Отца поддержал Н. А. Вознесенский. Остальные промолчали. Сталин махнул рукой:

— Партия… Что партия… Она превратилась в хор псаломщиков, отряд аллилуйщиков… Необходим предварительный глубокий анализ» 522.

Двадцать седьмого июня Сталину по представлению всех маршалов было присвоено звание генералиссимуса. Сам вождь относился к этому званию очень сдержанно и отказался носить особый мундир с золотыми эполетами, скопированный с парадных мундиров времен Отечественной войны 1812 года.

Да, Сталин понимал, что с окончанием войны начинается иное время. По-видимому, он держал в уме возможность какого-то неконфронтационного выхода из войны, о чем есть косвенные свидетельства. Так, СССР подписал документы Бреттон-Вудской финансовой конференции (в том числе уставы Международного валютного фонда и Всемирного банка), детища Рузвельта, который хотел создать новую мировую финансовую систему. Американская инициатива привлечь СССР к созданию послевоенного финансово-экономического порядка имела все шансы завершиться геополитическим примирением с СССР. В этом плане оба лидера могли договориться. Во всяком случае, Рузвельт считал вполне реальным движение Советского Союза по пути «демократического социализма». И Сталин, планируя будущее восточноевропейских стран, видел их правительства не коммунистическими, а коалиционными, многопартийными. Поэтому, говоря о знаменитом тосте Сталина после Парада Победы, надо иметь в виду возможность иного будущего для мира и России.

И еще одно обстоятельство надо иметь в виду, говоря о первых неделях и месяцах после Победы. Все население Советского Союза ожидало, что сразу после 9 мая наступит облегчение и что жизнь вернется к довоенному уровню. Но вдруг оказалось, что никакого облегчения не наступает, а становится тяжелее, хотя рабочий день снова стал 8-часовым, а не 11-часовым: отменили обязательные сверхурочные, это привело к резкому уменьшению заработной платы. Конверсия военного производства приводила к частым простоям из-за нехватки материалов, и это тоже сказывалось на и без того скудных заработках. В деревнях, истощенных войной, не было никакого просвета. Продолжал действовать указ 1942 года о повышении обязательной выработки трудодней и уголовном наказании для тех, кто нормы не выполняет. Их принуждали к исправительным работам в своем колхозе на срок до шести месяцев и вычету из заработка 25 процентов в пользу государства. Не предполагалось ослабить и сельхозналог, которым облагалась каждая крестьянская семья. Фактически после Победы, кроме гигантского морального подъема, мирная жизнь еще не наступила.

Война нанесла стране такие раны, от которых невозможно оправиться и за 100 лет, и вообще — никогда. Демографические потери Красной армии (фактическое число всех погибших, умерших, не вернувшихся из плена) составили 8 миллионов 668 тысяч 400 человек. С учетом потерь мирного населения утраты суммарно составили 26,6 миллиона человек, включая погибших в результате германской оккупации мирных граждан — 13,7 миллиона человек.

Из общего числа советских пленных 4,56 миллиона человек вернулись на родину 1 миллион 836 тысяч 552 человека, из которых около одного миллиона были направлены для дальнейшего прохождения службы в частях Красной армии, 600 тысяч — на работу в промышленности в составе рабочих батальонов, а 233,4 тысячи как скомпрометировавших себя в плену — в лагеря НКВД.

Потери вооруженных сил Германии во Второй мировой войне составили 11 миллионов 844 тысячи человек 523.

В ту минуту, когда объявили Победу, над замершей страной пролетел скорбный ангел, запечатленный в стихотворении Александра Твардовского. Наступало прощание.

Сталин прибыл в Берлин поездом. Путь по воздуху был неприемлем с учетом опасности подвергнуться нападению истребителей без опознавательных знаков.

Семнадцатого июля 1945 года конференция глав правительств открылась в пригороде Берлина Потсдаме. Эта дата как будто бы нейтральна, но на самом деле она находится в новой исторической эпохе, день назад прошло успешное испытание атомной бомбы.

Черчилль знал о взрыве, «который дал возможность закончить Вторую мировую войну и, пожалуй, многое другое». Он дал согласие использовать новое оружие против Японии еще 4 июля. Теперь же он понимал, что отныне Запад больше не зависит от Сталина на завершающей фазе войны с Японией. Если до испытания А-бомбы расчеты показывали, что для победы надо отдать миллион американских солдат и полмиллиона английских или позвать на помощь Красную армию, то теперь атомная бомбардировка решала все проблемы.

Сталин лишался главного козыря, благодаря которому имел преимущество в Тегеране и Ялте. Конечно, у американцев было всего две А-бомбы, а японские войска занимали огромный регион, который невозможно было поразить этими страшилами, но все понимали, там где есть две, там скоро будут и три, и четыре, и пять…

Тем не менее русские, англичане и американцы по-прежнему были союзниками, и им предстояло решить простые, сложные и даже нерешаемые задачи. Впрочем, каждый считал, что неразрешимых вопросов не будет.