Количество вариантов было ограничено. Прямо перед нами была дверь, окно сзади. Я повернулся и посмотрел на окно. Воцарилась тишина, за исключением шума кондиционера, выпускающего поток воздуха через….

Через вентиляцию.

Я повернулся и сунул свой посох к огромной стальной вентиляционной решетке, собрал силы и крикнул: "Fulminos!"

Сине-белые молнии срывающиеся с моего посоха наполнили воздух мерцающим огнем, копьями впиваясь в железную решетку вентиляции. Металл впитал в себя электричество, и я знал, что он несет его сейчас по всей системе.

Раздался странный, щебечущий крик, что-то выбило решетку вентиляции, и из нее размытым пятном вылетел питон. В полете его форма перетекла и изменилась, став чем-то коренастым, злобным и сильным, похожим на барсука или росомаху.

Оно попало в верхнюю часть груди Анастасии, опрокинув ее на пол.

В полете я поймал взгляд золотисто-желтых глаз, в которых плясала садистская радость.

Я развернулся, чтобы отбить существо от Анастасии, но Лара, фигурально выражаясь, пробила мне билетик. Она воткнула ствол своего пистолета-пулемета в его бок, как будто кран в деревянный пивной кег голыми руками, и спустила курок.

Огонь и шум заполнили комнату, и перевертыш прыжком ушел в сторону. Ударившись один раз об пол, он перевернулся в воздухе, и его когти впились в живот Жюстины. Использовав толчок для контроля момента усилия, тварь приземлилась на ноги и бросилась в окно позади стола Лары.

Оторопевшая Жюстина всхлипнула от боли.

Лара смотрела секунду расширенными глазами на окно и выдохнула: "Голод мне в глотку"

Я повернулся к Анастасии, но она с гримасой отмахнулась от меня. Непохоже было, что она истекает кровью. Я повернулся к Жюстине, пытаясь оценить ее травмы. Шесть горизонтальных порезов разделило мягкие ткани ее живота так чисто, словно они были сделаны скальпелем. Из них сочилась кровь, но я не думаю, что хотя бы один из них был достаточно глубок, чтобы вскрыть брюшную полость или задеть артерию.

Я схватил брошенный пиджак Лары, и наспех сложил его, и прижал к животу Жюстины. "Придерживай его так," отрывисто сказал я Жюстине. "Мы должны остановить кровотечение. Придерживай его так."

Она обнажила от боли зубы, но кивнула и сжала импровизированную подкладку обоими руками, когда я помогал ей подняться.

Лара перевела взгляд слегка расширенных глаз с Жюстины на окно. "Голод мне в глотку," сказала она снова. "Никогда не видела такой скорости."

Памятуя, что мне однажды довелось видеть её покрывающей в смертельном спринте примерно пятьдесят миль за час, представлялось — она знала, о чем говорила. Мы бы никогда не догнали и не задержали эту штуку достаточно надолго, чтобы убить.

Я подошел к окну в надежде заметить перевертыша, и обнаружил себя глядящим на влетающую комету пурпурного пламени, по-видимому, его любезность. Я упал назад, вскинув мою левую руку с защитным браслетом в инстинктивном жесте, и огненный молот взрыва бросил меня лежать на полу.

Снова раздался потусторонний, пронзительный визг, насмешливый и полный злобы, и тогда же грохот разрушения где-то ниже нас.

"Оно возвращается в дом". Я подал руку Анастасии — помочь ей подняться. Она приняла её, но как только я начал тянуть, она вскрикнула, сжав зубы, и я сразу опустил её назад на пол.

"Не могу." Она задохнулась от боли, тяжело задышав. "Моя ключица."

У меня вырвалось проклятье. Из всех простых переломов перелом ключицы одна из самых мучительных и ослабляющих травм, которую только можно получить. Она больше не могла сегодня участвовать ни в одном поединке. Черт, она не могла ничего, что требовало от нее подвижности.

Пол под моими ногами внезапно взорвался. Я почувствовал, как мне по лодыжке хлестнул стальной кабель, потащил, а когда я упал, то нос мой заполнил жуткий смрад. Я зацепился за что-то замедлившее моё падение, но продолжил падать до конца. Шум был жуткий. Потом падение внезапно остановилось, я не был полностью уверен почему. Примерно сто предметов свалилось на меня разом, вышибив из меня дух.

Я лежал ошеломленный несколько секунд, с трудом вспоминая как дышать. Пол. Перевертыш пробил путь наверх ко мне через пол. Это сбило меня с ног — но все падающие обломки должны были сквозь пол сокрушить следом перевертыша.

Я пролетел два этажа посреди наверно тонны мусора, и мне удалось выжить. Впору говорить об удаче.

И тогда под нижним отделом спины что-то двигалось.

Обломки зашевелились, и сквозь них раздался глухой рык.

В панике, я попытался заставить свое ошеломленное тело бежать, но прежде чем я вспомнил, как это делается, желтая мохнатая, слишком длинное рука вырвалось из-под обломков. Быстрее чем вы бы успели сказать "конец Гарри Дрездену", его длинные когтистые пальцы со страшной силой сомкнулись на моем горле, перекрыв доступ воздуху.

Есть кое-что, чего не знает множество людей: удушение невольно причиняет боль.

В шее возникает жуткая сокрушительная боль, следуемая за почти мгновенной волной ужасного давления, взрывающего вашу голову на крошечные кусочки изнутри. Это кровь, оказавшаяся в ловушке в вашем мозгу. Накаты и откаты боли соответствуют биению сердца, которое все набирает скорость.

И неважно, худеющая ли вы супермодель, или накачанный стероидами профессиональный борец, потому что на это не вопрос силы или силы воли — это простая физиология. Если вы человек и вам нужно дышать, вы потерпите неудачу. При должной сноровке душителя, вы потеряете сознание через 4–5 секунд.