– Эй, Романовна! Ты это, поосторожней! Оскорбить меня хочешь?

– Да не оскорбить. Просто голову-то не теряй! Ты не Ален Делон и не сын Рокфеллера. Отчего же вдруг богатая и красивая женщина на тебя позарилась? Ты хоть задумайся об этом…

– Ни хрена ты, Романовна, мозгами не шурупишь! Она во мне другое разглядела. У меня есть то, чего ей недостает, пойми. Да, у нее — красота и бизнес свой кое-какой… А у меня — власть! Я скоро капитаном стану, а там уж мне и до майора недалеко… А с моим умом и упорством я такую карьеру здесь сделаю!.. А если мы объединим наши… Закрой дверь, Петров! Не видишь, у меня человек!.. Потом… Закрой дверь, говорю!.. Ходят тут всякие… О чем это я?.. Короче, иди, Романовна, у меня рабочий день закончился, я с девушкой в ресторан иду, мне собраться надо…

– Ладно, пока, Хомяков!

– И не звони мне без надобности!

Хлопнула дверь. Значит, Ангелина вышла.

Через пару минут она показалась на крыльце и направилась куда-то по тротуару.

– Полина, что мне делать? Может, за ней пойти? — Юлиана начала выбираться из машины.

– Да, посмотри за ней, может, мы еще полезное что-нибудь нароем… А завтра утром я к тебе заеду, надо кое-что обговорить, — кивнула я ей.

– Хорошо.

Юлиана вылезла из машины и осторожно двинулась следом за Ангелиной Романовной. Я осталась в своем «Мини-Купере».

Вдруг зазвонил мой сотовый. На экране высветился номер Хомякова. Пришлось включить телефон:

– Слушаю.

– Линочка! Киска моя! Это я, Игорь…

– Ой, Игореша, — защебетала я, — как я по тебе соскучилась!

– Правда?! Я тоже. Так хочу тебя увидеть, зайка моя! Мы сегодня в ресторан собирались, ты не забыла?

Черт! Как мне не хотелось тащиться с этим хорьком в ресторан! Сегодня вечером мне нужно бы встретиться с Евгением, у которого Хомяков вымогал взятку. Пора подготовить компромат на старшего лейтенанта, пока он еще старший лейтенант.

– Игореша, зайчик мой, извини. Сегодня я никак не могу. Пришел товар, необходимо все разобрать…

– Линочка! Нет, не говори, что ты не можешь! Я так ждал этого, весь день! Я так хочу тебя увидеть!..

– Я тоже хочу тебя увидеть, зайчик!

«Зайчик»! Мокрица ты бесцветная! Меня уже тошнило от этой любовной муры. Если бы не насущная необходимость, послала бы тебя так далеко, что шел бы так долго! Я стиснула всю свою волю в кулак и со всей нежностью в голосе, на которую я только была способна, закончила:

– …Но сегодня — никак! Давай встретимся завтра.

Хомяков приуныл. Он вздыхал в трубку, что было ему вообще не свойственно, так как деньги «капали» в этот момент впустую. Наконец, он выдал:

– А завтра — во сколько?

– Мы созвонимся. Я заранее не могу это спланировать, сам понимаешь — бизнес!

Игореша повздыхал еще некоторое время, потом, очевидно, вспомнив про денежную «капель», он наконец согласился:

– Ладно, киска, до завтра. Я позвоню… А ты вспомнишь обо мне ночью, когда будешь ложиться спать?

А как же! Только о тебе мне перед сном и вспоминать! Тогда уж точно бессонница до утра обеспечена.

– Конечно, милый!

Я поморщилась и выключила телефон. В прослушке слышался шелест бумаг, хлопала дверца стола, раздавались еще какие-то звуки… Должно быть, Хомяков собирался домой. Наконец, закрылась дверь его кабинета. Стало тихо. Я выключила прослушку. Через пару минут на крыльце здания РОВД показался сам господин Хомяков. Он подошел к своей машине и исполнил «обязательную программу»: потоптался возле нее, открыл багажник, покопался там, закрыл багажник, полез в бардачок… Это ритуальное действие он выполнял долго и основательно, а я чувствовала, как во мне кипит раздражение. Конечно, я умею владеть своими эмоциями, спасибо Арише — научил меня этому еще в отрочестве, но Хомяков с каждым днем вызывал во мне все б'oльшую неприязнь.

Наконец, мой кавалер пнул на прощание колесо, юркнул на переднее сиденье и хлопнул дверцей. «Восьмерка» выезжала со стоянки.

Я осталась сидеть в своей машине.

Постепенно раздражение мое улеглось. Я припомнила его разговор с главврачом роддома. Значит, вот что они затеяли против Юлианы! Ангелина сделает справку о ее умственной неполноценности, и еще они говорили о чем-то, что главврач передала Хомякову. Что это может быть? Надо подумать.

Хомяковская машина скрылась в конце улицы. Я осталась сидеть в своей и продолжала рассуждать дальше. Помнится, Юлька говорила мне, что ей после родов сделали какой-то укол. После него у нее голова стала словно чумной и соображала Юля плохо. Вопрос: что ей вкололи и зачем? Ответа пока нет. Да, дела! «Темные делишки», как сказала Любовь Ивановна. А я бы прибавила: и грязные.

Телефон, номер которого дал мне Евгений в коридоре РОВД, не отвечал. Это не есть хорошо! Почему он не берет трубу? Не хочет со мной общаться? Передумал? Я сидела в машине напротив здания милиции уже почти час, пора было куда-то линять. А я еще не решила, куда. По-хорошему, надо бы договориться с Евгением о встрече и повидаться с ним. Я вновь набрала его номер.

На этот раз мне повезло.

– Да, алло!

– Евгений? Это Лина, мы с вами сегодня в милиции познакомились…

– Помню.