносчивость смирением.

А может, и нет.

Нимор посмотрел сверху на город и против своей воли кивнул ему в знак уважения.

Город победил его.

На этот раз.

Легким усилием воли он скользнул в унылую мрачность Грани Тени.

Лаз чвиденча пошел отвесно вниз, прямой, как удар копья, и завершился округлой пещерой, от которой отходил широкий горизонтальный туннель. Стены были затянуты старой паутиной, тут и там валялись клочья шкур, без сомнения остатки трапез чвиденча. Джеггред рассеянно поддевал их ногами. Сухой воздух пахнул затхлостью и тленом.