— Ты раньше… — неуверенно начал Кирилл.

— Нет, — я покачала головой. — Боюсь ты единственный, к кому меня настолько тянет.

Вот так просто мне далось объяснение, которое я всегда считала очень сложным.

Он вздохнул и осторожно убрал от себя мои руки.

— Нам не стоит этого делать, — неожиданно сказал Кирилл.

Вот уж нет! Останавливаться я не желала. Ни за что!

— Я не хочу, чтобы она добралась до тебя раньше меня! — сказала я, пытаясь вырваться. Он крепко меня держал.

— У нас всего несколько дней, — привела я второй довод.

Он молча продолжал меня держать.

— Пожалуйста — попросила я.

В его глазах что-то дрогнуло и он заговорил. Я не сразу смогла услышать и понять о чем речь.

— Нам не стоит этого делать, — быстро повторял Кирилл, как будто пытался убедить самого себя. — У нее есть только твой опыт, исходя из которого у нее возникают желания. Чем сильнее она чего-то хочет, тем с большей силой к этому идет. Если мы сейчас не остановимся, и тебе понравиться, а я даже думать не хочу, что может быть иначе, она будет гораздо лучше знать, чего хочет. Тебе будет намного сложнее ее затормозить. Послушай меня, пожалуйста! Если ты сейчас не остановишься, я тоже не сдержусь.

Он отпустил мои руки и вцепился в обшивку дивана. Его слова медленно оседали во мне, в них было много рационального. И еще, я же обещала его во всем слушаться. Медленно и аккуратно расправив руками свою футболку, я встала.

'Надо приготовить ужин', - пришла в голову спасительная мысль и я направилась к кухне.

— Только не думай, — остановилась в дверях, — что потом ты так легко отделаешься! — я говорила не поворачиваясь, только и услышала, как за моей спиной он фыркает.

— Наивная… — тихо сказал мне вслед Кирилл.

Наутро после завтрака мы организовали круглый стол. Сначала пытались сделать это во дворе, но Кирилл сказал, я слишком сильно отвлекаюсь. Еще бы, когда вокруг столько солнца, ветра и травы. И небо такое изысканно-притягательно голубое.

Так что пришлось сидеть прямо на кухне. А там открытые окна. Вообще я обычно довольно внимательна, когда нужно, но тут меня прямо как подменили — Кирилл что-то говорил, и мне очень нравилось смотреть, как двигаются его губы. Они у него такие мягкие, вот они перестали шевелиться и растянулись в улыбке. У меня перед глазами что-то пронеслось. Ладонь. Он махал у меня перед глазами рукой.

— Ты слышишь меня? — раздался в голове голос Кирилла. Он с трудом сдерживал улыбку.

— Вижу, уже слышишь, — утвердительно сказал, — тебе трудно сосредоточиться?

Трудно ли мне? Смотря на чем, я очень легко могла сосредоточиться на его лице. Я вздрогнула — ладонь снова пронеслась у моих глаз.

Я собралась.

— Да.

— Если ты будешь внимательно меня слушать, вечером отведу тебя на реку купаться, — пообещал Кирилл.

Купаться! Как здорово!

— Ты меня слушаешь? — уточнил Кирилл.

Я кивнула.

— Расскажи мне, что произошло в пятницу, — предложил он.

— Ну, мне было весело. Я встретилась с Настей, мы болтали. Мне хотелось туда, где много народу, танцевать. В общем, веселиться.

— Ты не заметила, когда появилась ведьма?

Я покачала головой. Я не знала.

— Нельзя что ли чтобы было весело? — поморщилась.

— Почему? — удивился Кирилл, — это очень хорошо, что тебе весело. Но ты должна улавливать, когда сила выходит из под контроля и угрожает окружающим. А до тех пор веселись на здоровье.

— И как мне это понимать? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — подумав, ответил Кирилл, — попробуй так — возникает у тебя какое-то желание, дай ему оценку.

Вопросительно смотрю на него.

— Оцени насколько твое желание нормально.

— По каким критериям? — уточнила я. Не помню, чтоб передо мной маячили границы что хорошо, что плохо.

— Ну, например, представь, чтобы я сказал, — пожал плечами Кирилл и я уставилась на него в изумлении. Так просто… А ведь и правда должно сработать, поняла я. Его мнение для меня, пожалуй, единственный доступный в таком состоянии критерий добра и зла.

— Откуда ты знаешь? — удивленно спросила я.

— Я и не знаю. Но надо же что-то делать.

— Ладно, предположим, получиться. Что дальше?

— Если ты поймешь, что хочешь чего то, чего я бы не одобрил, пытайся остановиться.

— Как?

— Этого я не знаю, — растерянно ответил Кирилл и стал водить пальцем по столу. Одна из его привычек, пока неразгаданных.

— В общем, план действий такой, — подытожила я. — Когда мне слишком весело или я злюсь, каждое желание отдавать на твоей рассмотрение, и если тебе оно не нравиться, останавливаться?